Нейромант

Гибсон Уильям

— Ты что, не от Уэйджа?

Она покачала головой. Он рассмотрел, что стекла очков были хирургически вмонтированы в глазные впадины. Серебристые линзы, казалось, росли прямо из гладкой бледной кожи над ее скулами, резко и неровно очерченными темной прической. Пальцы, держащие игломет, были тонкими, белыми, с полированными ногтями цвета бургунди. Ногти создавали впечатление искусственных.

— Мне кажется, у тебя крыша едет, Кейс. Я появилась, и ты сразу вписал меня в картину своей реальности.

— Так что вам надо, леди? — Кейс откинулся спиной

на люк.

— Ты. Живое тело, одна штука, и мозги, если они еще сохранились. Молли, Кейс. Меня зовут Молли. Я охочусь на тебя для одного человека, на которого я работаю. Он хочет просто поговорить, и все. Никто тебя не тронет.

— Это хорошо.

— Хотя я часто делаю людям больно, Кейс. Наверное, я так прошита.

На ней были надеты черные облегающие джинсы из тонкой перчаточной кожи и черная «дутая» куртка из какой-то матовой, вроде бы поглощающей свет, ткани.

— Если я уберу этот игломет, ты не будешь дергаться, Кейс? Ты, похоже, любишь делать глупости.

— Эй, да я спокоен. Я полный лох, нет проблем.

— Отлично, парень. — Игломет исчез в черной куртке. — Потому что если начнешь хуйней страдать, это будет самая большая глупость всей твоей жизни.

Она подняла ладони, слегка растопырила белые пальцы, и с едва слышным щелчком десять обоюдоострых, четырехсантиметровых скальпельных лезвий выскользнули из-под ногтей цвета бургунди. Она улыбнулась. Лезвия медленно втянулись.

2

После года, проведенного в саркофагах, комната на двадцать пятом этаже отеля "Чиба Хилтон" казалась громадной. Десять на восемь метров, половина люкс-номера. Белая кофеварка «Браун» испускала пар на низеньком столике возле раздвижных стеклянных панелей, выходящих на узкий балкон.

— Влей в себя немного кофе. Похоже, тебе это не помешает.

Молли сняла свою черную куртку, игломет висел под ее рукой в черной нейлоновой перевязи. Она осталась в серой безрукавке с простыми застежками на стальных молниях вокруг каждого плеча. Пуленепробиваемый материал, решил Кейс, наплескивая кофе в ярко-красную кружку. Его руки и ноги будто одеревенели.

— Кейс.

Он посмотрел вверх, только сейчас заметив человека.

— Меня зовут Армитаж.

Темный халат распахнут до пояса, широкая и безволосая мускулистая грудь, твердый плоский живот. Голубые глаза, такие светлые, что Кейс подумал про отбеливатель.

— Солнце взошло, Кейс. Солнце твоего счастливого дня, мальчик.

Кейс взмахнул рукой, и человек легко уклонился от потока обжигающего кофе. Коричневая клякса потекла по стене, имитирующей рисовую бумагу. Кейс заметил угловатое золотое кольцо в левой мочке человека. Спецназ. Человек улыбнулся.

— Выпей кофе, Кейс, — сказала Молли. — Все нормально, но ты никуда не уйдешь, пока Армитаж не скажет то, что хочет.

Она уселась, перекрестив ноги, на шелковую подушку-футон и принялась разбирать и собирать свой игломет, не глядя на него. Взгляд двух зеркал сопровождал Кейса, пока он шел к столу и заново наполнял

свою кружку.

— Ты слишком молод, чтобы помнить войну, да, Кейс? — Армитаж запустил большую ладонь в свою густую коричневую шевелюру. На запястье мелькнул тяжелый золотой браслет. — Ленинград, Киев, Сибирь. Мы придумали вас в Сибири, Кейс.

— Что бы это значило?

— Операция Кричащий Кулак, Кейс. Ты слышал о ней.

— Какая-то атака, да? Пытались спалить вирусами ту русскую сеть. Да, я про это слышал. Никто не выбрался.

Он почувствовал внезапную напряженность. Армитаж прошел к окну и окинул взглядом Токийский залив.

— Это не так. Один экипаж вернулся в Хельсинки, Кейс.

Кейс пожал плечами и отхлебнул кофе.

— Ты консольщик, ковбой. Прототипы программ, которыми вы взламываете промышленные банки, были разработаны для операции Кричащий Кулак. Для нападения на компьютерную сеть Киренска. Каждый экипаж состоял из сверхлегкого самолета "Ночное крыло", пилота, деки для доступа в матрицу, и жокея-оператора. Мы запускали вирус, названный «Крот». Серия «Крот» была первым поколением настоящих программ вторжения.

— Ледоколы, — сказал Кейс поверх ободка красной кружки.

— Лед происходит от ICE, intrusion countermeasures electronics [15] .

— Проблема в том, мистер, что я больше не жокей, так что я, наверное, пойду…

— Я был там, Кейс; я был там, когда придумали вас.

— Тебе нечего ловить со мной и такими как я, приятель. У тебя хватает денег нанимать дорогих девочек с бритвами, чтобы притащить сюда мою задницу, но это все. Я больше никогда не смогу стучать по клавишам, ни для тебя, ни для кого другого. — Он прошел к окну и посмотрел вниз. — Вот где я теперь живу.

15

(англ.) электронные средства противодействия вторжению.

— В полученной нами характеристике говорится, что ты пытаешься подставиться, чтобы улица убила тебя.

— Характеристика?

— Мы построили детальную модель. Купили историю твоих действий под всеми именами и пропустили данные через кое-какую военную программу. У тебя суицидальные наклонности, Кейс. По модели тебе остается месяц жизни. А медицинский прогноз говорит, что в течении года тебе понадобится новая поджелудочная железа.

— Мы. — Он взглянул в бледно-голубые глаза. — Мы — это кто?

— Что бы ты сказал, если бы мы предложили вылечить твои нервы, Кейс?

Неожиданно Армитаж показался Кейсу выточенным из куска металла — инертным, невозможно тяжелым. Статуя. Теперь он знал, что видит сон, и скоро проснется. Армитаж больше не заговорит. Сны Кейса всегда кончались таким остановленным кадром, кончился и этот.

— Что бы ты сказал, Кейс?

Кейс смотрел на залив и дрожал.

— Я бы сказал, что это полное фуфло.

Армитаж кивнул.

— А потом я бы спросил, какие ваши условия.