Невеста Перуна

Ладица Наталья

– Так в чём дело, вызови его на Божий суд!

– Вызвать-то вызову, да только примет ли он мой вызов? И потом, убить Вадима - это лишь полдела. Нужно ещё с Мореной расправиться.

Олег, внимательно слушавший друга, понимающе кивнул. В горнице воцарилось молчание. Мужчины и не заметили, что к дверям тихонько подошла Ольга и уже какое-то время внимательно прислушивается к их разговору.

– Ефанду как, с собой возьмёшь?

– А куда деваться. Не возьму - украдкой за войском пойдёт, а там и до беды рукой подать. Так же на глазах у меня

будет. Опять же, знахарка она знатная, так что лишней в моём войске не будет.

– А Ольгу?

– Её возьму обязательно. Самим нам с Мореной не справиться, а вот Ольга, глядишь, и совладает. Да и не захочет невеста Перунова в тепле избяном да уюте отсиживаться, когда род Перуна в опасности.

– Вадим тоже принадлежит к потомкам Перуна, не забывай об этом. Ещё неизвестно, быть может, она и за него в последний момент вступится. Если, конечно, к тому времени будет обезврежена Морена.

– Вадим - отступник, - раздался вдруг звенящий от гнева женский голос.
– Он предал свой род и не может более рассчитывать на его защиту.

Оба воина обернулись. Только теперь они заметили стоящую в дверях Ольгу.

– А не слишком ли ты сурова к нему?
– усмехнувшись, спросил Рюрик.
– Вадим, конечно, много дров наломал, но ведь не просто же так.

– Он всего-навсего влюблён в Ефанду, вот и всё, - поддержал друга Олег, пряча в усах улыбку.

– Никакая любовь не может быть оправданием, - сурово ответила ведунья, отметая малейший намёк на шутку.
– С Мореной я сама как-нибудь справлюсь - не ваша то забота. Как мыслишь с Вадимом совладать?

– Скоро войско к озеру подойдёт, я там его встречу. После пойдём к Новгороду. Там я попытаюсь вызвать Вадима на Божий суд. Ежели вызов не примет, будем штурмовать город.

– Много людей положишь, - задумчиво заметила Ольга.
– Не проще ли будет вызвать его к тому же озеру?

– Как? Он даже не знает, что мы в поход выступили. Гонца посылать... Доберётся ли? А то будем ждать его у озера понапрасну. И потом, когда ещё гонец обернётся. А ведь Вадиму тоже нужно войско собрать. Да и кого на верную смерть-то послать? Нынче этот полюбовник Морены сперва, поди, казнит, а после, быть может, и выслушает. И то, если сильно повезёт.

– Нужно, - задумчиво согласилась девушка.
– Да и послать нам нынче не кого... Хотя...
– Ольга как будто к чему-то напряжённо прислушивалась.
– Что это?

– Где?

И Рюрик, и Олег тоже внимательно прислушались, но ничего, кроме воя ветра, не услышали.

– Ветер воет, - неуверенно проговорил воевода.

– Ветер...

Решительным шагом девушка вышла на крыльцо. Порыв ветра тут же швырнул горсть снега ей в лицо и рванул за косу. Однако ведунья протянула руку и будто схватила что-то в воздухе. Миг - и вокруг её руки стремительно завертелся небольшой вихрь, который постепенно разрастался, бешено извиваясь при этом, как будто пытаясь вырваться.

– Ну, здрав будь, Позвизд. С чем пожаловал?

Столб вихря начал стремительно расти, и вскоре

сравнялся с крышей усадьбы.

– Не ярись, - спокойно проговорила Ольга.
– Лучше прими вид человеческий.

Вихрь ещё рванулся вверх, но девушка свободной рукой распустила косу и развязала пояс, а потом сорвала подвеску с шеи и подняла её над головой. Столб вихря стал медленно, будто нехотя снижаться, постепенно принимая вид полупрозрачной человеческой фигуры и, наконец, превратился в косматого, злобного старика, которого ведунья крепко держала за бороду.

– Что тебе здесь нужно, холоп?
– презрительно спросила она.

– Я не холоп!
– тут же взвился старик. Голос его напоминал завывания ветра, но слова были вполне различимы.

– А кто ты, если Морена позволяет себе повелевать тобой? Так зачем ты здесь?

– Не твоего ума дело! Или думаешь, что, раз Перун обратил на тебя свой взор, так ты уже стала госпожой над богами?

– Не я, а твоя госпожа вздумала повелевать бессмертными.

– Сама Жива просила меня присматривать за ней, я был пестуном Морены. Я не раб, а друг и ближайший советчик богини, дочери Живы.

– И потому служишь у неё на посылках.

Позвизд принялся злобно вращать глазами и вырываться, но Ольга крепко держала его. Наконец он вновь взъярился.

– Как смеешь ты, смертная, хватать меня за бороду. Немедленно отпусти!

– Ах, вот ты как заговорил, - усмехнулась девушка.
– Никак забыл, кто я?

В голосе ведуньи послышалась нешуточная угроза, и старик, неожиданно притихнув, взглянул на неё почти с мольбой.

– Ну чего тебе надо? Я супротив Перуна не иду, препон тебе никаких ни чиню, а что нападаю на друзей твоих, так на то я и ветер, чтоб людям хаты да порты выстужать.

– Хорошо, отпущу тебя. Только скажи для начала, отчего это весна не наступает?

– Так то же Морена сон зачарованный на огнебородого наслала. А без него, сама мыслишь, весна не наступит.

– Сон, говоришь. Это откуда же у неё такая сила?

– Вадим ей власть над родовичами своими, которые суть божественную имеют, дал, жертвами человеческими напитал, вот она в силу и вошла. Это ещё что, она и навий, и упырей, и прочую нечисть из-под земли раньше времени достала, большое войско собрала. Так что лёгкой победы не ждите. Без Перуна всяко не управитесь.

– Это мы ещё посмотрим. Что ж, мчись к своей хозяйке, да передай ей, что через четыре дня ждать мы её будем у озера Тёмное. Пора, наконец, явиться в Новгород законному князю, прочь прогнав пришлеца!

[1] Позвизд - божество северного ветра, олицетворяющее собой непогоду.

11. Выбор

Ночь тихонько подкралась к Новгороду и ласково, заботливо укутала мир, навивая сон и отгоняя все дневные тревоги. В ясном небе зажглись светлячки звёзд, а после боязливо выкатился на небосклон месяц. Новый город погрузился беспокойный, настороженный сон.