Невервинтер
Шрифт:
– Ее настоящие имя Далия Син’дэлэй, — объявил Эффрон, вызывающе скрестив свою нормальную руку на тощей груди, словно сказанное имело большое значение, что весьма смутило Баррабуса.
Пока он не взглянул на Алегни.
Никогда прежде убийца не видел нетерезского лорда настолько бледным.
– Син’дэлэй? — эхом повторил Алегни.
– Да, из клана Змеиного Ручья Син’дэлэй, — ответил Эффрон.
Что-то происходило между этими двумя, но Баррабус не мог понять что.
– Я могу предположить, что она…. –
Херцго Алегни продолжал таращиться на Эффрона, но Баррабус прекрасно видел, истинный взор его устремился сквозь колдуна, словно его мысли были в другом месте, возможно, в другом времени, учитывая последние слова Эффрона. Мощные мышцы на руках Алегни вздрогнули, его скулы заметно напряглись, дыхание участилось. Баррабус почти верил, что если утреннее пение птиц утихнет и ветер перестанет раскачивать листья, он сможет услышать стук сердца в массивной груди Алегни.
– Ты не можешь знать это, — произнёс, наконец, Алегни.
– Далия Син’дэлэй, — повторил Эффрон. — Которая была не более чем ребенком те 20 лет назад.
– Кто? — начал было спрашивать Баррабус, но понял, что лучше не влезать в эту личную беседу.
Ни Алегни, ни Эффрон не заметили его вмешательства, и казалось, что они не собирались продолжать разговор.
– Я убью ее, — вместо этого произнес Баррабус. — Я убью их обоих.
Тифлинги вместе повернулись к нему, и убийца заметил на мгновение вспыхнувшее удовлетворение на лице Алегни.
– Эльфийка в одиночку чуть не убила тебя, — напомнил он.
– Почти, но теперь я лучше понимаю ее тактику.
– Ты только что утверждал, что ее спутник сильнее, чем она.
– И я знаю его очень хорошо. И знаю, как его убить, — перед глазами Баррабуса предстали схватки с Дриззтом, он вспомнил свою давнюю ненависть к дроу.
Коготь всё это время был здесь, чуть ли не касаясь мыслей Баррабуса. И хотя сами намерения и планы в голове чётко обрисованы не были, у Баррабуса зарождалась идея, которая наверняка не пришлась бы по душе Херцго Алегни.
Воин тифлинг смотрел на него ещё какое-то время, но Баррабус твердо стоял на своем, даже слегка кивнул.
– Возьми Эффрона с собой, — проинструктировал Алегни.
– Нет! — ответил Баррабус и повернулся, испепеляя молодого колдуна взглядом, полным ненависти. — Если ты хочешь, чтобы я убил Далию, я сделаю это. Но я не собираюсь идти с врагом наподобие того, что стоит у меня за спиной.
– Он боится, что мои навыки снова отодвинут его на второй план, — язвительно заметил Эффрон, на что Баррабус и Алегни никак не отреагировали.
Убийца продолжал качать головой, медленно и решительно.
– Если ты убьешь ее, я вознагражу тебя, — сказал Алегни. — Возможно,
Баррабус кивнул.
– Но если ты приведешь ее ко мне живой, — продолжил Алегни хриплым от нетерпения голосом. — Я вознагражу тебя так, как ты себе даже представить не можешь.
– Живой?
Алегни кивнул и изрек тихий рычащий звук, такой… ненасытный, что по непоколебимой спине Баррабуса пробежала дрожь.
Глава 15
Лезвие у горла
Баррабус Серый был крайне удивлён тем, насколько легко он добрался до союзников Силоры – до Далии, по крайней мере. Он заметил их лагерь сразу после заката, но дроу нигде не было видно. Убийца осмотрелся, даже прошелся вокруг лагеря несколько раз, обдумывая, как может отсутствие тёмного эльфа отразиться на его планах, которые только начинали сформировываться. Он задавался вопросом, как обратит появление Дриззта До’Урдена к своей выгоде, но ответа у него не было.
Баррабус не знал, как поступит, когда взглянет в глаза рейнджеру, поэтому радовался, что его не было. Их вражда принадлежала другой эпохе, горькая жажда крови, не оставившая места ни соперничеству, ни союзничеству. Воспоминания о темном эльфе отправили мысли убийцы в далекое прошлое, в места, давно потерянные для нынешнего Фаэруна.
Он помотал головой, отбросив ненужный мысли и сосредоточился на происходящем. Серый понимал, что его единственная надежда выполнить задание — убить ничего не подозревающую Далию до того, как вернётся ее спутник.
Но хочет ли он этого?
Возможно, что на самом деле он хотел снова встретиться с Дриззтом лицом к лицу. Разве некая часть того, кто ныне стал Баррабусом Серым, не хотела вернуться в другое время и место? И снова он тряхнул головой, чтобы отогнать неуместные воспоминания.
— Это твой шанс,— тихо прошептал он себе, и эти слова заставили его полностью сосредоточиться на происходящем.
Убийца глубоко вздохнул, и в который раз начал взвешивать все “за” и “против”. Если есть кто-то, способный победить Херцго Алегни, то этот кто-то — Дриззт.
Так что если Баррабус схватит Далию и отдаст ее Херцго, это приведет темного эльфа к нетерезскому лорду. Ведь Дриззт До’Урден никогда не оставит своих друзей в беде.
Разумеется, эльфийка недолго пробудет у Алегни. Убийца вздрогнул, вспомнив женщину ашмадай, схваченную им недалеко от Невервинтера. Он отвел девушку в город и оставил под присмотром стражи, дав указания ни при каких обстоятельствах не трогать ее.
И это был последний раз, когда Баррабус видел девушку живой, или, по крайней мере, целой, потому что Алегни узнал из докладов стражи о требовании своего убийцы. Лишь потому, что Баррабус объявил пленницу своей, Алегни устроил этой девушке особенно жуткую смерть.