Неуместное влечение
Шрифт:
— И другими делами тоже, — тихо призналась она.
Сначала она попросила ракушки, которые он собрал, розовые и белые, как ее кожа. Он наблюдал за тем, как она наклоняет голову, чтобы услышать шум моря внутри спиральной раковины, и его сердце болело, а руки мечтали к ней прикоснуться.
— Какими еще? — мягко спросил он.
— Мне действительно нужно пообщаться с гостями.
Она словно тоже вспомнила, как они планировали свое будущее под небом острова. Словно вспомнила, как они перешли от поспешных поцелуев к исследованию юных тел друг друга. Они столько раз подходили к границе ее девственности,
— Когда мы поженимся, мы будем заниматься любовью, — пообещала она, выгибаясь под ним. — У нас буду дети, и я вся буду принадлежать тебе.
Он поверил ей. Поверил в то будущее, которое увидел глазами Кейт. Он не знал, что это будущее было соткано из невесомой паутины мечтаний. Он никогда не думал, что она может лгать ему. Но она нарушила это обещание, как и все остальные обещания, которые давала ему. И будь он проклят, если позволит ей поступить так еще раз. Особенно сейчас, когда последнее слово оставалось за ним и власть была в его руках. Он поймал Кейт за руку, пока она не успела скрыться в толпе.
— Ты же не забудешь о документах?
Он с удовольствием наблюдал за тем, как она боролась со своим решением.
— Нет, — проговорила она. — Я не забуду.
— Хорошо. — Он посмотрел на часы: — Встретимся в два?
Она нахмурилась и освободилась от его руки:
— Возможно.
Она собрала все самообладание и покинула его с привычной элегантностью.
Он позволил ей уйти. Пока. Она не могла сбежать от него, и он с радостью посмотрит издалека, как она будет нервничать. Он приманит ее достаточно близко, чтобы разрушить, оставить ее дрожащей, уязвимой и сгорающей от желания, как она поступила с ним много лет назад.
Кейт все еще приходила в себя после разговора с Этаном, поэтому с трудом могла выполнять обязанности хозяйки. Она обнаружила, что не может сосредоточиться на разговорах. Она не слышала музыку, не чувствовала вкуса шампанского. Присутствие Этана завладело всеми ее мыслями, сделав ее скверным собеседником и заставив потерять счет гостям.
— Кейт, — прошептала ее ассистентка, — если тебе нужно уйти пораньше, я могу здесь все закончить сама.
Кейт почувствовала, как загорелись ее щеки.
— Почему мне нужно уйти пораньше?
Несмотря на все усилия, голос выдавал ее напряженность.
Жанин подняла брови:
— Этан Хардести только что купил твой остров по завышенной в десять раз цене.
— Я знаю. Это чудесно. — Кейт слабо улыбнулась, игнорируя боль в груди. — Я никогда не мечтала получить двадцать пять миллионов за него.
— Кейт.
Она почувствовала, что улыбка исчезла, но продолжала изображать радость, которой не чувствовала.
— Да?
— Он наблюдает за тобой весь вечер. — Жанин заговорщицки улыбнулась.
— Да нет, — возразила Кейт, хотя Жанин говорила правду.
Она скрыла дрожь губ, медленно поднеся к ним бокал и сделав глоток шампанского. Затем указала на лоты аукциона:
— Думаю, мы превзойдем прошлогоднюю сумму.
Как считаешь?
Боковым зрением Кейт заметила Этана, и ответ Жанин прозвучал как неразборчивый шум. Она приказала себе сосредоточиться на разговоре, напоминая, что Этан — просто один из богатых гостей на аукционе. Но ее сила воли оказалась слишком слабой против него. Он был мужественен,
Кейт взглянула на остатки шампанского в бокале; все тело ныло от напряжения. Она не поднимала глаз до тех пор, пока Жанин не взяла ее за локоть.
— Ты гораздо лучшая партия. Все это знают.
Ее щеки покраснели.
— Я не понимаю, о чем ты говоришь.
— Он заинтересован. Иди за ним. Хотя бы один раз повеселись.
Кейт поморщилась:
— Я не хожу за мужчинами, Жанин.
— Почему нет? Ты красивая. Ты богатая. Ты умная. Ты можешь получить любого мужчину, если только захочешь.
— Нет, — ответила Кейт, расправляя плечи.
Она знала, что не слишком удачная партия. Несчастный случай тому виной.
— Но ты можешь, Кейт. Он так красив!
— О, смотри, это Руперт, — перебила Кейт. — Он пожертвовал несколько уроков кулинарии, которые купили за двадцать тысяч. Я не могу не поблагодарить его.
В течение следующего часа Кейт обменивалась любезностями с другими гостями, словно не замечая Этана. Она чувствовала его взгляд на себе. Она хотела не обращать на него внимания, но подсознательно пыталась приблизиться к нему. Это желание разливалось по венам, пока она не стала ощущать каждый удар сердца, каждое прикосновение к своей коже, каждый звук и каждый запах. Она поблагодарила последнего спонсора и, повернувшись, увидела Этана. Из-за неожиданной близости ее сердце подскочило к горлу.
— Этан, — выдохнула она, прижимая бокал с шампанским к груди. — Ты меня напугал!
Он не обратил внимания на ее смущение:
— Правда?
Возбуждение лишило Кейт способности вести вежливый разговор. Любопытные взгляды гостей прилипли к ней.
— И прекрати таращиться на меня. Мне от этого некомфортно.
В ответ он подошел ближе, зажав их руки между телами:
— Я уверен, ты привыкла, что мужчины таращатся на тебя.
Каким-то образом она смогла сохранить равновесие и сделать шаг назад, разорвав контакт. Неуместное желание опять вспыхнуло в ней. Она хотела прикасаться к нему. Хотела чувствовать его запах. Она мечтала о том, чтобы уткнуться лицом в его шею и лизнуть мягкую кожу возле выглаженного белого воротника. Желание снять с него пиджак и изучить каждый дюйм его белоснежной рубашки, прежде чем расстегнуть черные пуговицы и обнажить его грудь, закипало в ней.
— Они уважают мое личное пространство, — уточнила она с упреком.
Его губы растянулись в улыбке, когда он внимательно осмотрел ее тело.
— И что, ты боишься, я могу подать им идею?
— Нет.
Здравый смысл уступил место возбуждению. Она хотела провести рукой по ткани от лодыжки до бедра, погладить упругие ягодицы. И что хуже всего, она боялась, что он смог прочитать эти мысли на ее лице.
— Ты, наверное, думаешь, что купил больше чем остров.
Его глаза насмешливо блеснули, прежде чем взгляд опустился на ее грудь.