Никогда не говори "никогда"
Шрифт:
— Сейчас мы поднимемся вверх по Лексингтон-авеню, и там как раз наш первый объект.
Мы быстро шагаем в ночном воздухе, температура падает, и наше дыхание превращаются в пар. Когда подходим к довоенному зданию, где я собираюсь ему показать шестикомнатные апартаменты1, то замечаю, что он снова переписывается по телефону.
— Опять твоя подружка? — еле сдерживая улыбку, поддразниваю его, как только он кладет сотовый обратно в карман. Возможно, в глубине души мне хочется еще раз услышать, что у него нет девушки. Не знаю почему. В любом
Тео криво усмехается, демонстрируя одну ямочку. Ему нравится, что я задала этот вопрос.
— У меня все еще нет подружки.
В моем животе трепещут крылышками бабочки, но я стараюсь их успокоить, с каждым шагом приближаясь к лестничной площадке квартиры. Напоминаю себе, что у него уж точно нет девушки, и он хотел, чтобы я отменила свидание.
Помнишь, он не в твоем вкусе, а ты вечно ищешь в словах скрытый смысл?
Мы осматриваем квартиру. Она современная, усовершенствованная, с большим открытым пространством, но ничто в ней не кричит о чрезмерной роскоши. Она бы замечательно подошла семье из четырех человек, но не одному из самых перспективных и завидных холостяков в мире. Ему нужна полноценная холостяцкая квартира, и я не уверена, что мы найдем ее на Лексингтон-авеню.
— Она тебе не нравится? — спрашиваю я, так как он молчит.
Тео зевает, и долю секунды я изучаю его безупречно ровные зубы. Они блестящие и безупречно пропорциональны для его рта. Его полные губы напрягаются и расслабляются, а глаза цвета морской волны мерцают на фоне бледной луны, светящей в окно позади него. Интересно, он всегда так хорошо выглядит? Этот мужчина, наверное, из тех людей, кто мчится по жизни с попутным ветерком, разительно отличаясь от людей вроде меня, кто опутан проблемами, как веревками, по ногам и рукам.
— Может, ты все же подумаешь о районе Трибека. Там есть несколько промышленных лофтов, которые я хотела бы тебе как-нибудь показать, — говорю я, доставая из сумки остальные списки и просматривая их. — Все, что мы будем сегодня смотреть, очень похоже на эту квартиру. Некоторые из них чуть более роскошны, но все они в том же духе. Это те варианты, что ты сможешь приобрести в этой части города и в твоем ценовом диапазоне.
Он вздыхает, его глаза еще раз осматривают комнату, прежде чем останавливаются на висящей над камином картине без рамы, выполненной масляными красками. Где-то семья, которая владеет этим местом, ждет благоприятного случая и надеется, что в этот раз получится продать квартиру. Этот объект уже одиннадцать месяцев находится в списке на продажу. И мне жаль тратить их время.
— Следующая квартира примерно в двух кварталах отсюда, — говорю я, направляясь к двери.
Когда он с таким важным видом рассекает ночной воздух, то немного напоминает мне отца. Его недостижимые стандарты совершенства могли без сомнения стать в один ряд с отцовскими.
Значит, решено. Я не могла бы встречаться с Тео, даже если бы захотела. Моя мать меня бы убила.
Но опять же, моя мама со мной не разговаривает.
Я поднимаю голову и устало передвигаю ноги, шагая бок о бок с Тео и с трудом отбиваясь от мечтательной дымки вожделения, которая сбивает меня с толку.
Мне нужно сосредоточиться.
Yужно перестать предаваться мечтам о мужчине, с которым я в принципе абсолютно никогда не буду вместе.
Никогда.
ГЛАВА 6
ТЕО
Вторая
— Это умный дом, — гордо сообщает Скайлар, щелкая различными переключателями и указывая на встроенные в стены сенсорные мониторы и термостаты. Она ведет меня на кухню, показывая все: от сенсорных смесителей до индукционных конфорок и уплотнителя мусора с голосовым управлением. Пространство выдержано в холодных тонах и обставлено пластиковой мебелью. Такое впечатление, что в любой момент из шкафа может выскочить робот и предложить мне ночную шапочку и теплую пижаму.
Видимо, здесь живут Джетсоны2.
Я зеваю. Pеваю весь вечер. Шестичасовой перелет вкупе со стрессом от предстоящей тяжбы истощили мои энергетические резервы.
— Мне неприятно так поступать с тобой, Скайлар, но мы можем посмотреть остальное завтра?
Часы показывают восемь. Не знаю, сколько еще объектов она собирается показать мне сегодня вечером, но я не уверен, что смогу переварить еще одну точную копию уже виденных мной шестикомнатных апартаментов.
— Если днем, то возможно, — отвечает она, молча намекая, что ее пятничный вечер недоступен.
— А если ты мне понадобишься вечером? — проверяю я ее.
— Я с тобой только до пяти, — говорит она. — После у меня есть планы.
Я не оцениваю по достоинству ее треп. Это просто оскорбительно.
— Еще одно свидание?
Она тянется к выключателю и приглушает в квартире свет. Тусклое освещение лампы подсвечивает ее сзади, отбрасывая мягкие тени на лицо. Мой взгляд останавливается на резко очерченном изгибе верхней губы Скайлар, и я испытываю непреодолимое желание попробовать ее на вкус.
— Если тебе так хочется знать, то да. Ведь сегодня мне пришлось из-за тебя отменить свидание.
У меня в кармане пискнул телефон. Как бы я хотел отключить эту глупую вещицу, но мой адвокат взрывал мне мозг, названивая всю ночь, пока мы выясняли, как грамотно справиться с нашей маленькой проблемой, не ставя под угрозу продажу акций, о которой мы пытались договориться. До сих пор мы одерживали верх. Как правило, незавершенные судебные процессы заставляют покупателей прятаться, как пугливых кроликов в их норах.
— Я не собираюсь снова его отменять, — говорит она, скрестив руки на груди и упрямо впечатав каблуки в пол.
— И кто же этот счастливчик? — мои слова, приправленные досадой, отдают сарказмом и горечью, хотя я небрежно произношу их с притворной сладостью.
Ее лицо меняется, и наши глаза встречаются.
— Это свидание вслепую. Я его не знаю. Во всяком случае, пока.
— Свидание вслепую, — вздрагиваю я. Последнее свидание вслепую у меня было, когда Мила пыталась свести меня со своей украинской кузиной. Мы не понимали друг друга, и она так сильно надушилась, что потребовались недели, чтобы запах духов выветрился с пассажирского сиденья моей машины. С тех пор Мила больше ни с кем меня не знакомила.