Невишный

Багрянцева Светлана

– Этого говоруна поймать и в темницу. После с ним поговорю. Нужно узнать, с чьего приказа он народ собрал и на крамолу пошёл, – приказал Эрио командиру стражи, направляясь обратно в замок.

Уходя тем же путём, он увидел прячущуюся за поворотом сестрицу. Эрио недобро ухмыльнулся и подошел к ней. Велишка замерла и окинула его расширенными от ужаса глазами. Он же молча рассматривал сестру, наслаждаясь страхом в ее глазах, и, наклонившись, шепнул прямо ей в лицо:

– Что-то мне подсказывает, что ты собралась вслед за этими олухами,

сестрица. Я не посмотрю, что ты мне родная… – пообещал Эрио. – Поняла?

И, не дожидаясь ответа, пошел прочь. Но – вот диво! – через пару шагов встретил на пути бывшую королеву Рокзану.

– Эрио, ты решил перед воротами замка кладбище устроить? – спросила мать, но не смогла сдержаться и закричала: – Как теперь по той земле ходить?! И почему никто не знал о великой магии в тебе?!

– Почему же никто? Папа знал. Я всего лишь проводник мёртвых. А ходить ты будешь как прежде. Не мёртвых надо бояться, мама, а живых. И не забывайся, я король, а не твой слуга. Не стоит на меня повышать голос, – усмехнулся Эрио, проходя мимо.

4

Немко – немой

Удобняясь – устраиваясь поудобнее

Непути – непутевые

Трое мужчин зашли в дом лорда Ранеша. Сейчас в замке жил не Колояр, а его брат. После смерти Агидель жители деревень, подчинённых этому лордству, как обычно, потребовали наследника. Колояр не мог его дать, ибо жена умерла, а другие девушки отказывались выходить за него. Место лорда занял его брат Гончич. Колояр отправился в большой дом брата, а Гончич поселился в замке, забрав дочерей Агидель под своё крыло.

– Что вы тут намереваетесь найти? Столько лет прошло со смерти невестки, – вздохнул Гончич.

– Мы не обязаны разглашать королевскую тайну. И ты молчи, если жить хочешь, – буркнул один из мужчин, потом наклонился и заглянул в глаза хозяина замка: – Никому ни слова – ни катуне, ни детям. Язык вырву.

– Понял, я немко, – испуганно пробормотал хозяин.

Гончич искоса глянул на грозных мужчин в чёрном и отвёл глаза. Высокие, стройные, с грозными лицами. Даже волосы у всех чёрные, доходящие до лопаток, только глаза разного цвета. Сразу видно, как в зрачках плещется магия. У Гончича была сила, но её слишком мало, чтобы справиться сразу с тремя противниками. Ведь они как-то миновали стражу и прошли ночью в замок. Если бы не его магия, так бы и не узнал, что в доме гости.

– Пойдёмте, провожу в комнату Агидель. Убогая комнатёнка в самом углу замка. Она закрыта. Туда с её смерти и не заходил никто… Нет, забыл, была сразу после её смерти парочка магов. Нужно же было узнать, не убийство ли произошло. Агидель покончила с собой. Доказано, – нервно говорил Гончич, перебирая короткими ногами.

– Нас не волнует смерть Агидель. Запрёшь нас в комнате и уйдёшь. Мы сами покинем твой дом, – приказал один из магов, останавливаясь у дверей комнаты, и прочитал заклятие молчания, чтобы лорд не выдал то, что видел и слышал.

***

В

комнате пахло затхлостью и сыростью. Постельное белье на кровати почти истлело, повсюду лежал толстый слой пыли. Было видно, что со смерти Агидель даже слуги никогда тут не прибирали.

– Грязища, – проворчал Ториус, бывший порталицей.

– Тем лучше: нужные следы не перекрыты чужими, – буркнул Яреб, назначенный в этой троице главным как самый лучший маг-ищейка. – Юко, осмотри кровать, а я проверю другие предметы.

Юко в нескольких местах прикоснулся ладонями к постели, читая заклинание. Из пальцев вырвалось белое свечение, глаза закатились, и он стал что-то тихо и невнятно бормотать. Через какое-то время Юко вышел из транса и доложил:

– Женщина покончила с собой, мальчик действительно был омегой. Я видел его глаза и родинку в деталях. Это родовое пятно Ранешей. Она у парня на спине в районе лопатки. Большая бабочка. Думаю, мало у кого на Земле такие отметины есть. Да и глаза он от матери взял.

– Хочешь сказать, он тоже порталица? – спросил Ториус.

– Не факт. Земля не подпитывает колдунов – там нет магии. Поэтому он может оказаться пустым. Но есть вариант, что как только мы его сюда притащим, магия в нём проснётся. Правда, не обязательно он будет порталицей.

– Ну, я полагаюсь на тебя, Юко. Не буду считывать предметы, чего зря время терять. Ториус, мы можем отсюда выйти в ту точку, куда выбросило Беляну?

– Попробую исполнить, – улыбнулся тот и завертелся волчком, выставив перед собой ладони. Он остановился напротив стены, где когда-то образовался разлом. Кисти запорхали в воздухе, чертя руны, губы что-то шептали. Ториус закрыл глаза, а когда распахнул – в стену из его рук ударило две молнии, создавая разлом в стене.

– Не мог двери сделать? – недовольно буркнул Юко.

– Вот не мог! У Агидель тогда только проснулась магия, и она создала разлом. Нужно было создать точно то же, чтобы попасть в нужное место, – возмутился Ториус.

– Хватит свару устраивать. Идёмте, – и Яреб шагнул в портал.

В отличие от Беляны, мужчинам повезло: на улице стояла ночь и машин на дороге не было. Яреб присел на корточки, потом воткнул пальцы в грунтовую дорогу, которую за столько лет так и не заасфальтировали. Ладонь вошла в твёрдую землю, как нож в подтаявшее масло.

– Погибла Беляна. Её задавила дребезжащая железная повозка. Земля говорит, что хранит её останки здесь, в лесу. Кто сбил, тот и закопал. А ребёнка они с собой забрали. Он живой.

– Куда забрали? Мы можем выяснить? – подал голос Ториус.

– Повозка поехала в ту сторону, – Яреб поднялся и указал рукой направление. – Юко, ты у нас следопыт, веди.

Юко коснулся пальцами того места, где работал Яреб, и сделал несколько пасов рукой, создавая белый шар. В нём они увидели ту самую повозку, коих в их мире не водилось. Шар с тихим жужжанием поплыл вперёд, а маги двинулись следом.