Невеста

Уикхем Маделин

– Мне нужно найти Аллана. Где он?

– Понятия не имею.– Руперт опять развернулся.– Ничем не могу помочь. И вообще, отстань от меня.

Милли изумленно смотрела на него. Гнев вскипал в ней, как раскаленная лава.

– Ты не смеешь просто так уйти! Ты должен мне помочь! – Она побежала за Рупертом.– Ты должен мне помочь!

Она сгребла его за пиджак и огромным усилием заставила остановиться.

– Отвяжись! – зашипел он.

Послушай меня, ты! – прорычала Милли, глядя в голубые глаза Руперта.– Я сделала вам с

Алланом одолжение. Огромное, чертовски огромное одолжение. Теперь твоя очередь оказать мне малюсенькую услугу.

Она сверлила Руперта взглядом, видя, как на лице у него отражаются мысли, как постепенно меняется выражение. Наконец он вздохнул и вытер рукавом лоб.

– Ладно. Пойдем поговорим.

Глава 8

Они направились в старенький паб на Флит-стрит, с витыми лесенками, отделкой из темного дерева и множеством укромных уголков. Руперт заказал бутылку вина, две тарелки бутербродов с сыром и подвел Милли к маленькому столику в отгороженной части зала, потом тяжело сел, сделал изрядный глоток спиртного и откинулся на спинку стула.

Ярость Милли понемногу утихла, теперь она уже могла спокойно смотреть на Руперта. Что-то в нем было не так. Он не утратил привлекательности, его внешность по-прежнему притягивала взгляды, однако лицо слегка обрюзгло, и на нем появился нездоровый румянец. Когда Руперт опустил бокал, Милли заметила, что у него дрожит рука. Золотоволосый красавец превратился в обычного мужчину средних лет.

Встретившись с ним взглядом, Милли увидела в глазах тень непреходящего страдания.

– У меня мало времени,– заявил Руперт,– я очень занят. Итак, что тебе от меня нужно?

– Плохо выглядишь,– честно сказала Милли.– Ты несчастлив?

– Я счастлив. Очень. Спасибо.

Он снова отхлебнул вина, почти опорожнив бокал.

Милли удивленно подняла брови.

– Точно?

– Мы пришли сюда, чтобы поговорить о тебе, а не обо мне,– нетерпеливо произнес Руперт.– В чем конкретно заключается твоя проблема?

Милли переменила позу и немного помолчала.

– Моя проблема…– проговорила она, словно размышляя вслух.– Проблема в том, что в субботу я выхожу замуж за человека, которого очень люблю. Моя мать организовала самую роскошную свадьбу в мире. Все очень красиво, романтично и продумано до последних деталей.– Ее глаза сверкнули недобрым огнем.– Ах да, за исключением одной мелочи. Я все еще замужем за твоим дружком, Алланом Кепински.

– Ничего не понимаю,– удивленно заморгал Руперт.– А почему вы не развелись?

– Спроси Аллана! Он должен был этим заняться.

– Он не оформил развод?

– Он начал оформление. Я получила по почте какие-то бумаги, подписалась в нужном месте и отправила ему обратно. С тех пор от него ни слуху ни духу.

– И тебе не пришло в голову взять дело в свои руки?

– Никто же не знал, никто не задавал вопросов. Мне казалось, что

это не имеет значения.

– Не имеет значения тот факт, что ты замужем? – изумленно спросил Руперт.

Милли посмотрела на него в упор.

– Знаешь, не надо обвинять в этом меня!

– Ты спохватываешься за пару дней до свадьбы и считаешь, что виноват кто угодно, только не ты?

– Я не думала, что мне придется заниматься разводом! – взорвалась Милли.– Я прекрасно жила. Никто ни о чем не догадывался!

– Так что же произошло?

Милли взяла со стола свой бокал и обхватила его ладонями.

– Нашелся тот, кто знает. Кто видел нас в Оксфорде. Теперь он грозит раскрыть правду.

– Понятно.

– Не смей смотреть на меня так,– резко сказала Милли.– Да, я понимаю, что должна была выяснить все сама. Но Аллан обещал взять развод на себя, и я ему поверила. Я поверила вам обоим. Я думала, вы мои друзья.

– Мы были ими,– помолчав, сказал Руперт.

– Чушь собачья! – крикнула Милли. Ее щеки уже начали розоветь.– Вы просто меня использовали. Получили то, что хотели, и, как только я уехала, тут же обо всем забыли. Хоть бы раз ты мне написал или позвонил…– Милли хлопнула бокалом по столу.– Ты получал мои письма?

– Да,– ответил Руперт, проводя рукой по волосам.– Извини. Конечно, нехорошо вышло. Но… времена были трудные.

– Аллан хоть отвечал на письма. Ты не потрудился сделать даже этого. А я все равно в тебя верила.– Милли затрясла головой.– Господи, какая дура!

– Мы все были дураками,– заключил Руперт.– Послушай, Милли, если для тебя это имеет значение… мне жаль. Я искренне хотел бы, чтобы ничего этого с нами не случилось. Ничего!

Милли в недоумении смотрела на него. Глаза Руперта жалко бегали по сторонам, пряди золотистых волос надо лбом подрагивали.

– Руперт, что происходит? С чего ты вдруг женился?

– Я женат,– скупо сказал он и пожал плечами.– И точка.

– Ты ведь был гомосексуалистом. Ты любил Аллана.

– Нет, не любил. Я заблуждался. Я… это моя ошибка.

– Вы были созданы друг для друга!

– Нет! – выпалил Руперт.– Все это было неправильно. Тебе недостаточно моего слова?

– Отчего же, достаточно,– проговорила Милли.– Просто вы двое так хорошо подходили друг ДРУГУ– Она замялась.– Когда ты осознал?

– Осознал что?

– Что ты не «голубой».

– Милли, не будем про это, договорились?

Руперт дрожащей рукой взял бокал и сделал большой глоток вина.

Милли пожала плечами, откинулась на спинку стула и равнодушно обвела взглядом отгороженный уголок, в котором они сидели. Слева на шероховатой оштукатуренной стене карандашом была выведена незаконченная игра в крестики-нолики. Милли заранее видела результат: игра зашла в тупик.

– Ты очень изменилась с тех пор, как покинула Оксфорд,– неожиданно сказал Руперт.– Повзрослела. Я бы тебя не узнал.