Невесомость
Шрифт:
На моих глазах наворачивались слезы, и я кивнула в ответ.
– Собери вещи, которые тебе пригодятся и поедем прямо сейчас. – Хорхе поднялся с кровати. – Ты отдохнешь, мы подумаем, что делать дальше. – Он взял меня за руку, глядя прямо в глаза. – Доверься мне.
Он был абсолютно прав: мне нечего было терять. Вся моя жизнь ничего не стоит, и я знаю об этом как никто. Я должна была что-то в ней изменить и пришел самый лучший момент это сделать.
Глава 5
– Ты
Морской воздух заполнил салон автомобиля. Он действительно предавал какое-то особенное ощущение радости, предвосхищая позитивные перемены, хотя бы ненадолго. Может быть в этом и есть преимущество тех, кто не живет у побережья? Ведь если к этому запаху привыкнешь, он уже не будет вызывать такой восторг.
Уже начинало смеркаться. Свет становился мягким, магическим, предавая всему, чего касался игриво-тоскливой красоты, романтичности.
– Я хочу, чтобы ты закрыла глаза сейчас и не открывала, пока я не скажу. – Хорхе произнес, глядя то на лобовое стекло, то на дорогу перед собой.
– Хорошо. – я последовала его просьбе. – Мы уже приехали?
– Почти. Еще совсем немного осталось. Обещай не открывать глаза.
– Обещаю. – Я улыбнулась в ожидании чего-то особенного.
Я почувствовала, что мы спустились вниз, наверное, в гараж. Свет, проходивший сквозь мои закрытые веки, совсем исчез. Хорхе помог мне подняться из машины, аккуратно придерживая мою голову, чтобы я не ударилась. Со скрипом открывшийся лифт поднял нас наверх. Судя по тому, сколько это заняло времени, мы были довольно высоко.
– Осторожно, сейчас направо. – Он аккуратно взял меня за талию, помогая сориентироваться.
Я послушно следовала инструкции. Раздался звук ключа, открывающего замок в двери:
– Переступи здесь аккуратно.
Хорхе взял меня за руку и помог войти. Мы прошли несколько метров вперед, свернули направо. Еще несколько шагов и я услышала шорох поднимающейся занавески и шум скользящей в сторону двери. Ветер подул мне в лицо, и я услышала шум машин.
– Еще пару шагов. – Хорхе сказал тихо, обняв сзади за талию.
Я послушно ступила вперед и почувствовала, как уперлась в перила.
– Открывай глаза. – Он прошептал мне на ухо и по телу пробежали мурашки. Я приподняла ресницы и тут же от удивления мои глаза широко распахнулись.
Шум волн, а не машин, как мне сразу показалось, бархатным шелестящим шепотом нежили слух. Огромная терраса выходила прямо на море, освещаемое луной. Волны откатывались от берега, чтобы затем развиваться в крещендо под крики чаек, нарастая, и в самой свой кульминации разбиваясь белой пеной о берег.
Это было прекрасно. У меня перехватило
Я обернулась, взяв Хорхе за руку, и понеслась к выходу. Почти моментально мы оказались на пляже, и я помчалась к воде. Прямо в длинной юбке я забежала в воду по колено, я носилась по песку, смеялась, подбрасывала воду руками. Соленые капли попадали мне на лицо.
Это стало моим перерождением. Все, что было в моей жизни до этой минуты забыто, ничего не болело, будто начала свое действие анестезия для души.
Когда у меня сбилось дыхание я остановилась, обернулась и увидела Хорхе. Он стоял и молча смотрел на меня. Я подошла к нему, пытаясь восстановить дыхание, убирая мокрыми руками растрепанные волосы с лица:
– Как же здорово! – Я попыталась немного нейтрализовать свои эмоции.
– Тебе очень идет улыбка. – Он смотрел на меня, держа руки в карманах шорт, а я не могла разорвать магнетическое притяжение между нашими взглядами.
– А мне вот дед еще говорил, если ты не знаешь, что делать со своей жизнью – тебе нужно встретить рассвет у моря. – Я произнесла радостно, пытаясь сбросить напряжение, сменив тему. – Это будет так прекрасно, что думать ты сможешь только о том, что для тебя действительно важно. Вот это и нужно делать. Если ты в этот самый миг что-то для себя осознал, так и надо поступать.
– Что ж ты сразу его совету не последовала? – спросил парень.
Мне и самой себе в этот момент было трудно ответить на этот вопрос. Я выдавила из себя лишь:
– Но ты же здесь на самом деле не только из-за меня. Всех стоящих моментов нужно уметь дожидаться.
Хорхе улыбнулся и притянул меня ближе к себе за руку и спросил:
– Боишься высоты?
Рядом с пляжем находился луна-парк. Чем ближе мы к нему подходили, тем громче гремела музыка. Воздушные шары, запах попкорна, дети со сладкой ватой, – все это создает ощущение невинной легкости. Мы словно забываем о своем реальном возрасте, к нам, как в детстве, приходят яркие эмоции от каждой мелочи.
Среди небольших перевозных американских горок, лабиринтов ужасов, тиров возвышалось сияющее разными цветами колесо обозрения. Очередь, казавшаяся длинной, быстро прошла, и мы забрались в кабинку.
– Я никогда не боялась высоты. Наверное, от дедушки передалась скорее любовь к высоте. Он был военным летчиком. Я бы хотела прыгнуть с парашютом даже.
– Бесстрашная? Оказаться в закрытом пространстве с каким-то подозрительным типом, например, тебя не пугает? – Хорхе сделал гримасу, сузив глаза, изображая «подозрительного типа».