Неукротимая
Шрифт:
Перекатившись на наименее пострадавшую сторону, Вэра вскочила на ноги, мысленно готовясь к новым синякам, которые наверняка появятся в результате его ответных действий. К тому времени, как она подняла руки, Джарен сделал то же самое, приняв оборонительную стойку.
Вэрали глубоко вздохнула, не обращая внимания на острую боль в боку. Если бы она не знала, что это невозможно, то могла бы поклясться, что кончик ребра застрял у нее в левом легком от последнего нанесенного им удара.
Взгляд Джарена немедленно проскользнул по ее торсу, он опустил руки, на челюстях заходили желваки.
–
– Пошел ты, – прошипела она. Девушка не стала бы жульничать в настоящей драке, а это все равно было игрой.
Взгляд Джарена метнулся к ней, вспыхивая в такт биению сердца в ее груди.
– Только вместе с тобой, звездочка.
Ее лицо загорелось, а взгляд пробежал по телу юноши. Вэрали буквально физически была не в состоянии сопротивляться воображению. В мыслях Вэра отчаянно прижималась к нему.
Капельки пота покрывали его загорелую грудь и руки, блестя на безжалостном солнце и привлекая внимание к каждому бугорку мускулов. Его обычно острый подбородок был скрыт под растительностью на лице, отросшей за время их пребывания в море, а изумрудные глаза впивались в Вэрали из-под темных сдвинутых бровей.
Они не касались друг друга с того дня, как сбежали от Итана на Алероне, но это, конечно, было не из-за отсутствия желания. Она хотела Джарена, даже когда он вел себя как законченный осел, и не было никаких сомнений, что Джарен желал ее тоже. Вэра чувствовала, как жар внутри него становится все менее контролируемым с каждой ночью, когда он ложится на соседнюю койку.
Но из-за того, насколько измученной девушка была к тому моменту, когда они заканчивали тренировки, и того, что им особо негде было помыться, ни один из них не сделал первый шаг. Постоянные звуки рвотных позывов Вэры в начале путешествия тоже не возбуждали.
Возможно, у нее и не было большого опыта, но девушка была почти уверена, что секс с несвежим дыханием и потными подмышками – это сочетание, из-за которого влечение умирает.
Тело юноши напряглось под ее пристальным взглядом, Джарен, казалось, почти подался вперед, прежде чем застыл, уперев кулаки в бока. Он сверкнул глазами и выглядел так, словно больше всего хотел хорошенько надрать Вэрали задницу, но густой землистый запах, исходивший от него, говорил совсем о другом.
– Поскольку ты так стремишься использовать свои способности сегодня, я полагаю, мы начнем твою медитацию пораньше, – сказал он, практически выплевывая слова сквозь стиснутые зубы.
Вэра съежилась. Отлично. Она ненавидела практиковаться в своей силе. Не потому, что ей это не нравилось или что-то в этом роде, а потому, что ей это совсем не давалось.
С тех пор как они поднялись на борт его несчастного корабля, за исключением первых нескольких дней, когда Вэрали рвало больше, чем она дышала, Джарен требовал, чтобы она занималась с ним спаррингом каждое утро и медитировала каждый день после обеда.
Вэра не возражала против спарринга, хотя это и усиливало тошноту и обычно заканчивалось тем, что девушка растягивалась на палубе, желая выцарапать Джарену глаза. Ей нравилась физическая работа
Если бы только Джарен прекратил эту муку с чертовой медитацией…
Они договорились не использовать свои силы во время поединков по нескольким причинам. Главная из них заключалась в том, что Вэра не контролировала то, сколько энергии использовала, а вторая – в том, что Джарен не хотел, чтобы она истощала запасы своих сил, ведь это было единственным, что удерживало завтрак в ее желудке, а даже такая мелочь давалась ей с трудом. Девушка не могла сосредоточиться на чем-то одном.
Опытные магики могли видеть и слышать лучше других, но все тело Вэрали, казалось, превращалось в чертов маяк для проблем. Ей было очень тяжело.
Однако Вэра усвоила, как залечивать незначительные раны, и при необходимости могла бороться с морской болезнью, хотя получалось не всегда. В последний раз Джарен сделал какое-то небрежное замечание о ее позе и технике, и вспышка гнева лишила Вэрали самообладания.
Девушка так сильно напряглась, что исцелила все свое тело. Тошноту, ушибы, боль в мышцах. И вместо того чтобы похвалить ее или извиниться, как сделал бы хороший учитель, Джарен наорал на нее еще сильнее, обвинив в том, что она скорее избалованная принцесса, чем воин.
Конечно, в ответ Вэрали ударила его кулаком в живот. Потому что он заслужил. Вэра пожалела об этом, когда чуть не отправила юношу за борт, однако он хотя бы замолчал.
Теперь Вэра бы отдала все на свете за то, чтобы увидеть, как Джарен падает в воду. С ним все будет в порядке: этот засранец умеет плавать.
Игнорируя тяжесть его выжидающего взгляда, девушка посмотрела на бескрайнее пространство Пограничного моря. Казалось, что прошла вечность с тех пор, как она получила доступ к силе на Алероне. Это все будто бы было сном.
Порой девушка думала, что все произошедшее с тех пор, как она схватила меч и сразилась с Итаном на тренировочном дворе, случилось с кем-то другим.
Вэра повернулась к корме и, прищурившись, посмотрела вдаль. Побережье Алерона давным-давно исчезло, не оставляя перед взором ничего, кроме рябящей синевы.
То, что берег исчез, все еще казалось нереальным. Как и то, что Вэрали направлялась туда, где ей не придется прятаться. Туда, где люди будут ценить ее за то, какой силой она обладает, вместо того чтобы бросаться в нее камнями. Это было в равной степени захватывающе и пугающе.
– Сядь.
Грубый приказ сопровождался щелчком пальцев, и голова Вэры откинулась назад, ее рот широко раскрылся. Он не мог командовать ею, как гребаной собакой.
Когда Джарен ответил на ее невысказанное возмущение лишь молчаливым поднятием брови, девушка немедленно огляделась в поисках чего-нибудь, чем можно было бы запустить ему в лицо. Как этот невыносимый парень мог быть связан с ней, непонятно.
Вэрали была готова снять ботинок и заехать ему промеж глаз, когда Джарен запрокинул голову и рассмеялся глубоким рокочущим смехом. Удивительный звук окутал ее, приклеив к месту и погасив раздражение, как будто его никогда и не было.