Незабудки для тебя
Шрифт:
— Как и ты, сынок. Я тобой горжусь.
— Эй, а мной? — напомнил о себе Деклан. — Это же я подумал о «тик-таке»!
— Тебе я еще успею наговорить комплиментов. Сегодня, — продолжила она, обращаясь к Реми, — ты женишься на девушке, которую любишь всем сердцем. Вокруг — твои родные и друзья, и все они желают вам счастья. Твой лучший друг, твой названый брат отдал в ваше распоряжение свой дом, чтобы этот день стал для вас поистине сказочным. Так что выпей для храбрости, сделай глубокий вдох… и вперед, к алтарю!
— Слушаюсь,
— Знаю. Я тебя тоже. Нет-нет, целоваться не будем — сотрется помада. Деклан, ты отвечаешь за жениха: проследи, чтобы больше одной порции он не пил!
Чуть позже Деклан обнаружил, что мать его, как всегда, была права. Едва Эффи в белоснежных кружевах сошла с галереи в сад, Реми перестал дрожать и расплылся в восхищенной улыбке.
Деклан услышал, как его друг, его названый брат шепчет: «Девочка моя!»
Взгляд Деклана невольно скользнул по толпе гостей, отыскивая Лину. Она была здесь — взгляды их встретились. «А ты — моя, — мысленно проговорил он. — Никто и ничто нас не разлучит».
Так стоял он в весеннем саду, среди зеленеющих деревьев и цветов, и смотрел, как друзья его навеки соединяют руки, сердца и судьбы.
Когда священник провозгласил: «Объявляю вас мужем и женой!» — и влюбленные слились в поцелуе, вместо чопорных аплодисментов, к которым привык Деклан в Бостоне, над лужайкой взлетело многоголосье приветственных возгласов и радостных криков. Губы Деклана расплылись в невольной улыбке.
Почти сразу же загремела музыка — скрипки, аккордеоны. Пока фотограф вился вокруг молодых, выискивая удачные ракурсы, Деклан оставил свое место по правую руку от жениха и двинулся в толпу — к Лине.
Сегодня на ней было красное платье — яркое, как огонь, очень открытое, с обнаженной спиной в паутине тонких шнурочков. На груди, над сердцем — брошь-часы с золотыми крыльями, подарок Люсьена Абигайль.
— Я уж думал, ты никогда ее не наденешь.
— Эта вещь особенная, — объяснила Лина, — так что я ее берегла для особого случая. Чудесная свадьба, Деклан! И какой ты молодец, что устроил свадьбу в Доме Мане! Ты настоящий друг!
— Да, у меня вообще много достоинств, тебе со мной повезло. Лина, в последние дни я страшно скучал по тебе.
— Мы оба были заняты.
— Оставайся у меня сегодня. — Догадавшись по глазам, что она готова отказаться, он взял ее за руку. — Анджелина, прошу тебя, останься!
— Посмотрим. Ладно, иди, развлекай гостей.
— Гости прекрасно развлекают себя сами. А где мисс Одетта?
— Твоя мать увела ее куда-то, — нахмурилась Лина.
— Хочешь, я их разыщу и спасу мисс Одетту?
Лина гордо выпрямилась, и в голосе ее прозвучал холод:
— Не беспокойся за бабулю, она умеет за себя постоять.
— Вот как? — прищурился Деклан. — Если у них дойдет до драки, я бы поставил на маму — у нее такой удар
— Если она обидит бабулю…
Вмиг посерьезнев, Деклан обнял Лину за плечи, слегка встряхнул.
— Лина, о чем ты? За кого ты принимаешь мою мать? Она хочет поговорить с мисс Одеттой наедине, чтобы познакомиться с ней поближе — только и всего.
— А ко мне в бар твои родители явились тоже для того, чтобы познакомиться со мной поближе?
— Они приходили к тебе в бар?
— Ну да. — Чтобы скрыть волнение, Лина торопливо взяла с подноса у официанта бокал шампанского. — Твоя мама устроила настоящую инспекцию моему заведению, да и мне заодно. Все осмотрела, попробовала мой мартини. А потом мы с ней поговорили начистоту.
Деклан вздрогнул: при мысли о том, что две самые важные женщины в его жизни «говорили начистоту» — и, скорее всего, о нем, — его охватила паника.
— То есть?
— Я сказала то, что нужно было сказать, вот и все. И мы с ней друг друга поняли.
— Может, и мне сообщишь, что ты такого сказала? А то, похоже, я один не в курсе!
— Сейчас не время и не место.
— А когда будет время и место?
Услышав в его голосе раздражение, она улыбнулась и провела пальцем по его щеке.
— Не кипятись, дорогой. Ведь сегодня праздник! Успеем еще поругаться.
— Ладно, уговорила — отложим ссору на потом! — И Деклан прижался губами к ее губам.
Праздник переместился в бальную залу, а оттуда — в галереи и сад. Впервые за многие десятилетия дом наполнился оживленными голосами, музыкой и смехом. С визгом гонялись друг за другом дети, плакали младенцы, флиртовали влюбленные, сплетничали кумушки за столами в саду под белоснежными тентами.
Деклану нравилось думать, что светлая энергия праздника пропитывает дом от подвала до чердака, проникает даже в самые темные уголки тех комнат, что он предпочитал держать на замке.
— Деклан! — Эффи положила руку ему на плечо. — Можно пригласить тебя на танец?
— А что случилось с Реми? Почему он оставил тебя без присмотра? — Деклан вывел новобрачную на середину зала, поцеловал ей руку и закружил в танце. — Будь ты моей новоиспеченной женой, я бы глаз с тебя не сводил и ни на шаг от себя не отпускал!
— Ах, Деклан! — Она потерлась щекой о его щеку. — Не будь я уже безумно влюблена в собственного мужа, непременно влюбилась бы в тебя!
— Если он тебе надоест, сразу дай мне знать!
— Деклан, — посерьезнела Эффи, — хочу поблагодарить тебя за этот чудесный праздник. Мы с мамой и сестрой, должно быть, страшно тебе надоели за последнюю пару недель…
— Всего-то пару недель? — рассмеялся Деклан. — Да ради сегодняшнего дня я бы согласился еще год прятаться от вас под кроватью!