Невидимые
Шрифт:
В углу свалена в кучу зимняя одежда.
Алекс сел у окна. На улице бесились дети. Пьяные бродяги затеяли драку.
В сундуке должна быть водка. Вот и она.
Он едва не угодил в западню. Всего с четырьмя патронами. И хорошо, если бы успел пустить их в ход. А если бы легаши исхитрились подкрасться тихо?..
Алекс вздрогнул.
Это было куда хуже, чем путь через зимний лес. О таком не хотелось и думать.
Тощий, глупый щенок, все сделал правильно.
Теперь все знают, с кем он. Для него пути назад больше нет,
Но нет. Не захочет.
Усмехнувшись, Алекс глотнул из бутылки.
Надо будет на днях поучить его стрелять. Не дело это - жить в овраге и не уметь нажать на курок.
Пожалуй, старый браунинг еще послужит. А себе надо взять, что получше. У Легкого вон целая оружейная комната. Можно против армии выходить... А уж против легавых, если кто из них посмеет сюда сунуться, и подавно.
Да только они не посмеют.
Впереди пара месяцев тишины. Их как раз хватит, чтобы устроиться. А там...
Нет, не время. Сейчас нужно думать только о сегодняшней ночи.
Вот ведь сука. И ведь сама же придумала все это дерьмо. Даже карточки с буквами написала, чтобы Алекс оставлял их заранее, когда надо было вечером поработать.
Хитрая лживая тварь.
Но если бы промолчала, а потом назад приползла - то ведь он снова бы стал жить с ней, как прежде. И все началось бы сначала.
Ну нет, так, как есть, куда лучше.
Сегодня удача его не покинет.
На этот раз Колесо ошибется.
***
– Как есть - безумный... А тебе мог бы хоть спасибо сказать, - подмигнул хозяин избы.
– Да ладно, - в очередной раз смутился Макар.
Второй день его все хвалили. Даже неловко. Как будто он мог поступить иначе.
"Мы тебе прежде не доверяли", - объяснил Колесо.
Но это Алекс заслуживал почестей. Как он все продумал? Как знал заранее, что выйдет именно так? Он водил легавыми, точно куклами.
– Не-не, ты его шкуру спас. Ты у нас молодец, - улыбаясь, Колесо потрепал Макара по щеке шершавой ладонью.
– Как есть, - подтвердил Тулуп.
Разомлевший Макар смеялся.
Он давно забыл былую размолвку. Хотя, если бы не она, то ведь семья осталась бы в театре. Что за чудовищный выбор... Но Алекс заставил бы его сделать.
Макар потряс головой, отгоняя неприятную мысль. Он не хотел думать - уж слишком не по себе - но в глубине души все же знал, что даже в этом случае ничего бы не изменилось.
– А давайте выпьем за Тощего?
– предложил Стриж.
– А давай!
Макар чокнулся со всеми по очереди и выпил.
Его больше не мучили никакие сомнения.
***
Как можно было так ошибиться? Поставила все - и проиграла разом.
Но как они умудрились упустить его?!
Полицейская кибитка, резко дернувшись, остановилась у ворот
– Мы приехали, - помедлив пару минут, сказал сыщик.
Но актриса словно окаменела.
Когда ее достали из жуткой тюрьмы-колодца, Елена отчего-то решила, что городовые пришли за ней, узнав о ее ремесле. И во всем призналась, сама и сразу. А потом стало поздно. Но... ведь если бы они не оказались такими кретинами, она бы раз и навсегда избавилась от Алекса.
И все - и деньги, и театр - досталось бы ей одной. Никакой больше ревности, драк. Никаких ночных походов. Елена сама предложила это, но со временем все приедается. Тем более, продолжать и причин не имелось. Они уже и так заработали достаточно. Но Алекс никак не мог остановиться. Никогда и ни в чем.
Это лишь поначалу все складывалось хорошо. И вспоминать-то странно. Он будил ее по ночам, когда снились кошмары. Дарил подарки. И платья, и кольца.
Нет, все это, конечно, было и дальше. Если Елена что-то просила, то он покупал. Бывало, не сразу - но несколько дней нытья и жалоб обычно делали свое дело. Алекс с досадой соглашался и давал деньги. И даже театр купил. Его самого эта затея жутко бесила. Якобы, прибыли не принесет.
Но при этом он придирался все время. И, что хуже всего - избивал всякий раз, когда с кем-нибудь заставал. Часто прямо на людях.
А потом уже и причина не требовалась.
– Что ты на него так уставилась, сука?
И все - снова неделя под черной вуалью.
– Но ведь он же придет за мной! И не просто убьет, а... Даже не представляю, что сделает, - глаза щипали слезы.
Елена принялась теребить узкий, впившийся в шею, воротник. Простое синее платье, сжалившись, отдала больничная сестра. Оно висело на новой владелице, точно мешок.
Алексу бы не понравилось.
– Именно поэтому вы и здесь, Мария Степановна, и вы сами отлично знаете, - устало ответил сыщик. Разговор повторялся не в первый раз.
– Вы используете меня, как приманку!
– Верно.
– Но ведь мы договорились...
– Нет. Вы договорились с господином Бочинским. Нынче он мертв, и виной тому происки вашего сообщника.
– Я ни в чем не виновна.
– Мы оба знаем, что вы лжете.
– Не поступайте так со мной, пожалуйста!
– Елена положила ладонь на узкую руку сыщика.
– Вам не о чем беспокоиться. На улице круглые сутки будут полицейские в гражданском. Они схватят Иванова, как только он тут покажется.
– Вы его не знаете!
– Вам пора домой, Мария Степановна.
– Не могли бы вы пройти со мной? Прошу!
– Там точно никого нет. Ваши апартаменты заперты. Хотя...
– сыщик невесело усмехнулся.
– Умоляю! Я очень боюсь, - придвинувшись ближе, Елена шепнула прямо в волосатое ухо. Он дернулся.
– Хорошо, я схожу с вами.
Сыщик помог выйти из экипажа. Актриса улыбнулась так обольстительно, как только могла.