Нежность

Монтейро Марианна

Валентина жалобно захныкала.

– Папа, а меня?

– С удовольствием! – ответил Фернандо и поцеловал дочку.

В Мехико из Гвадалахары приехал Альдонсо Ривера. Он позвонил Веронике, и она очень обрадовалась звонку своего бывшего шефа.

– Я как раз собиралась пройтись по магазинам, – сказала ему Вероника. – Мы можем встретиться. Расскажешь мне, как у вас дела?

– Конечно, расскажу обо всем, – ответил Альдонсо. – Хочешь, угощу тебя мороженым с изюмом?

– Правда? – воскликнула Вероника. –

Ты не забыл, что я люблю мороженое?

– А как же! – пошутил Ривера. – Но с кем ты оставишь дочь?

– Рамина посидит с ней, – ответила Вероника.

Она имела в виду няню, которую они с мужем наняли для присмотра за маленькой Валентиной.

…Вероника Монтейро и Альдонсо Ривера встретились у входа в кондитерскую.

– Здравствуй, Вероника! – радостно приветствовал ее бывший начальник, одновременно внимательно приглядываясь к молодой женщине. – Ты ничуть не изменилась! Только еще похорошела, если это возможно.

– Да и ты тоже, – ответила Вероника, немного покривив душой.

Несмотря на свои тридцать три, Ривера начал седеть. Хотя в остальном он почти не изменился.

– Выглядишь отлично, – добавила Вероника. – Возмужал!

Они заняли столик у окна и сделали заказ. После того, как официант принес мороженое для Вероники и кока-колу для Альдонсо, Вероника приступила к расспросам.

– Как там все? Как идут дела фирмы?

Ривера махнул рукой.

– Новостей не так много, – ответил он. – Да, ты знаешь, Памела вышла замуж…

– Правда? – воскликнула женщина. – Не ты ли взял ее в жены?

– Нет…

Вероника порадовалась за Альдонсо, что тот наконец избавился от назойливых ухаживаний Памелы.

– Ты еще не женился? – спросила Вероника, не заметив на пальцах Альдонсо обручального кольца.

Ривера с такой грустью посмотрел на молодую женщину, что Вероника отругала себя за любопытство. «В самом деле, зачем я сама напоминаю ему о том, что обманула его надежды?» – с досадой подумала женщина.

Чтобы перевести разговор на более приятную тему, Вероника спросила о работе.

– Дела идут в гору, – ответил Альдонсо. – Ты только посмотри на мой костюм. Разве я мог раньше позволить себе покупать такие вещи?

Он несколько оживился, когда заговорил о делах фирмы.

– Здесь я по вопросу одного весьма выгодного контракта. Так что жаловаться не приходится…

– Ой, я совсем забыла! – воскликнула Вероника. – Я же взяла с собой фотографии…

– Фотографии? Чьи?

– Хочу показать тебе мою малышку… – Вероника полезла в сумочку и вынула несколько снимков, сделанных в разное время Фернандо.

– Здесь Валентина совсем маленькая, – комментировала Вероника. – А здесь Фернандо сфотографировал ее в тот момент, когда она упала… – Вероника улыбнулась воспоминаниям. – Представляешь? Муж попросил Валентину постоять хоть одну минуту спокойно,

а она взяла, да и упала!

Ривера кисло улыбнулся.

– Я даже никогда не думала, что буду так счастлива, что это все мне так будет нравиться! – продолжала Вероника. – Семья, дети!

Она понимала, что снова затронула больную тему, но ничего не могла с собой поделать. В конце концов, кроме семьи у нее ничего в жизни не было.

– А работа? – спросил Альдонсо. – Ты тоскуешь по работе?

Вероника вздохнула.

– Если честно, то уже отвыкла грустить, хотя в первое время – да, тосковала! – она вертела в пальцах чайную ложечку. – Знаешь, ведь я нашла некоторое применение своим способностям и здесь!

Ривера недоуменно поднял брови.

– Вот как? – вежливо поинтересовался он.

– Да, я обставила наш с Фернандо дом, – похвасталась Вероника. – Знаешь, Альдонсо, мы напрасно встретились здесь. Надо было пригласить тебя к нам. Ты все увидел бы сам и оценил мою работу.

– Я не сомневаюсь в твоих способностях, – грустно улыбнулся архитектор. – И никогда не сомневался, – он замолчал.

Вероника почувствовала, что разговор иссякает и, чтобы поддержать его, снова стала рассказывать о семейной жизни.

– Ты знаешь, Альдонсо, такие вещи трудно объяснить, их просто нельзя понять заранее, – сбивчиво говорила она. – Пока сам не окунешься в семейную жизнь и не попробуешь на себе… Во мне открылось что-то совершенно новое, что-то такое, – она принялась помогать себе, жестикулируя, – чего раньше просто не подозревала! Меня переполняет любовь, нежность, которую хочется отдать маленькому существу…

Ривера заметил, что Вероника рассказывала не об отношении к мужу, а о чувствах, которые она испытывала к дочери.

– А ты не пробовала вести дневник? – неожиданно перебил Альдонсо.

Вероника недоуменно посмотрела на него.

– Дневник?

– Ну да, дневник! Сейчас тебя переполняют новые чувства, советую записать их. Потом перечитаешь сама, дашь почитать дочери… Представляешь, как ей будет интересно это читать, когда вырастет?

Вероника вздохнула и покачала головой.

– Ох, Альдонсо, у меня совсем нет времени на то, чтобы писать!

– Тогда купи магнитофон и наговаривай на кассеты! – посоветовал Ривера. – Какая разница, в каком виде сохранять воспоминания?

– Интересная идея! – согласилась Вероника.

– Конечно! – оживился Альдонсо. – С магнитофоном еще лучше! Твоя дочь, твоя Валентина, когда вырастет, не только узнает, о чем ты думала, она еще и услышит твой голос!

Внезапно Веронике стало грустно.

– И все-таки, Альдонсо, я жалею, что бросила работу, – сказала она.

– Ты не жалей, а попробуй устроиться в Мехико! – ответил Ривера. – У меня есть здесь знакомые, хочешь, я порекомендую тебя?