Неудачник
Шрифт:
— Да ладно. — Она впивается в меня взглядом изумрудных глаз. — Ты до сих пор считаешь, что твой тайный поклонник хочет тебя убить? Милый, я думала, ты умнее…
Она притворно вздыхает и отлипает от меня.
— Я начинаю влюбляться в твоего преследователя, Эдик. Он гений! Гений с исключительным чувством юмора и умопомрачительным стилем. Как бы я тебя не обожала, но перед ним я преклоняюсь.
Маленькая стервочка заливается смехом, а я иду в лабораторию.
— Дом, сними отпечатки с этого пузырька. — Прошу
— Ого, ты с добычей? — Доминик Коста отрывает взгляд от микроскопа. — Минуты две-три.
Через две он уже меня удивляет.
— Отпечатки твои и ещё одни. Инга Бельская, журналистка криминальной хроники. — Дом хмыкает. — Человек, Эд. И цыпочка, если мне не изменяет память, вполне в твоём вкусе.
На развёрнутый ко мне монитор я могу не смотреть, в принципе. Пухлые алые губки и выразительные серые глаза. Забираю бесценный препарат и в полной растерянности возвращаюсь к себе. Девушка сидит в том же кресле, куда я усадил её сразу по прибытии. Андроид успел напоить её кофе, теперь она листает привезённую нами папочку.
— Инга, вы в самом деле не знаете, что это? — Показываю пузырёк.
Очень правдоподобно качает головой. Будь я человеком, поверил бы, но… Пульс резко учащается в полтора раза, обманщица с неё – так себе. Открываю баночку и вожу перед её симпатичным носиком несколько секунд. Она набирает воздуха, чтобы что-то сказать, это её и губит. Минут десять в полной неподвижности нам пока хватит. Её сердечко ещё заметно ускоряется. Ага, с кондицией я не промахнулся – зрачки шевелятся и реснички подрагивают, значит, начать разговор мы можем прямо сейчас.
— Инга, вы знаете, кто я? — присаживаюсь на подлокотник её кресла и провожу пальцем по её щеке. — Моргните вместо да или поведите глазками в стороны, если нет.
Реснички на мгновение опускаются.
— И знаете, что я могу с вами сделать? — Снова моргает. — Вы хотите этого? Для этого вы всё это затеяли?
Она моргает, а затем её глазки начинают бешено бегать из стороны в сторону. В концов она просто закрывает глаза. Она очень аппетитно пахнет и выглядит. Не удерживаюсь, провожу пальцем по её губам. Глазки открываются очень широко.
— Ты боишься? — Моргает. — Ты же сама себя принесла в жертву, так? — снова и да и нет.
Целую в губы и выдыхаю, наполняя её лёгкие своим запахом. Пожалуй, дам девочке отдохнуть и подумать. С её впечатлительностью ещё инфаркт схлопочет в таком юном возрасте. Сажусь в свободное кресло и подаю знак прислуге. Пью кофе и наблюдаю за личиком красотки. В этот раз обойдёмся без радикальных методов, без нашатыря её тело будет медленнее и постепенно приходить в норму. С удовольствием наблюдаю, как её глазки практически с мольбой прожигают во мне дыру. Продолжаю, когда замечаю, как начинают шевелиться её губки и она делает судорожный вдох.
— Инга. — Мне приятно
— Мне назвали ваше имя и сказали, где вы будете. Я не знаю этого человека. Но он мне сказал, что именно вы мне нужны. — Она говорит с трудом, отчасти из-за действия фермента, но больше борясь с хаосом, одолевающим сейчас её сознание и душу.
— Кто надоумил вас на такое? Ведь вы сами пожелали стать лакомым блюдом, от которого не откажется ни один вампир.
— Он же. — Задаюсь вопросом, а человек ли это был.
— Вы чувствовали рядом с ним что-то подобное вашим нынешним ощущениям?
— Нет. Это был именно человек.
— Откуда вам вообще известно о вампирах?
— Я журналистка криминальной хроники и умею анализировать информацию.
— Я заметил. — Киваю на папочку.
Встаю и снова приближаюсь к ней. Любуюсь её испуганным лицом, глажу его. Легонько обдуваю её губы, пока с них не срывается стон.
— Никогда не приходилось это чувствовать?
— От вампира нет. — Признаётся, краснея. — Это очень мучительно.
— Дашь попробовать себя – тебе станет легче. Я не выпью тебя полностью.
— Да! — Она буквально выкрикивает и роняет голову на спинку кресла, закрывая глаза. — Пожалуйста.
3
— Вкусная девочка. — С трудом отрываюсь от её руки.
Кровь останавливается почти мгновенно, я облизываю оставшиеся капельки и ранки от моих клыков. Через пять минут следов на руке не видно, сама девушка глубоко дышит, немного бледная, на губах расслабленная улыбка.
— Спасибо. — Улыбается, глядя на меня. — Я знала о подобном в теории, но испытать пришлось впервые. Это стоило тех мучений.
Улыбаюсь мысли, что эта Инга просто уникальна – другая бы уже свихнулась от одной мысли, что она – пища, едва отошла бы от неудержимого желания.
— Понравилось? Мне пришлось сильно постараться, чтобы остановиться. Очень уж ты вкусная.
— Надо же, — смеётся, — таких комплиментов мне ещё не говорили. А мог не остановиться?
— Не мог остановиться, так будет точнее. — Прикасаюсь к её лицу и чувствую, как она трётся щекой об мою ладонь.
— Не подсаживайся на это. Ещё раз говорю, с тобой остановиться очень тяжело. — Мне приятна эта её непосредственность, а потому немного жалею милашку.
— Если бы ты не остановился, убил бы меня? — Вопрос звучит диссонансом с её поведением, она слегка поворачивает голову и гладит своими губами кончики моих пальцев, а взгляд не отрывается от моего лица.
— Да, скорее всего. — Убираю руку, потому как снова начинаю испытывать голод. — Альтернатива тоже подходит не всем.
— Обращение? — Умные серые глазки смотрят ни разу не испуганно.