Невидимое дерево
Шрифт:
— Хочешь, я тебе сейчас подарю один фрукт, а ты из него сваришь варенье?! — решил развеселить дрессировщика дядюшка.
— Нет, — вздохнул Тихон. — Не хочу. Мне сейчас не до варений.
— Что с тобой?! — не на шутку испугался дядюшка: Тихон и вдруг не хочет варить варенье!
— Со мной ничего, — вздохнул дрессировщик, — со мной всё в порядке. А вот Слон заболел. Насморк.
— И, наверное, очень сильный, ведь у него такой длинный хобот?
— Вот именно. А у него сегодня выступление.
—
— Целое ведро ему накапал уже. Не помогает, — развёл руками Тихон. — Вот если бы где-нибудь достать барбарисский бумсик. Для слонов это самое лучшее лекарство. Только где его достанешь…
— Как это — где? У меня! — рассмеялся дядюшка и протянул изумленному дрессировщику синий барбарисский бумсик.
Тихон протёр глаза, потом ущипнул себя за нос и, убедившись, что всё это не сон, схватил бумсик и стремглав помчался к цирку.
— Тихон! — крикнул ему вдогонку дядюшка Свирид. — Косточку принеси.
Телеграмма
Заметив приближающегося к дому дядюшку Свирида, Чима от нетерпения начала переступать с колеса на колесо и позванивать всеми своими звонками и колокольчиками.
— Поздравляю тебя с днём рождения, — сказал дядюшка Свирид и торжественно привинтил красный гудок.
— Большое спасибо, — поблагодарила Чима, рассматривая подарок в зеркальце. Кончив любоваться, она таинственно сказала дядюшке: — А у меня для вас тоже сюрприз.
— Сюрприз?
— Да. На переднем сиденье лежит срочная телеграмма. Её минут тридцать как принёс почтальон.
— Странно, — надел дядюшка очки, — что ещё за телеграмма? Кому это я вдруг понадобился?
Дядюшка Свирид развернул сложенный вчетверо лист бумаги и прочитал:
СРОЧНАЯ ТЕЛЕГРАММА
ДЯДЮШКЕ СВИРИДУ ЗАПЯТАЯ ДВОРНИКУ ГОРОДА СОВСЕМРЯДЫШКОМ ЗАПЯТАЯ ПРИГЛАШАЕМ ВАС НА ВСЕМИРНЫЙ КОНГРЕСС ДВОРНИКОВ ТОЧКА КОНГРЕСС СОСТОИТСЯ НА БАРБАРИССКИХ ОСТРОВАХ ТОЧКА.
ОРГАНИЗАТОРЫ КОНГРЕССА
ВАСИЛИЙ МЕТЁЛКИН
ЙОЗЕФ ШЛАНГ
ТАДАСИ ЛОПАТА
— Что там? — спросила дрожащая от любопытства Чима.
— Да, — махнул дядюшка рукой, — ничего особенного.
— Если ничего особенного, телеграммы не присылают, тем более срочные, — возразила Чима.
— Может быть, и так, но только ни на какой конгресс я не поеду, — сказал дядюшка и понял, что проговорился.
— Это на какой ещё конгресс?! — удивилась Чима.
— На международный, — вдруг услыхал дядюшка, оглянулся и увидел, к своему огромному удивлению, стоящих за его спиной продавца Корнелия, соседа Тихона и живого, невредимого, улыбающегося — если, конечно, слоны могут улыбаться — Слона.
— Да, — повторил Корнелий, — дядюшку Свирида приглашают на Международный конгресс дворников,
— А вы откуда про конгресс знаете? — удивился дядюшка.
— Про конгресс и про телеграмму теперь весь город знает, — объяснил Корнелий. — Нам телеграфист рассказал. И вот мы, — продолжал дальше Корнелий, — я и ваш друг, дрессировщик Тихон, пришли сказать от имени всех жителей города Совсемрядышком, что вы просто обязаны ехать на Барбарисские острова.
— Ой, дядюшка! — перебила Корнелия Чима. — Даже не возражайте. Это так здорово, что вы едете на эти острова. Я уже придумала, какой сувенир вы мне привезёте в подарок. Жёлтую пальмовую циновку. Представляете, жёлтая пальмовая циновка на переднем сидении, а впереди над голубым капотом красный гудок. И всё это окутано запахом машинного масла. По-моему, это будет головокружительно.
— Никуда я не поеду, — сказал сердито дядюшка. — Кто, по-вашему, будет следить за чистотой улиц и площадей? Кто будет поливать газоны, подстригать кустарники и деревья? Кто?!
— Как это, кто?! — возмутилась Чима. — А я! Разве я не умею делать всё то, о чём вы говорите?!
— Умеешь. Ну и что? А если ты сломаешься?
— Тогда мы её починим, — вмешался в разговор дядюшкин друг Тихон. — А потом — почему она должна поломаться?
— Верно, — согласилась Чима, — мне абсолютно не хочется ломаться.
— И не упрашивайте, — стоял на своём дядюшка. — Ты, Чима, одна без меня не справишься.
— Почему одна, — сказал своё слово Слон, — я буду ей помогать. Я умею прекрасно орудовать метлой, ведь недаром же каждый вечер мне приходится подметать арену. Да и поливать цветы хоботом я могу.
— Всё равно — нет! Ведь здесь остаётся ещё и этот лентяй — Дождь. Как я уеду из города?
— Где спит Дождь, я знаю. В бочке или под скамейкой. Кстати, — пустился на хитрость старый дрессировщик, — ты сможешь привезти с Барбарисских островов целый чемодан бумсиковых косточек, и у нас в городе вырастет не одно дерево, а целая роща.
Последний довод убедил дядюшку, и он отправился покупать билет на пароход, который должен был отвезти его на Барбарисские острова.
Капитан Якоренко
Пароход был большой и очень красивый. Назывался пароход «Левый башмак», и командовал им отважный и весёлый капитан Яков Якоренко.
Часто капитана спрашивали:
— Простите, почему ваш пароход называется «Башмаком»?
Он не задумываясь отвечал:
— Потому что на калошу он совсем не похож.
— А почему левый?
— Потому, — отвечал капитан, — что правый куда-то запропастился.
Да, посмеяться и пошутить капитан любил. Именно поэтому дядюшка Свирид очень удивился, когда однажды услыхал, как капитан вздыхает.