Невеста разбойника
Шрифт:
Илена хотела признаться, что не она, а ее на самом деле выбрали.
Но тут же решила не говорить об этом вслух; отвела взгляд и, улыбнувшись, чуть слышно что-то пробормотала — пускай премьер-министр подумает, будто она стесняется таких разговоров.
Князь Владилас между тем продолжал очаровывать окружающих.
Он рассказывал и до обеда, и во время трапезы смешные истории о своих похождениях, об отце и матери.
Оказывается, многие его соратники были сыновьями князей, покинувших Зокалу вслед за его отцом, как говорил князь
Потом князь Владилас серьезно посмотрел на собравшихся за столом людей и сказал:
— Я посетил свой замок шесть месяцев назад и должен отметать, что долиной Миспа, где он находится, пренебрегают так же, как Белой.
Некоторые министры покраснели и стыдливо отвели глаза.
Князь, не обращая на это внимания, продолжал:
— Из того, что говорил мне отец, и из моих собственных наблюдений я сделал вывод: Миспа имеет огромный потенциал, и его можно использовать в различных целях.
— К сожалению, я никогда не бывал там, — ответил премьер-министр, — но мне всегда казалось, что это неживая, опустошенная земля.
— Она действительно кажется такой — сейчас, — бросил на него многозначительный взгляд Владилас. — Но она окружена высокими горами, которые могут послужить неплохой защитой от посягательств Румынии. Кроме того, там достаточно воды, а почву не так уж трудно возделать. От своего отца я узнал, что в горах много полезных ископаемых, драгоценных камней, которые никто никогда не искал.
Государственные мужи слушали его с нескрываемым интересом.
— В той долине поселятся многие мои последователи. Они построят там дома, займутся ремеслом, а так как они чрезвычайно умелые мастера с изобретательным умом, то я уверен, в ближайшем будущем они смогут показать жителям этой долины, как можно и нужно работать. Среди моих людей много хорошо тренированных солдат, которые научат воинов Зокалы владеть новым оружием, которое мы привезли и которое еще вскоре прибудет.
— Еще? — воскликнул министр обороны. — Ваше высочество, тогда позвольте задать несколько щекотливый вопрос: откуда возьмутся деньги, чтобы заплатить за все эти пушки и ружья?
— Что ж, это разумный вопрос, — молвил князь, — и он действительно требует незамедлительного ответа. Пусть это будет подарок стране, в которую я наконец смог вернуться. За годы изгнания мой отец сумел скопить приличный капитал и порадовался бы тому, что он сейчас расходуется на благие цели.
Владилас взглянул на Илену, и она заметила, как сверкают его глаза.
— Я думаю, даже моя жена уверена, что разбойники живут только благодаря награбленному и отобранному у других. Что ж, в какой-то мере так оно и есть, но мы во время походов по Балканам не воровали ничего, кроме хороших идей, сулящих выгоду, которой не видели другие.
Он усмехнулся и добавил:
— Я думаю, очень скоро вы сами убедитесь, что новый тип ружей, который используют мои люди, можно с легкостью производить самим. Для этого в
Илене показалось, будто министр обороны скептически взглянул на Владиласа, но князь был так увлечен своей программой преобразования страны, что ничего не замечал.
— Мы также разработали новые способы переправки оружия и другого военного снаряжения через реки и горы, позволяющие исключить риск потери или поломки. Несмотря на кажущуюся простоту этих устройств, их невозможно сделать без знания особого секрета, а его мы бесплатно никому не отдадим.
Он выразительно раскинул руки в стороны.
— Кроме того, у нас еще множество идей, и надо признать, некоторые мы украли, но кое-что разработали сами. И сейчас, когда мы навсегда остаемся в Зокале, эти идеи будут способствовать развитию и процветанию страны.
Не было необходимости смотреть на лица людей, сидевших за столом, чтобы судить о впечатлении, произведенном на них речью князя Владиласа.
Однако Илена заметила, что, несмотря yа радушный прием, он желает поскорее уехать.
Вопросы сыпались со всех сторон, и он старался отвечать как можно лаконичнее.
И вскоре, словно подчиняясь необыкновенному магнетизму и воле князя, министры замолчали.
Попрощавшись с премьером и членами кабинета, Владилас взял Илену за руку, и они снова вышли на рыночную площадь, где их ждал экипаж.
Илена была в восторге от увиденного.
Казалось, весь мир стал разноцветным: люди вокруг держали в руках цветы и осыпали ими движущийся экипаж.
Вскоре показались величественные золотые ворота.
За ними, окруженный садом, стоял на холме старинный дворец.
Снаружи он был столь же прекрасен и романтичен, как внутри.
Позолоченные купола и шпили отражали яркие солнечные лучи.
Князь Владилас не мог оторвать взгляд от этого волшебства.
Наконец они подъехали к парадному входу, где замерли в ожидании лакеи в белых, расшитых золотом ливреях, государственные мужи и фрейлины.
И вновь их шумно и радостно поздравляли, а самым поразительным было то, что князя Владиласа приветствовали с энтузиазмом, какого вовек не удостоился бы иностранец.
Потом они остались одни в роскошной гостиной, которую так любила ее мать. По этой причине она и стала называться Комнатой княгини.
Глядя из окна на ухоженный сад, Илена вновь спросила Владиласа:
— Почему ты не сказал мне раньше? Почему ты решил, что можно обманывать меня?
— Я не обманывал тебя. Ты просто приняла меня за того, кем я представился, и в этом нет ничего плохого. Я был и разбойником, и грабителем, и вором, правда, как я уже объяснял, несколько необычным. А теперь жизнь сама подсказала мне, что моя помощь необходима здесь, она же высветила проблемы, которые нужно срочно решить.