Невеста президента
Шрифт:
Мы скрылись быстрее, чем они обратили на нас лишнее внимание. Кар ждал нас на дорожке. За рулем сидел один из дворецких, а на сидении пассажиров мама и Андрей.
— Доброе утро, — тихонько поздоровалась я.
Мама лишь улыбнулась и похлопала по сидению, приглашая меня устроиться рядом. Отец сел с Андреем, который едва ли взглянул на меня. Через десять минут мы оказались на площадке. Вертолет уже ждал. Винт заработал, едва подъехал кар.
Никто не проронил ни слова по дороге. Ни на земле, ни в воздухе.
Вертолет
Не успела я удивиться, как моей руки коснулись мужские пальцы. Андрей взял меня за руку и повел к другой машине. Я трижды споткнулась, пока преодолела тридцать метров.
— Доброе утро, мисс Торнтон. С возвращением, — поприветствовал меня Луи, второй водитель.
— Доброе.
— Мистер Громов, добро пожаловать в КаслТорн.
— Спасибо, — ответил Андрей, отрицательно помотав головой. — Не стоит. Я сам открою дверь для мисс.
Луи покорно кивнул и сел за руль. А Громов вместо того, чтобы открыть дверь, как обещал, прижал меня к ней спиной.
Я чуть не закричала от неожиданности. Андрей прижался ко мне, почти вдавливая мой зад в дверь машины.
— Улыбнись, Лиза. Ты похожа на лань, которой вот-вот всадят пулю между глах, а не на счастливую невесту.
— Ты сдурел? — моментально огрызнулась я. — Не сказал мне ни слова с самого утра, а теперь я должна улыбаться?
— Нет времени объяснять. — Громов прищурился. — Не хочешь улыбаться, значит…
Не договорив, Андрей склонился и поцеловал меня. Хорошо, что я была все еще прижата к машине, иначе упала бы от удивления. И не только от него.
Боже, как он целовал. Его губы сводили с ума. Такие мягкие и ласковые сейчас. Он ласкал мой рот, медленно смакуя, дразня, едва касаясь. Но я помнила, как он может сминать и сокрушать неистовым натиском. Н знаю, что мне нравилось больше. Страсть или нежность? Кажется, я бы предпочла, чтобы одно сменилось другим прямо сейчас.
Я встала на цыпочки и закинула руки ему на шею, уже собираясь провоцировать на активные действия, но почти сразу Андрей отстранился.
— Достаточно, принцесса, — проговорил он мне в губы без капли нежности, которую только что дарил.
— Достаточно, принцесса, — проговорил он мне в губы без капли нежности, что только что дарил.
— Достаточно? — выдохнула я.
Андрей расцепил мои руки, взял их в сои и поднес тыльную сторону ладони к своему лицу. Он поцеловал одну, потом вторую, послал мне какую-то дежурную, холодную улыбку, отодвинул меня в сторону, открыл дверь и почти затолкал в салон.
— Что это было? — поинтересовалась я, хлопая глазами и чувствуя себя полной дурой.
— Первый акт пьесы «Невеста президента». В следующий
Он говорил все это, доставая телефон, проводя по экрану и сразу открывая мессенджеры. До меня постепенно начало доходить.
— Нас снимали?
— Естественно, — подтвердил Громов.
— Как они узнали так быстро?
— Я сообщил.
— Ты? Зачем?
Громов отвлекся от телефона и взглянул на меня, приподняв бровь.
— Ты вчера была в моей спальне, Элизабет? Я не собираюсь ждать, когда на меня польется грязь. Предвыборная кампания переживет невесту, а вот… — Он взглянул мельком на Луи и решил не конкретизировать. — … то, что ты натворила вчера, вряд ли добавит очков. И любая интерпретация произошедшего тоже.
Мне снова стало стыдно. Он злился на меня. Так целовал, а в это время злился. Я могла попытаться все исправить и предложила:
— Я могла бы сделать заявление…
— Уволь, дорогая. Ты уже все сделала. Позволь заняться связями с общественностью профессионалам. Сейчас, будь добра, помолчи. Мне нужно работать.
Я вжала голову в плечи. Даже наставники в школе не могли похвастаться таким сильным командным голосом. В пансионе знали толк в управлении, но Громов, кажется, весь сделан из доминирования и власти. Он мог быть мягким и ласковым, неистовым и страстным, но в одночасье умел переключиться на подчинение. Я не могла противостоять этому. Думаю, мало кто мог. Не зря же он победил на выборах.
Стараясь не думать, куда я вляпалась и с кем связалась, смотрела в окно, пока мы ехали до замка. Там все разошлись в разные стороны. Громова отвели в гостевую спальню, а я отправилась в свою. Упав на постель провела пальцами по губам. Что за игру он затеял? Неужели на нашу землю пустили фотографов, чтобы потом сляпать приторную историю? Что еще от меня потребуют? Свидания? Романтическая показуха? Опять целовать его?
От одной мысли о поцелуях мне стало жарко. Прикрыв глаза, я продолжала водить пальцем по губам, вспоминая и представляя губы Андрея. Как он обнимал меня вчера, как гладил и ласкал. Вторая рука сама легла на грудь. Я сжала ее, не сдержав стона. Между ног уже знакомо кольнуло. Я стиснула бедра и застонала.
Если бы с Климом чувствовала хоть на мгновение что-то похожее, я бы не раздумывала в
Рождество. Но поцелуи Стерна были приятны, не более того. С ним я была спокойной и счастливой, а вот Громов будил совсем иные чувства. От горячего волнения до страха. Сейчас все эти эмоции перемешались. Я совсем не знала, что меня ждет. А еще очень боялась, что Андрей не простит мне вчерашнее или даже попытается проучить. Как он это сделает, я не имела понятия, но заранее тряслась. От возбуждения в том числе.