Невеста до гроба
Шрифт:
— Не надо! — со страхом произнёс Бриен. — Давай что-то другое придумаем? Астаросская была безжалостная. Она пополам разрубила лича одним ударом! Она разделила с помощью Инея Даррена на тело и дух, и дух похоронила. И поэтому он не вспомнил тебя и женился!
— Значит, мне повезло, — отрезала я. — Я вот тоже потеряла память, но замуж пока не тороплюсь. А если от потери памяти хочется срочно такое совершать, то и не нужно мне таких женихов. У нас тут то мёртвые оживают, то память все подряд теряют, никакой надежды нет, что снова такое не случится!
Сказала
Поник Бриен, словно не приговор желаниям брата услышал, а себе самому, а я Клему прижала и глаза зажмурила. Представила себя другую, ту, что от руки Клементины умерла. Какая она была, другая я? Здесь ли она ещё?
А потом внутри стало пусто. И больно. И очень одиноко. А ещё поднялась обида. На мир, на всех. Меня предали и предали самые близкие. Как я вообще могла забыть это, нет, ещё хуже! Как я могла простить?
Хотелось рушить всё, хотелось вернуться во дворец, взойти на трон и оттуда остановить всех в королевстве. Разом. Никаких войн. Никаких ссор. Никаких живых.
Доверчиво квакнул в моей руке Клема, и я выдохнула. Какое отвратительное помутнение! И неприятная дыра в груди. Её не было видно, но я её чувствовала.
— Бриен, — голос казался тяжёлым и чужим, но я, как могла, балансировала на грани. — Если я не смогу сама вернуться, оживи меня ты. Ты точно сможешь.
— Я точно смогу, — повторил Бриен, и я облегчённо выдохнула, позволяя мёртвой себе заполнить себя сильнее.
Так странно, что никуда не делась боль! Точнее нет, не так. Дыра в груди не болела, болела пустота в ней. Я чувствовала эти прорехи в себе слишком явно. И что на мне лишнее и чего не хватает. Хотелось надеть шляпу, а вместо удобных тёплых сапог — туфли на пару размеров больше. Кажется, я знала, в чём мне нужно быть похороненной, чтобы не мучиться в гробу. Но эта информация мне пока без надобности. Просто, думая об этом, я меньше злилась на весь мир.
Я шла и шла вперёд, уже по открытому пространству, но мертвецы не замечали меня. Кажется, сработало. Хотя сейчас мне хотелось не упокаивать их, а отправить на завоевание королевства. К чему всем вспоминать, что я была королевой, если я могла попросту завоевать всех заново?
Но вблизи я почувствовала их. От холода руки и ноги мертвецов плохо сохраняли подвижность, они скучали по своим привычным местам, они хотели вернуться в свой зимний сон. И мой пыл битвы и мщения угас.
Я подошла к первому мертвецу и бесстрашно взяла его за руку. Мертвецы не говорили, не чувствовали как люди и вообще ими уже не были. Но у них имелось последнее пристанище. К этому пристанищу я и повела первого мёртвого стража. Потом второго, третьего. Я не была мёртвой в прямом смысле, поэтому сквозь Астаросскую пробивались холод и усталость меня настоящей, но я терпела, понимая, что ещё не время.
Помогая последнему мертвецу опуститься в его могилу, я наконец почувствовала, как отпускает, уходит Астаросская. Почти забытая, неотмщенная, но, как оказалось, простившая. Теперь я помнила её и как всё было. И как она простила, я тоже помнила. Мёртвые не забывают. Но они умеют прощать.
Я снова была живая, и сполна почувствовала и боль в ногах, и замёрзшие руки, и оголодавший желудок. Сейчас бы ухватить парочку орешков прежде, чем разбираться с неизвестными, выставившими такой караул, но я не успела.
На меня налетел Бриен, обхватил руками — тепло, даже жарко! — и впился губами в мои раньше, чем я успела сказать, что всё в порядке, и я — снова я.
Сначала хотелось вырваться из его рук, пояснить, что всё хорошо и я в порядке, а потом я передумала. Он целовал так яростно, так отчаянно, что я согревалась быстрее, чем в самой толстой шубе. А я же была свободна, что до него… если он целовал меня так, будучи влюблённым в кого-то ещё, то он ещё хуже своего брата. И об этом я узнаю довольно скоро, только вот верну всю память.
Отвлекло нас покашливание Четвёртого. Ладно хоть дурацкий нюхач довольно долго трусливо мялся за деревьями, прежде чем подойти к нам. Вот в такие моменты действительно хочется казнить!
— Уже ночь, — сообщил он то, что и без него было понятно. — Будем пытаться пробраться к замку в темноте или подождём утра?
Я чуть не рассмеялась несмотря на всё смущение. А Бриен… может и был смущён, но из объятий меня не выпустил.
— Ждать утра, — повторила я. — Может, ещё и пошлём письмецо, что мы идём? Разумеется, в замок лучше проникнуть ночью! Но сначала перекусить!
Четвёртый нехотя вытащил орешки. Прижимистый нюхач, вот заделается ещё в контрабандисты! Я бы, например, не удивилась.
Мы жевали и осторожно шли мимо домов ко рву. Люди нам не встречались, не иначе как попрятались из-за такой охраны. Нам оставалось придумать, как перебраться через ров, да проскользнуть к стенам, минуя сад, как Бриен остановился.
— Подождите, — внезапно охрипшим голосом произнёс он. — Кажется, я знаю, где мы. И нас слишком мало для этого места.
Глава 19
И снова здравствуйте, да сколько можно!
'Убивать или сажать врагов
Куда менее эффективно,
Чем держать их под пристальным присмотром'
Король Флин Первый Интийский
«Тайные мемуары величайшего правителя с времен появления государственности».
— Это где? — я почему-то снова подумала про фату Эрис, хотя точно знала, что та не оставит университет. Выбирая между тем, чтобы брать в заложники университет или королевский дворец, большинство злодеев, включая вторую меня, выбирали университет.