Невинные

Лав Тея

– Тала просила подменить, – говорю я, но ловлю ее укоризненный взгляд. – Ее ребенку нужно к доктору. Я вернусь к трем. Мам, покорми, пожалуйста, Айка, Тала сейчас подъедет, чтобы подвезти меня.

– Конечно. Я даже с ним погуляю. Сходим к Блейкам.

– Разве миссис Блейк будет рада Айку? Прошлый раз он разрушил ей клумбу.

Мама беззаботно отмахивается.

– Пустяки. Я с ним справлюсь. Можешь взять мою машину. Сегодня она мне не понадобится.

А она сегодня в хорошем настроении. Вот бы было так всегда. Наверняка, ей неловко

за вчерашний вечер. Но мы это не обсуждаем, как будто его и не было. И это радует.

– Спасибо, но Тала уже выехала.

Полгода назад я получила права и вожу мамин «форд» только в крайней необходимости, потому что до чертиков боюсь врезаться во что-нибудь. Кресла слишком низкие, и я еле выглядываю из-за руля. Выглядит это довольно смешно. Мне хочется свою машину, но до колледжа вряд ли она у меня появится.

– Тогда напиши, когда освободишься, я тебя заберу.

– Хорошо.

Услышав сигнал машины, я машу маме и выбегаю на улицу.

***

Праздничная индейка сногсшибательна. Лицо Стива стало похоже на галстук мистера Пиперса (идиотская фамилия, как и он сам), то есть ядовито-зеленое, когда он попробовал суп Буйабес. Определенно, французская кухня не для него. В общем, мне жутко скучно. А как проходит твой праздничный ужин? Надеюсь, Айк не слопал всю твою индейку, пока ты отвлеклась на мое длиннющее сообщение.

Я перечитываю последнее сообщение от Стайлза, которое он мне прислал вчера вечером. И только сейчас смеюсь над его содержимым. Вчера было не до смеха. Нужно было ответить, но я не смогла этого сделать. Вечер начался ужасно. Я сожгла индейку, заснув на диване в гостиной. Разбила красивую вазу, приготавливая салат. Один осколок впился мне в правую руку. Крови было полно, и я залила ею столешницу и раковину. Затем я расплакалась от обиды, как идиотка. У меня ни разу не подгорала еда, я с десяти лет готовлю. Но мне вдруг стало так одиноко. Это ведь семейный праздник.

Пришлось тащиться до автобусной остановки и ехать до клиники на Хайленд-авеню, где работает мама. Она мне сделала пару небольших швов и, увидев мое зареванное лицо, тоже расплакалась. Этого я уже не вынесла. Просто молча уехала домой, по дороге купив две пиццы пеппероне. Мы с Айком валялись на диване, объедались пиццей и смотрели старые записи реалити-шоу «Магия Криса Энджела». Так что все закончилось не так уж и плохо.

Все эти дни, что мы обменивались сообщениями со Стайлзом, я ходила на работе и хихикала. Такое ощущение, что я познакомилась с классным парнем и теперь с замиранием сердца жду от него очередное романтическое эсэмэс.

Но это Стайлз Мерлоу. Парень, в которого влюблена половина моих одноклассниц, и который едва ли обращал на меня внимание. И он классный. Да и нашу переписку едва ли назовешь романтической.

Рука все еще ноет и пульсирует.

– Кому-то врезала? – интересуется Елене, увидев повязку.

– Неа. Несчастный

случай со стеклом.

– Вот черт. Сколько швов?

– Всего-то парочка.

– Тогда пустяки, – беспечно фыркает Елена.

Мне она нравится, хоть порой бывает грубой и бестактной, но зато честная и открытая.

Половина дня пролетает как один час. Тала возвращается из клиники, но я остаюсь ненадолго помочь девчонкам. Посетителей сегодня много и рук не хватает. Перекрикивая негромкую музыку, посетители смеются и обсуждают свои дела. Кроме завсегдатаев сегодня прибыло большое количество туристов. Бедный Гордон едва справляется.

– Я уже всерьез подумываю нанять второго баристу, – тяжело дыша, говорит он мне, когда появляется свободная минутка.

– Это отличная идея. Наша кофейня набирает популярность. Смотри, что сегодня творится. Мне тебя жаль, Гордон.

Веселье скользит по его лицу, затем он по-отцовски гладит меня по волосам.

– Нужно обсудить это с Мией. Этот парень, наверное, к тебе. Заказывать он не спешит.

Резко развернувшись, я вижу Стайлза, стоящего возле музыкального автомата. Он смотрит прямо на меня. Я тут же подхожу к нему.

– Привет. Стайлз. Прости, нужно было ответить, но я была занята, и потом совсем вылетело из головы…– я замолкаю, разглядев на его лице небольшие царапины. На нижней губе выделяется ярко-красная ссадина. – Что с твоим лицом?

– Привет. Ничего страшного. Я понимаю. Не извиняйся, – скороговоркой отвечает мне Стайлз.

– Я спросила о твоем лице.

– Это пустяки. – Он пожимает плечами, но, заметив повязку, округляет глаза. – Что с твоей рукой?

– Пустяки, – подражая его тону, отвечаю я, при этом махнув больной правой рукой.

Стайлз пытливо смотрит на меня и улыбается.

– Расскажешь?

– А ты?

– Зак звонил?

– Так это он сделал?

На этом вопросе он хмурится и сконфуженно озирается.

– Я не жаловаться приехал, Мадлен. Я… хотел провести день с тобой. Не против, если я поторчу здесь до конца твоего рабочего дня?

Его робкий взгляд вызывает у меня улыбку, и по телу растекается незнакомое тепло, когда он вот так смотрит на меня.

– Сегодня я уже закончила. Мы поговорим об этом сейчас.

Стайлз кивает.

– Тогда подожду тебя в машине.

Он выходит на улицу, а я бегу одеваться. Неужели они подрались с Заком из-за меня? Как бы это не выглядело, я чувствую себя немного польщенной.

– Гордон, я ухожу. Справитесь? – спрашиваю Гордона, проходя мимо стойки.

– Конечно, детка. Беги к своему принцу.

Я фыркаю на его замечание. Но переодеваясь в теплый розовый свитер, ловлю себя на мысли, что мне нравится, что Гордон считает Стайлза моим парнем. Ведь он так считает? Надеюсь. Но Стайлз не мой парень. И вообще, откуда у меня такие мысли?

Попрощавшись с каждым, я бегу к выходу. На улице гуляет пронизывающий ветер, и небо затянуто тучами. Возможно, будет дождь или снег.