Никто, кроме тебя...

ErmineWhite

– Поехали, я знаю, где её искать!..

***

Она мчалась по ночной трассе, с мстительным наслаждением упиваясь своей выходкой. Пожалуй, так с Дэном ещё не обходился никто! Адреналин бурлил в крови, не давая леденящей тоске подкрасться к горлу. От потока встречного воздуха глаза застилали слёзы, и казалось, пропала необходимость дышать. «Пусть теперь побегает, сволочь!.. Попереживает!..» – мысли мелькали, как пунктиры разделительной полосы.

Неприметный поворот она не пропустила бы даже в полной темноте. Дорога в этом месте сворачивала в поля, проскочив которые, можно выехать на объездную

и по ней вернуться в Озёрный. Грунтовка была ровной, накатанной… и такой знакомой!.. Здесь прошлой осенью он учил её водить мотоцикл, а там, в лесополосе, совсем ещё недавно рвал для неё подснежники и объяснялся в любви… А сегодня: “Какого чёрта ты припёрлась!..” Скрежетнув зубами, Аля сбросила скорость и остановилась. Уткнулась лбом в скрещенные на руле руки.

Вся жизнь – театр – череда спектаклей, со сценами встреч и разлук, любви и ненависти, счастья и страдания! Все люди – актёры! Талантливым публика рукоплещет, бездарных освистывает! И есть ли в этом смысл: играть для других, против себя?..

…Можно сделать пофигистское лицо и, гордо заявив «спор ты проиграл!», развернуться и уйти… Можно скрыть от окружающих свою боль, доказать миру, что у тебя всё потрясно... но себя не обманешь! И ты будешь знать обратное: он выиграл… и выиграл гораздо больше, чем ставилось на кон: ты отдала ему своё сердце!.. Он держал его в руках, живое, трепещущее от счастья и любви. Какое-то время эта игрушка забавляла, а когда надоела, её попросту швырнули под ноги и растоптали… Было бы о чём жалеть! Цена-то ей – всего лишь ящик пива!..

Аля тёрлась виском о рукав куртки, как будто пытаясь унять нестерпимую головную боль. Слёзы обжигали лицо. «…Почему?.. Ну почему?» – в отчаянии повторяла она, и собственный голос казался чужим в окружающей тишине. И вдруг слух уловил какой-то звук. Отдалённый, но уже различимый и очень знакомый. Обернувшись, девушка стала всматриваться в тёмные очертания посадочной полосы. А рёв мотора слышался всё отчётливей, и вот вдалеке замелькала светящаяся точка. Сомнений не оставалось – Дэн её просчитал! Сперва, в голову пришла трусливая мысль затаиться: трава вокруг достаточно высокая... А если её уже заметили?.. Аля вгляделась в темноту и с ужасом увидела, что светящаяся точка разделилась: одна… две… три… Три мотоцикла, на полной скорости неслись вдоль лесополосы.

Сердце от страха ушло в пятки. “Всё обойдётся!” – убеждала она себя. Разве может Денис, такой большой, такой сильный, поднять на неё руку? …А вдруг – да?.. При мысли столкнуться с ним сейчас, в этой глухомани, по спине пробежали мурашки. Надо уезжать! Немедленно! И поскорее добраться до людного места.

– Ну, миленький, не подведи!..

Мотоцикл взревел и, быстро набирая обороты, помчался по направлению к объездной. Через пару минут, впереди показались огни дорожных фонарей. Перед поворотом Аля притормозила: оторваться удалось, только надолго ли? Трасса пугающе пустая, мешкать нельзя: играть с Дэном в кошки-мышки – затея не из лучших!..

Байк полетел по асфальту, оставляя позади изредка проезжающие машины. Водители, наверняка, крутят у виска, обзывая смертником безбашенного мотоциклиста. Серёжа всегда так говорит. Так говорил и отец…

Дорога круто уходила вправо, и за поворотом участок трассы не был освещён. Зная об этом, Аля стала сбрасывать

скорость, как вдруг, что-то живое выскочило на асфальт и замелькало в свете фары, норовя угодить прямо под колесо. Натянутые до предела нервы сдали. Испугавшись, она дёрнула руль в сторону и только тут поняла, что это ни кто иной, как выбежавший из посадки заяц. Но было уже поздно: тяжёлый байк, потеряв равновесие, стал крениться на бок.

Ужасающая мысль, что её сейчас размажет по асфальту, заставила сработать инстинкт самосохранения. Разжав вцепившиеся в руль пальцы, она оттолкнулась от неуправляемого мотоцикла и кубарем полетела куда-то вниз. Ударом о землю из лёгких вышибло воздух. Зловеще заскрежетав корпусом об асфальт, «Сузуки» юзом прополз вдоль обочины несколько метров и заглох.

Третий звонок мобильника разбудил его окончательно. Некоторое время Сергей лежал, бездумно глядя в потолок. Когда же телефон взвыл в очередной раз, поднялся и, проклиная прелести современных технологий, пошёл выяснить, сколько ещё будет продолжаться этот беспредел.

На чёрной поверхности стола ярким пятном светился дисплей орущего на полную мощь телефона. И как можно спокойно спать под такие трели? Светлов раздражённо принял «вызов», но связь тут же прервалась , в трубке послышались короткие гудки. Он взглянул на экран: Денис. Это ж каким надо быть бестолковым, чтобы названивать в такое время! Немного поразмыслив, он отключил мобильник. В темноте скрипнула софа, и послышалось радостное сопение. Приглядевшись, различил очертания примостившейся не кровати собаки.

– Ник! – шёпотом позвал он, – Бегом на место!

Добродушный пёс заискивающе заскулил в ответ: по-видимому, он не собирался покидать своё удобное ложе. Нащупав шнур ночника, Сергей включил тусклый свет. Неподвижный силуэт под одеялом, в «ногах» которого блаженствовал Пикачу, показался весьма подозрительным. Смутная догадка, мелькнувшая в голове, в одно мгновение переросла в уверенность. Прогнав собаку, он рывком откинул плед в сторону. Ворох мягких игрушек рассыпался по кровати, приведя Пика в неописуемый восторг – пёс схватил в зубы какого-то зайца и стал носиться с ним по комнате.

С минуту Сергей мрачно смотрел на пустую постель, потом утихомирил собаку и, собрав игрушки, расставил их на полке. В глаза бросился уголок припрятанного под подушку блокнота. Светлов достал его и, повертев в руках, раскрыл на первом листе.

«… Здравствуй дневничок! Наконец-то я решила познакомиться с тобой!..» – поток горьких и, по-детски откровенных рассуждений, написанных беглым почерком, испещрял клетчатые странички. Он перелистал дневник, вчитываясь в некоторые строчки, местами размытые слезами. Пикник виновато уткнулся в его руку холодным носом.

– Что, зверь, ещё одна бессонная ночь нам обеспечена! – Сергей погасил светильник и, прихватив с собой блокнот, вышел из комнаты. Остановившись на балюстраде, оглядел холл и невесело усмехнулся: конечно же, её здесь нет! Взгляд задержался на стоящем под лестницей фикусе. «Вот тебе и цветочки!.. – он машинально погладил шелковистую шерсть стоящего рядом пса, -… И это только начало!..» Спустившись вниз, водрузил кашпо с цветком обратно на подоконник и, отослав собаку на место, направился в свою комнату.