Нейропсихоz
Шрифт:
Напряжение сгущалось, как тучи перед грозой.
И тут заговорила Яра:
— Да потому что ты убил его сына, Макс.
Я замер. Мои мысли остановились. Я медленно повернулся к ней, пытаясь уловить неверие в её огненных глазах.
— Что? — прошептал я, не в силах поверить.
Она смотрела мне прямо в глаза. Без злобы, без обвинений. Только холодная истина.
— Вот из-за чего это всё.
Я перевёл взгляд на Вика. Тот сидел, не моргнув, внимательно изучая меня, словно ожидая признания.
Сын
— Чушь, — мой голос прозвучал глухо, будто я говорил под водой. — Я бы точно знал, если бы сделал это.
Вик наклонился вперёд, положил локти на стол, в голосе зазвучала насмешка:
— А ты вообще не догадался, почему я захотел убрать СЕО «ОргСинт»? И даже его слова про Борина тебя не напрягли?
Я моргнул. Эта фамилия. Последнее время я слышал её слишком часто.
— Причём тут он?
Вик усмехнулся, как будто я только что не смог решить задачу на уровне детского сада.
— Борина — это фамилия моей бывшей жены.
Эти слова ударили, как выстрел в упор. Я знал об их разводе — это даже в новостях обсуждали. Но… почему я не придал этому значения?
Да потому.
Потому что это был простой заказ.
Стандартная история: вернуть украденные данные. Но в процессе что-то идёт не так, и цель нужно убрать. Хоть мне это и не нравилось, я даже не пытался искать логические связи. Просто сделал, что сказали.
Но вот в чём разница между охотниками и чистильщиками. Охотники думают, прежде чем убить... Мы анализируем, копаем, выясняем детали. А чистильщики — нет.
И именно в тот момент я не думал.
Я был пешкой.
Я ощущал, как ярость закипает во мне.
— Вот суки…
Они всё рассчитали. Мне дали стандартный контракт: слежка, взлом, поиск уязвимостей, возврат флешки. Но в последний момент заказ изменился: теперь это ликвидация.
Я должен был подумать. Должен был.
Потому что я охотник. А настоящий профессиональный охотник в такой ситуации, не имея на руках нужных деталей, должен был отказаться. Не говоря уже о том, что соглашаться на неоплаченную «мокруху» будет только конченный психопат, которому это приносит удовольствие.
Но «ОргСинт» — слишком крупная корпорация, чтобы можно было просто сказать «нет». Я проявил невнимательность, слабость и доверился им.
Я смотрел на Вика.
Вик смотрел на меня.
Теперь я знал, почему я оказался здесь. И этот ответ был горьким, как яд.
— Но почему? — спросил я. — Как ты вообще это допустил?
Вик даже тряхнул головой, словно я задал какой-то идиотский вопрос.
— Что, прости?
— Как ты допустил, что твой сын вообще попал в ситуацию, где вынужден был воровать данные у корпоратов? Разве он не должен валяться на яхте где-то в тропиках?
Я сказал это намеренно, проверяя его реакцию.
Вик пронзил меня холодным взглядом, оценивая.
— Знаешь, твоё любопытство похвально.
Он сделал паузу.
Я молчал.
— После развода с женой мы с Пашкой не ладили, — продолжил Вик. — Я думаю, она приложила к этому руку. Он не хотел иметь дел со мной. Считал себя лучше меня. Поэтому жил своей жизнью.
Голос его был спокойным. Но в нём звучала сталь.
Понятно.
Его сын не захотел идти по стопам отца. Он сбежал из-под крыла Вика. Жил так, как считал правильным. А потом оказался не в том месте, не в то время.
— Ты использовал меня, — догадался я. — Всё это время.
Вик кивнул.
— Конечно. Ты забрал у меня сына, разве этого недостаточно, чтобы нажить себе таких проблем, Макс?
Он сделал паузу, давая мне это переварить.
— Но одно я понимаю хорошо: ты всего лишь исполнитель. Это не ты предложил моему сыну выгодные условия ради воровства данных. Это сделали «ИнноКорп». Это не ты принял решение заказать Пашку. Это сделал лично Ильназ Хайрулин из «ОргСинт». Но так как ты великолепный, ответственный исполнитель… — Вик чуть наклонил голову. — Я решил, что будет просто замечательно, если и моя месть будет тоже твоих рук дело.
Чёрт.
Картинка в голове начала складываться. Я вспомнил заражённые серверы. Вспомнил, как в тот момент я был уверен, что сделал всё правильно, но в последний момент всё переменилось.
— Погоди… То есть та ситуация в серверной… То, что я не успел отключить вирус… Это не моя вина?
Вик усмехнулся.
— Наконец-то.
Я смотрел на него, чувствуя, как все эти недели сомнений, паранойи и злости наконец превращаются в одно целое.
— Это ты всё подстроил?
Вик рассмеялся.
— Много же тебе потребовалось времени, чтобы это понять. Я даже скажу больше. Если бы я не направил к дата-центру несколько отрядов полиции, никто бы даже не узнал о том, что там случилось.
Я чувствовал, как в груди закипает ярость.
Вик играл мной. Он знал, что я убил его сына. Знал, что именно я исполнил этот приказ, и вместо того, чтобы убрать меня сразу, он решил… разломать.
— Я забирал у тебя всё, что ты ценил, — сказал Вик. — Медленно. Планомерно.
Он поднялся со стула, подошёл к окну и взглянул на улицы Камал-Сити.
— Сначала твою свободу.
Он обернулся ко мне.
— Потом твою репутацию.
Я сжал челюсти.
— Потом твою веру в себя.
И наконец он посмотрел на Яру.
— Теперь вот её.
Я почувствовал, как внутри всё похолодело.
— Убей её, и можешь уйти. Это твой последний заказ.
Я посмотрел на Яру.
Она смотрела на меня.
Вик ждал.
Мои пальцы дрогнули на пистолете.
Яра дёрнулась, как будто хотела что-то сказать, но передумала.