НИКОЛАЙ НЕГОДНИК
Шрифт:
– Мудрость Великого Магистра не знает границ!
– раздалось сразу несколько голосов.
– Сейчас да. Но тогда хан обманул нас - взял золото и приказал сломать хребты посланникам Ордена.
– Негодяй! Обманщик! Покарать!
– Тихо!
– Танкред хлопнул ладонью по трибуне.
– Мы наказали.
– Слава Ве…
– Тихо! После скоропостижной смерти Чегеварчина к власти в Орде пришел его внук Пету-хан, весьма достойный и способный молодой человек…
– Дать ему золота!
– выкрикнул обритый наголо магистр, завернутый в
– И послать…
Огненный шар ударил в нарушителя регламента и громко взорвался, оставив от жертвы висящее в воздухе облако дурно пахнущего пепла.
– Я не нуждаюсь в советах!
– грозно заявил Танкред Румийский, потирая ладони. Они всегда немилосердно чесались после заклинания "мертвого огня".
– На чем мы остановились? Ага… новому хану барыгов уже заплачено, и немало. Орда уже в пути, а наши проводники с подробнейшими картами ведут ее кратчайшими дорогами. Но… Но кочевники дики и неуправляемы, поэтому от вас требуется присоединиться к обряду подчинения. Кто против?
Здесь, как и в далеком будущем, никто не отказался. Когда черная корона главы Ордена уже заняла место в центре стола, он на минутку отвлекся:
– Всем собравшимся оказать необходимую помощь кочевникам - припасы, оружие, разведка. Даже девками непотребными обеспечьте, если понадобятся. К вящей славе Бафомета! И после нас - хоть потоп!
Сильный мороз и пробирающий до костей ветер заставляли часовых у крыльца притоптывать, переминаться с ноги на ногу, пугая торопливо бегущую по двору собаку. Но и она стремилась в тепло, в надежную и прочную конуру, где должна была стоять миска с восхитительно-вкусными косточками. И где не достанет здоровенный драчливый кот, подмявший под себя все собачье население Татинца.
Только спешный шаг прервался самым неожиданным образом - падучая звезда, такая яркая и непривычная средь бела дня, прочертила бледно-голубой небосвод и зависла над городом, в аккурат против княжеского терема. Напуганный неземным светом пес взвизгнул, поджал хвост, и бросился наутек, подвывая от ужаса.
– Тревога!
– часовые рассыпались по двору, занимая позиции и удерживая в прицеле огнестрелов неизвестное явление, а из приоткрывшихся окошек выглянули длинные стволы новейших дальнобойных пищалей.
Но стрелять не пришлось - звезда опустилась на землю, и перед стражниками предстал ангел. Самый обычный ангел в классическом виде - белый полушубок, белый же шелковый хитон под ним, лебединые крылья за спиной. В общую картину несколько не вписывался огненный меч в руках. Впрочем, в знак миролюбивых намерений он был тут же спрятан в ножны.
– Туки-тук, Штирлиц дома? Гестапо пришел, однако! Шибко-шибко ругаться будет.
– Дома, - ответил вышедший на крыльцо Шмелев.
– Ребята, пропустите, это свой.
Воины не споря опустили оружие и посторонились. Да, ангел… да, к князю… и что тут странного? Никто же не удивляется говорящему
– Значит ангел?
– Николай пожал гостю руку и первым начал разговор.
– Разве не похоже? Или не рад встрече?
– Ну… если вопросом на вопрос, это точно ты. Заходи.
Коля вежливо пропустил гостя вперед, только усмехнулся, когда тот поднимался по лестнице на второй этаж, стараясь не наступить на волочащийся по ступеням край длинного одеяния. И только когда остались наедине, если не считать увлеченного книгой Базеку за столом, расхохотался.
– И чего ржешь?
– Изя… Израил Родионович, ты себя в зеркале видел? Что так вырядился? Вид, честно скажу, совсем дурацкий.
Ангел снял полушубок и повесил на крючок около двери. Под белым хитоном явственно проступала кобура скрытого ношения с чем-то крупнокалиберным.
– А не надо смеяться, Николай Васильевич… не надо. Вы именно так себе нас и представляете. Не ты лично, а вообще… Мне что, в джинсах нужно было явиться и с паяльником в руке?
– И что? Никто бы не удивился.
– Знаю, - отмахнулся Израил.
– Но решил вот и на твой имидж поработать. Совершенно безвозмездно, заметь.
– Значит, хочешь содрать гораздо больше. И суешь бесплатную морковку под нос ослу.
– Не скромничай, князь не может быть ослом по определению. Боевым конем, не меньше.
– За коня ответишь.
– Но я же в хорошем смысле слова. И ангелов бить - святотатство.
– Мне можно, Савва грех отпустит. Ладно, пошутили, и будет - с чем пожаловал?
– И что, вот таки прямо сразу начнем говорить о делах, даже чаю не попьем, ковыряясь в зубах после сытного обеда?
– Израил Родионович пошевелил крыльями за спиной.
– Вот видишь? Еле ворочаются - устал и замерз. Паки-паки и вельми понеже.
– Чего?
– Кушать хочется, вот чего.
– А разве вам пища нужна? Насколько помню, даже спирт канифолью занюхиваете.
– Жадничаешь?
– ангел посмотрел с печалью в глазах.
– Мне, боевому генералу и бывшему наркому обороны кусок хлеба жалеешь? Ой… стоп… про наркома ты ничего не слышал. О чем это я? Ах, да… это у себя мы можем без еды обходиться, недолго, правда - день-два. А тут очень даже. Знаешь, сколько энергии уходит на полеты в световом луче? Хоть два пальца в розетку втыкай. Электричество еще не изобрели? Жаль.
– Кто же тебя заставлял выпендриваться с этим лучом? Явился бы на облаке, как все нормальные ангелы.
– Ой, специалист нашелся! Что за удовольствие морозить задницу в холодном тумане?
– Изя передернул плечами, видимо от неприятных воспоминаний.
– Мы кушать будем?
Шмелев посмотрел на часы, командирские, сохранившиеся еще из будущего:
– Обед по расписанию через пять минут.
– Ты что, бош?
– удивился гость.
– К чему такая точность?
– Дисциплинирует, - ответил Шмелев, раскуривая заранее набитую трубку.
– И вообще… способствует.