Нетопырь
Шрифт:
Все наши женщины были одеты в дорогие боярские одежды с большим количеством украшений, в том числе с височными серьгами. Мужья и мы, дети попаданцев выглядели не хуже, ибо по одежке встречают. А в этом времени езе и провожают! Рядом с Варягом стояли пятьдесят три княжича, которым не светит теперь получить в свое управление даже удел. Никаких удельных княжеств не будет, кормить княжичи будут себя, служа своему царю. Так задумал Варяг и так похоже и получится.
Боярин Дмитрий Медведев, который у Мстислава был казначеем, шепнул боярину Петру Апухтину — Теперь пришлые отодвинут нас от власти!
Апухтин, который был воеводой в старшей дружине Великого князя, пожал плечами — Без нас, без киевских бояр, князь не сможет править Киевом. Вот увидишь, придет он к нам на поклон!
После
Варяг после легкого перекуса, когда убрали блюда, обратился к приглашенному половцу — Юрий! Как думаешь, почему именно тебе я и рязанские князья прислали приглашение прибыть в Киев?
Кончакович пожал плечами — Честно говоря я в недоумении. Может быть потому, что я тоже верю в Христа?
Митрополит молчал, но тоже ожидающе взглянул на Варяга.
Тот отпил кумыса, который ради гостя стоял на столе — Мне мой ангел хранитель посетил меня во сне. — взгляд Матвея стал колючим и растерянным — Он поведал, что вскоре буквально через пять-шесть лет из далеких краев придут огромные орды воинственных степняков, которые поставили пред собой целью поработить все народы, беря с них налоги серебром, скотом и людьми. Так с каждого русского двора налог будет полгривны в год, а это сто граммов серебра. Также все покоренные народы должны давать своих воинов в войско этих народов, которых будут ставить на острие ударов, дабы в первую очередь сохранить жизни монголов, как они себя называют. Сейчас эти степняки с узким разрезом глаз кочуют около Китайского царства. Но разросшись, народам этим станет тесно и начнут они завоевание с Кавказа, с алан.
В полном молчании Варяг отпил опять кумыс, промочив горло — аланы предложат половцам союз против чужаков и те согласятся, их совместная битва покажет монголам, что объединенное войско равно им по силе и они как они любят поступать, пошлют гонцов к половецким ханам, предлагая за серебро предать аланов. Жадность затмит глаза ханов и они примут подкуп, оставив аланов одних. Однако после аланов монголы организуют поход уже против половцев и те обратятся с помощью на Русь, ибо много половецкой крови благодаря бракам среди русских князей.
Именно потому я на съезде князей предложил организовать их дружины для совместного войска под единым воеводой, но жадность затмила глаза князей и те хоть и промолчали, но всем своим видом показали несогласие отдать своих гридней одному человеку. Я вот подумал — сегодняшняя ночь была наказанием Божьим, который как когда-то сжег Содом и Гоморру, так и теперь устроил гибель неразумных князей.
Хан не выдержал и спросил — И чем же закончится битва чужаков с половцами?
— Русские князья в моем сне вывели огромное войско совместно с половцами, но каждый при встрече с главными силами монголов действовал сам по себе. Одни пошли в атаку, другие решили укрепиться и выждать. В итоге всех разбили по частям, все русские князья погибли, даже те, кому половцы дали слово отпустить их вместе с гриднями домой. Ханы тоже все погибли, да еще вместо битвы многие бежали как трусы! — при этих словах хан «набычился» уставив глаза в чашу с кумысом, стоящую перед ним. — Теперь, когда есть возможность объединить русское войско, я предлагаю устранить всех ханов, оставив тебя, Юрий, единственным ханом и как только аланы запросят помощи, направить и половцев и наше войско им на помощь.
Митрополит откашлялся и замогильным голосом спросил — А что должно было стать после гибели половцев и русских князей?
— Зимний поход монголов на Русь, они пойдут по замерзшим рекам и многотысячная орда сына главного монгольского хана Чингисхана, Батыя, молниеносным ударом обрушилась бы на Северо-Восточную Русь.
В декабре одна тысяча двести тридцать седьмого года от Рождества Христова татаро-монгольское войско подойдет к Рязани, город будет разрушен до основания, все жители перебиты. Монголы захватят и разгромят другие крупные города Северо-Восточной Руси — Суздаль, Ростов, Ярославль, Городец, Переяславль, Кострому, Юрьев, Галич, Дмитров, Тверь и другие. В начале марта состоится битва на реке Сить, в котором, несмотря на упорную борьбу, русская рать потерпит поражение, а владимирский князь
Кончакович кивнул — Я согласен! Я сам без твоей помощи, князь, соберу всех четверых ханов и их родственников. А то так как ты помогаешь, после остаются тысячи трупов. Ни один из претендентов на ханский титул не выживет. К аланам я также пошлю послов!
Митрополит встал и стукнул своим посохом — Завтра же я проведу обряд венчания тебя, князь на Великое княжение! Нам нельзя терять времени, пока бояре чего не удумали!
Глава 12
Для всех киевлян и для бояр из других княжеств, узнавших о смерти своих князей и прибывших на обряд провозглашения Великого князя. Со времени княжения Андрея Боголюбского посажение на стол русских великих князей стало происходить во Владимире и возвращение проведения обряда в Киев должно было еще больше возвысить этот город. Владимирские бояре недовольно поглядывали на киевских коллег, которые просто сияли от мнимого повышения своей значимости.
Слова митрополита после окончания обряда возведения в Великокняжеское достоинство Варяга раскололи тишину в храме и заставили всех перешептываться и делиться своими мыслями — Князь Федор Петрович по прозвищу Варяг согласно решению всех ныне почивших князей является единственным законным потомком Олега Святославича, внука Ярослава Мудрого! Князь Олег Святославович сочетался законным браком с племянницей Василевса Константинопольской империи и потому Федор Петрович тоже имеет право стать Василевсом. Я, митрополит Киевский и Всея Руси, благословляю Великого князя Киевского и Владимирского, князя Черниговского, Смоленского, Полоцкого, Рязанского, Муромского, Турово-Пинского, Волынского, Галицийского, Переяславского, Новгород-Северского Федора Петровича Варяга на миропомазание в качестве русского Василевса Федора Первого!
После окончания обряда митрополит возложил на голову Варягу золотую корону — Радуйтесь, люди русские! У вас теперь есть единый защитник от набегов степняков, согласно закону о престолонаследии Василевса, власть теперь на Руси передается от отца к старшему сыну, лествичное право более не действительно! Во всех княжествах будут править наместники, назначенные русским царем.
Юрий Кончакович тоже пришел в собор и теперь как и все был поражен провозглашением смены княжеств на царство. Неизвестно что подтолкнуло хана к этому поступку, он не мог этого объяснить даже себе. Хан протиснулся к Варягу и опустился перед ним на одно колено — Великий русский царь! Прими мои земли и мой народ в состав царства русского! Клянусь в верности тебе и твоему будущему сыну!
Варяг не растерялся и поднял с колена Кончаковича — Встань, хан Кончакович! Дарую тебе княжеский титул. Ты будешь первым русским князем из половецкого племени! Я принимаю твой народ под свое царское покровительство! Тебе предстоит с этого дня отправлять в Киев налоги церкви и мне по десять процентов от твоих доходов и по моему слову предоставлять своих воинов!
Уже ставший царем Варяг повернулся к заполнившим собор людям — Люди русские! Я как помазанный русский царь считаю, что в царстве должен быть свой патриарх! — опять все притихли, стараясь разобрать речь царя — Потому повелеваю: созвать всех русских иерархов церкви и рассмотреть вопрос создания независимого от греков русского православного Патриархата! Ровно через месяц здесь, в Софийском соборе я жду сбора Поместного Собора! Помимо Патриарха предстоит избрать двух митрополитов: Киевского и Владимирского. А теперь я буду здесь, в храме Господа нашего на Святом Писании принимать клятвы верности от вас, бояре! Всех, кто принесет мне клятву верности, запишут в церковную книгу и каждый после клятвы приложит оттиск своего пальца. Нарушивший клятву, которую он дал самому Христу, будет объявлен вне закона, отречен от церкви и его может убить любой истинный христианин как клятвопреступника. А все имущество изменника отойдет в царскую казну, супруга будет пострижена в монахини, а дети лишены боярского чина.