Невидимки
Шрифт:
Что мне теперь делать? Куда податься?
А как же Джейн?
Я ещё недолго посидел в машине, затем зашел в дом и всё рассказал Джейн. Она решила позвонить своим друзьям.
Её никто не слышал.
Мы поехали в центр, погуляли по магазинам. Нас обоих никто не видел. Мы были невидимы. Джейн вытащила меня оттуда, но и я затянул её туда, и теперь мы оба застряли в этом междумирье, невидимки среди Невидимок.
Джейн становилась всё тише и тише, пока осознание происходящего постепенно до неё доходило.
— Я не вижу никаких странных
— Я тоже, — ответил я. — Полагаю, с этим покончено.
— Значит, мы застряли. В этом положении.
Я кивнул.
Она выронила сумочку и расстегнула блузку.
— Ты что делаешь? — спросил я.
Она уже расстегнула лифчик, скинула туфли, расстегнула и стянула джинсы.
— Прекращай! — Меня это уже начинало пугать.
— А что? Никто же не видит.
Она спустила трусики.
— Джейн!
Она подбежала к пожилой паре, взяла руку мужчины и приложила к своей груди.
— Смотри, какие сиськи!
Мужчина нервно одернул руку. Хоть он и чувствовал её, но он её не видел и не слышал.
— Джейн!
— Отлижи мне! Полижи мне письку!
Джейн стояла голая посреди торгового зала и выкрикивала ругательства, но никто не обращал на неё внимания. Я прошел в магазин постельного белья, взял оттуда халат, накинул его ей на плечи и отвел в машину.
После этого я отвез её домой.
16.
Следующие два дня Джейн провела в постели. Поначалу я переживал, что она не справится с таким ударом. Я не ожидал от неё подобной реакции, и меня это напугало.
Но на утро третьего дня она проснулась раньше меня, и к тому моменту, когда поднялся я, уже готовила завтрак.
— Временное помешательство, — сказала она, когда я прошел на кухню.
Я сел за стол, налил в стакан апельсинового сока, притворяясь, будто ничего необычного не произошло.
— Когда ты впервые осознала себя Невидимкой, произошло то же самое?
— Нет. Только в этот раз. Синдром отложенного стресса, наверное. Просто сорвалась.
— Теперь-то всё нормально?
— Всё хорошо.
Я взглянул на неё.
— И что будем делать?
— А ты бы что хотел?
Я вдруг понял, что меня тут ничего не держало, ничего не связывало с этим местом. У нас здесь не было никаких обязательств, никаких долгов. Мы были свободны делать всё, что захотим.
— Не знаю, — признался я.
Она подошла к столу, переложила со сковородки на тарелку пару жареных яиц.
— Чего я точно не хочу, так это оставаться здесь, — сказала она.
— Я тоже. — Я посмотрел на неё. — Есть предложения, куда можно отправиться?
Джейн хитро улыбнулась.
— На побережье?
Я кивнул и тоже улыбнулся.
— Значит, на побережье.
Днём, пока Джейн собирала вещи, я позвонил Фелипе. Я не был уверен, здесь ли он вообще и не ушёл ли на ту сторону. Не был я уверен также, услышит ли он меня. Однако он был здесь, он меня слышал и обещал обязательно
Он прибыл через 15 минут. Выглядел он при этом ещё бледнее, и более размытым, чем в нашу последнюю встречу, хотя, казалось, что хуже некуда было. Но я его всё ещё видел, и Джейн видела. Несмотря на всё произошедшее, у меня стало тепло на душе и я, наконец, представил свою жену лучшему другу.
Ночь Фелипе провел с нами.
За обедом я рассказал ему, что произошло, что я видел, и что сделала Джейн.
Он кивнул.
— Значит, считаешь, способность других людей нас узнавать держит нас здесь?
— Это вполне вероятно.
— Тогда, почему я до сих пор здесь?
— Потому что я тебя знаю. — Я сделал глубокий вдох. — Потому что я вижу тебя. Я узнаю тебя. Я люблю тебя.
Он ухмыльнулся.
— Попытка — не пытка, да?
— Хуже-то не стало.
— А что будет, когда ты уедешь?
Я замолчал.
Он рассмеялся.
— Не переживай. Я не напрашиваюсь в компанию.
— Дело не в… — попытался объясниться я.
— Знаю, знаю.
Честно говоря, я раздумывал над тем, чтобы взять его с собой. Но сначала следовало поговорить с Джейн.
— А поехали с нами? — предложила Джейн. Я посмотрел на неё и кивнул в знак благодарности.
Он помотал головой.
— Моё место здесь. Тут живёт мой народ.
— Но…
— Никаких «но». Полагаю, мне хватит сил и веры, чтобы бороться с любым давлением. Никто не убедит меня в том, что я не существую.
Я кивнул, улыбнулся, но ощущение тревоги меня не покинуло.
Утром Фелипе помог мне отнести вещи в машину. Джейн, тем временем, прибиралась в доме. Ей не хотелось, чтобы новые постояльцы застали здесь бардак.
— Уверена, что мебель брать не стоит? — спросил я у неё. — Взяли бы прицеп.
Она помотала головой.
— Нет.
Мы были готовы отправляться.
Джейн села в машину и накинула ремень безопасности. Я повернулся к Фелипе. Несмотря на все наши различия, несмотря на разногласия, несмотря на всё произошедшее, мне было жаль с ним прощаться. Мы многое вместе пережили, и плохое и хорошее, всё это крепко нас связало. Я посмотрел на него, и его острый некогда взгляд померк, а по краям глаз выступили слёзы.
— Поехали с нами, — сказал я.
Он помотал головой.
— Я больше не исчезаю. Я возвращаюсь. Через несколько недель я окрепну. За меня не переживай.
Я посмотрел ему в глаза и понял, что он знал, что это не так. Это понимание искрой промелькнуло между нами.
— И куда направитесь? — поинтересовался он. — Обратно в Палм Спрингс? Может, удастся набрать новую команду террористов.
— Это не для меня, — ответил я, затем указал рукой на Томпсон. — И это тоже не для меня. Не знаю даже, что именно мне подойдёт. Это я и попытаюсь выяснить. Но ты оставайся здесь. Набирай новых террористов. Сражайся за будущее нашего народа. И продолжай верить.