Невидимки

Пенни Стеф

Удар сердца болезненным толчком отдается где-то в ребрах.

— Мне казалось, ей нравилась ее старая работа.

Сандра никак не реагирует; видимо, она не была посвящена во все подробности взаимоотношений Лулу с ее ричмондским работодателем.

— И где она работает теперь?

— В доме престарелых в Саттоне.

— Ясно.

Мы молча смотрим перед собой.

— Принести вам что-нибудь выпить, миссис… миссис Смит?

Я беру в автомате напитки и возвращаюсь к своему наблюдательному пункту. Сандра

с улыбкой принимает у меня стаканчик.

— Мой сын очень заинтересовался тем, что вы делаете.

— Да? Что ж, он смышленый парнишка. Уверен, он сможет освоить что угодно.

— Он только о вас и говорит. Было бы здорово, если бы вы смогли как-нибудь с ним встретиться, рассказать про учебу. Понимаете, ему нужно принимать решение об экзаменах, а я не знаю, что ему посоветовать.

— Хорошо. Буду рад.

— У меня-то самой никакого образования толком и нет.

Она отхлебывает глоток какао.

— Ой! У них вечно здесь все горячее.

— Да, есть такое… Вы не расскажете мне о Кристине?

— О Кристине? О моей двоюродной сестре? Господи, с чего вдруг?

— С того, что ее жизнь — одна сплошная тайна. Похорон же не было?

— Да какая там тайна! Она погибла за границей. А у Тене на руках был еще Иво. Ну, понимаете…

Она машет рукой: мол, что тут поделаешь? Такое случается.

— Когда вы в последний раз ее видели?

— Да, наверное, еще до того, как родился Джей-Джей. Знаете, мы ведь в детстве дружили. Она была смелее меня, хотя и младше. Ничего не боялась. Но потом Тене потащил их кочевать, и после этого мы с ними практически не виделись.

— Сколько вам тогда было лет?

— Когда мы дружили? Около восьми.

— И что произошло?

Она пожимает плечами.

— А с Иво вы тоже дружили, когда были маленькими?

— Да, но он был младше и к тому же болел, все время сидел дома. А когда Кристины не стало, Тене с Иво просто исчезли. Думаю, он не мог никого видеть. В следующий раз я с ними увиделась уже только на свадьбе. Я хочу сказать, прошел не один год.

— Не один год с тех пор, как вы видели Тене с Иво?

— С тех пор, как кто-то вообще их видел.

— Даже Кат? Даже ваша мама? Она тоже их не видела?

— Нет. Не знаю, может, они поссорились или что-нибудь еще…

— В каком году погибла Кристина?

— В семьдесят четвертом. Джей-Джею тогда было почти два. Мама с папой как раз после этого снова начали со мной общаться. Наверное, это стало для них толчком — ну, мы вроде как все свыклись с болезнью, но это заставило их увидеть, что люди умирают и от других причин.

— Значит, вы с Иво успели очень сблизиться за то время, пока жили вместе?

— Мы все-таки родные люди.

Она словно пытается что-то мне доказать.

— Вы не задавались вопросом, почему он не женился во второй раз?

Я отдаю себе отчет в том, что балансирую на грани

фола. Она избегает смотреть на меня.

— Зачем вы меня об этом спрашиваете?

— Ну, наверное, я хочу его понять.

Она пренебрежительно фыркает.

— И не мечтайте! Никто не понимал Иво, пока он был тут!

— И даже вы?

— Я в первую очередь.

Сандра умолкает. Ее руки теребят пустой стаканчик, надрывая край и отгибая полоски так, что они превращаются в крохотные зубцы на крепостной стене.

— Он вам нравился.

Я пытаюсь сформулировать это так мягко, как только могу. И все равно думаю, что перегнул палку и теперь она не станет мне отвечать.

Но после долгого молчания она все-таки произносит, очень тихо:

— Я его не интересовала. Когда вы сказали, что у него была подружка, я подумала… может, поэтому.

— По-вашему, он мог бы хранить это в тайне от всех вас?

Вздохнув, она откидывается на спинку сиденья.

— А почему нет? Знаете, он был такой человек… — Она вскидывает руку ладонью вверх. — Никого не пускал к себе в душу.

Она настороженно смотрит на меня. Взгляд одной одураченной на другого такого же. Все это очень напоминает то, что рассказала нам Роза. Иво и его секреты.

— Как бы то ни было, теперь он исчез. Конец истории.

Грузно поднявшись, она бросает растерзанный стаканчик в мусорный бак.

60

Рэй

В воздухе уже чувствуется дыхание осени. Недолгое запоздалое тепло сдало без боя свои позиции, деревья в больничном парке уже начали потихоньку желтеть. Я перехожу дорогу и замечаю первые опавшие листья, впечатанные в асфальт под моими ногами.

По своему обыкновению, я приезжаю с утра пораньше. Не хочу рисковать упустить Иво, хотя времени до начала процедур еще много. Сегодня впервые Кристо в больницу привозит Лулу. Я не видел ее с похорон — не потому, что не хотел, но потому, что отсутствие у меня ответов демонстрирует невыносимую — для меня самого — некомпетентность. Лулу ничуть не изменилась. Нет, она стала еще красивее. Мое присутствие ее не удивляет. Наверное, Сандра рассказала ей про меня. Я позволяю себе на миг задаться вопросом, не потому ли Лулу сегодня здесь.

Оставив Кристо у физиотерапевта, она возвращается в вестибюль. Держится она несколько напряженно. Впрочем, я сам, должно быть, выгляжу ничуть не лучше.

— Привет, Рэй, — произносит она.

— Привет. Как поживаете?

— Да все нормально. А вы?

— Грех жаловаться. Как Кристо?

— Хорошо. Врачи, похоже, им довольны. Представляете, он иногда даже говорит.

— Правда? Вот здорово. Сандра сказала, ему наконец-то поставили диагноз.

— Да, хотя он и не самый радужный.