Нежеланная жена
Шрифт:
С каждым словом все больше сил уходило из тела. Праотцы и боги брали свою дань, лишая жреца энергии, как сказал бы Серж. Ричард привычно закрыл глаза перед последней фразой и вцепился пальцами в прутья решетки, боясь упасть. Со стороны казалось, что он своей позой выражает покорность. Вот только ноги совсем не держали, да и руки начинали подрагивать все сильней и сильней.
Наконец последняя молитва была произнесена. Еще несколько секунд, и народ потянется на выход из храма. Тогда Ричард сможет опереться об ограду и отдохнуть…
Две секунды, пять, десять… Неожиданно к ткани камзола кто-то прикоснулся,
Идти на ритуал необходимо было до завтрака. Служанка помогла Марине вымыться и начала спешно обряжать ее в пышное платье молочного цвета. Волосы обхватили золотым обручем, в ушах появились серьги с жемчугом, на груди — ожерелье, тоже из жемчуга. Обошлись без макияжа, но Марина, идя по коридорам, и так чувствовала себя этакой разряженной куклой.
На этот раз нериса оставили в спальне, сытым и довольным.
Марина зашла вместе с Вереей в храм, удивилась его убранству, с трудом понимая, зачем мертвецам столько живых цветов, и встала неподалеку от короля и его фаворитки. Первый приветственно кивнул ей, вторая предпочла не заметить. Марина мысленно хмыкнула и посмотрела вперед, туда, где у кованой ограды стоял, напряженный, Ричард.
Некоторое время ничего не происходило, потом в воздухе разнеслись слова на непонятном языке. «Видимо, молитвы», — решила Марина. Ричард читал медленно, нараспев, и у нее было время, чтобы оценить красоту и силу неизвестного языка.
Вот молитвы стихли, и люди потянулись на выход. Марина посторонилась, пропуская кого-то из слуг. Её внимание было приковано к фигуре Ричарда. Он стоял на одном месте, и что-то в его позе Марине не нравилось. Что-то явно было не так.
Дождавшись, пока все покинут храм, Марина, тихо ступая, подошла к ограде. Ричард даже не обернулся. Он продолжал стоять, сжимая до белизны в пальцах прутья ограды. «Да он еле живой», — с удивлением осознала вдруг Марина.
Она протянула руку, желая коснуться его плеча, и из пальцев вдруг вырвалось что-то, больше похожее на сноп искр, причем белого цвета. Эти искры начали впитываться в камзол, а Марина стояла и ошеломлено на все смотрела. Потом ее силы иссякли, и наступила темнота.
Пришла в себя Марина от жжения. Грудь неимоверно жгло, как будто раскаленный утюг поставили.
«Откуда в этом диком мире утюги», — мелькнула мысль, и Марина открыла глаза. Утюгом оказался нерис, вольготно разлегшийся вдоль тела Марины.
— Госпожа, — подскочила с кресла заплаканная Верея, — слава всем богам, вы очнулись!
Ответить Марина не успела — служанка опрометью бросилась вон из комнаты.
— Слезай уже, — обратилась Марина к нерису, с удивлением замечая, что вместо нормального голоса из груди выходит шепот.
Живность неспешно поднялась, медленно потянулась, но все же соизволила слезть с хозяйки и улеглась рядом, на покрывало.
Марина пошевелилась, попыталась встать, но руки и ноги были как ватные. Не хватало сил даже просто приподняться. Почему-то вспомнилась ситуация с перемещением. Тогда было такое же бессилие. Но обстановка вокруг и нерис рядом ясно давали понять: Марина все еще в том мире, куда ее забросила воля Марианны.
В коридоре послышались шаги и голоса. Затем дверь распахнулась,
Ричарда разрывали противоречивые чувства. С одной стороны, он был благодарен Марине за помощь и даже шокирован оказанием этой самой помощи. С другой стороны, была бы его воля, он прибил бы эту девчонку, постоянно поступавшую самовольно и бездумно. Какого шортаса она не ушла с остальными, а решила коснуться его? А если бы ритуал не был завершен? Тогда Ричард непроизвольно начал бы черпать силы для дани богам в ней, а последствия таких действий могли быть самыми плачевными, вплоть до ее смерти! Да кто вообще, будучи в здравом уме, приближается к некроманту, когда тот читает заклинания?! Идиотка! Как есть идиотка! И магия эта, вдруг проснувшаяся! Теперь уже понятно, что нерис — дар от Партона, бога всего сущего. Вот только как же все не вовремя. Ведь он, Ричард, еще не знает, кто именно давал согласие на брак. Да и…
— Господин, — после стука в комнате Ричарда показалась кудрявая головка личной служанки Марины, — вы велели сообщить…
Ричард не дослушал: раз девчонка здесь, значит, жена уже пришла в себя. Ну что ж, в таком случае им следует о многом поговорить.
Глава 13
На окошке два цветочка:
Голубой да аленький.
Милому давать не буду,
Сам возьмет — не маленький!
Русские народные частушки
Распаляется пламя ветром, а влечение — близостью.
Сократ
Зайдя в покои Марины, Ричард первым делом отметил нериса рядом. Значит, силой свою хозяйку животное подпитало. Марина заворочалась на постели.
— И как самочувствие? — ехидно поинтересовался Ричард, усаживаясь в кресло напротив кровати. — Кто тебя вообще научил подходить к некроманту, проводящему обряд? А если бы я его не закончил? Ты бы уже бодрым зомби была.
— Меня вообще никто ничему не учил, — вяло огрызнулась бледная Марина, — в моем мире нет магии.
— Твой мир теперь здесь, — отрезал Ричард. — И если ты придешь в себя до завтра, то начнешь заниматься с магом Жизни. Он уже поставлен в известность о появлении во дворце необученного мага.
— Маг Жизни? — переспросила Марина. — Тот старик, что лечил меня в лесу?
— Именно, — кивнул Ричард. — Он уже давно просится на покой. Вот ты и станешь его преемницей.
С магом Жизни у Ричарда никогда не было простых отношений. Старик, фанатично преданный своему богу, ненавидел жреца Смерти с самого его детства. И когда малолетний Ричард неудачно упал с лошади, лекаря по странному стечению обстоятельств не оказалось на месте. Время было упущено, боль снял заряженный амулет, но сломанная нога срослась неправильно, и теперь, каждый раз, встречая старика во дворце, Ричард искренне желал ему поскорей отправиться к Танаросу.