Нет у любви бесследно сгинуть права...
Шрифт:
— Ни с места! — сказал он, — Пусть приведут к нам жену Федельмида, и пусть она объяснит нам, что означает этот крик.
— О жена, что за крик жестокий Раздался в нутре твоем стонущем? Он пронзил нам слух, всем внявшим ему, Донесясь из чрева разбухшего. Окровавил мне сердце он ужасом, Страхом великим ранил его.Подошла она к Катбаду, мудрецу великому, и сказала:
— Вот кого вопросите вы: Катбада, Что украшенТогда Катбад произнес:
— В твоем чреве девочка вскрикнула С волосами кудрявыми, светлыми. Прекрасны глаза ее синие, Щеки цвета наперстянки пурпурной. Без изъяна, как снег ее зубы белы, Как красный сафьян, блестят ее губы. Знайте ж: много за эту девушку Будет крови пролито в Уладе. Будет светлой, стройной, длинноволосой Девочка, что вскричала в чреве твоем. К ней короли будут свататься, За нее бойцы свою жизнь отдадут. Королевы будут завидовать ей, Совершенством будет краса ее. С горьким спутником убежит она Из пределов родного Улада.После этого Катбад положил руку на чрево женщины и ощутил трепет, словно дрожь, под рукой своей.
— Поистине, — сказал он, — здесь девочка. Да будет имя ее подобно трепету: Дейрдре. Много зла произойдет из-за нее. Вскоре девочка родилась, и тогда Катбад запел:
— О Дейрдре, высокого мужа отвергнешь ты. Из-за дивной красы лица твоего Много невзгод принесешь ты Уладу, О благородная дочь Федельмида! Будут долгими скорби после тебя, О женщина, подобная пламени! При жизни твоей случится изгнание Трех сыновей благородного Уснеха. При жизни твоей деянье жестокое Совершится впоследствии в Эмайн. Будет долгой память о лице твоем, Из-за тебя падут сыны королевские. Из-за тебя, о женщина желанная, Будет изгнан Фергус из Улада И свершится гибель горестная Фиахны, внука Конхобарова. Ты сама совершишь дело страшное, В гневе лютом на короля уладов. О Дейрдре, хоть тесна будет могила твоя, Будет память о тебе долгою.— Смерть этой девочке! — воскликнули улады.
— Нет! — сказал Конхобар, — Отнесите ее завтра ко мне. Она будет воспитана, как я прикажу, и, когда вырастет, станет моей женой.
Улады не посмели противоречить ему. Как он сказал, так и было сделано.
Она воспиталась под надзором Конхобара и, когда выросла, стала красивейшей девушкой во всей Ирландии. Она жила все время в отдельном доме, чтобы
Однажды зимой приемный отец Дейрдре обдирал во дворе, на снегу, теленка, чтобы приготовить из него обед для своей воспитанницы. Прилетел ворон и стал пить пролитую кровь. Увидела это Дейрдре и сказала Леборхам:
— Три цвета будут у человека, которого я полюблю: волосы его будут цвета ворона, щеки — цвета крови, тело — цвета снега.
— Честь и удача тебе! — воскликнула Леборхам, — Недалек от тебя такой человек, в этом же дворе он — Найси, сын Уснеха.
— Не буду я здорова, пока не увижу его, — сказала Дейрдре.
Вскоре после этого случилось, что Найси прогуливался один,
распевая, на валу королевского замка Эмайн. Сладкими были голоса у сыновей Уснеха. Каждая корова или иная скотина, слыша их, начинала давать молока на две трети больше обычного. Каждый человек, слыша их, наслаждался и впадал в сон, как от волшебной музыки. Велико было и боевое искусство их: если б все люди одной из пятин Ирландии ополчились на них, то и тогда, — стоило им лишь сплотиться, упершись друг в друга спинами, — не одолеть было их: таково было искусство трех братьев в защите и ловкой помощи друг другу в бою. На охоте же они были быстры, как псы, и поражали зверя, нагнав его.
Так вот, пока Найси гулял один и пел, Дейрдре выскользнула из своей комнаты и пошла по двору, норовя пройти мимо него. Сначала он не узнал ее.
— Красивая телочка прохаживается около нас, — сказал он.
— Телочки остаются телочками, пока около них нет бычков, — сказала она.
Тут Найси догадался, кто она такая.
— Около тебя есть славный бык, повелитель целого королевства, — сказал он.
— Я хочу сама сделать выбор между вами двумя, — отвечала она, — и милей мне молодой бычок — ты.
— Не бывать этому! — воскликнул он, вспомнив предсказание Катбада.
— Значит, ты отказываешься от меня? — спросила она.
— Да! — ответил он.
Она бросилась на него и схватила его за оба уха, говоря:
— Позор и насмешка на твои уши, если ты не уведешь меня с собой!
— Отойди от меня, о женщина! — воскликнул он.
— Будет так, как я хочу, — сказала она.
Тогда он кликнул клич своим звонким голосом. И улады, заслышав его, повскакали все, готовые броситься друг на друга с оружием. Оба брата Найси прибежали на клич его.
— Что с тобой? — спросили они его. — Улады готовы перебить друг друга из-за тебя.
Он рассказал, что случилось с ним.
— Большие беды могут произойти от этого, — сказали они, — но, что бы там ни было, тебя не коснутся позор и обида, пока мы живы. Мы уйдем все, вместе с девушкой, в другую область. Нет в Ирландии князя, который не принял бы нас охотно к себе.
Они посовещались и приняли решение. В ту же ночь они выступили в путь. Трижды пятьдесят воинов было с ними, трижды пятьдесят женщин, трижды пятьдесят псов и трижды пятьдесят слуг. И Дейрдре пошла вместе с ними.
Долго блуждали они по Ирландии, переходя из-под охраны одного князя под охрану другого, ибо Конхобар все время пытался погубить их хитростью и предательством. Всю Ирландию обогнули они, начиная от Эрсруайда и далее по южным и восточным областям, вплоть до Бенд-Энгара, что на северо-востоке.
Под конец улады заставили их перебраться в Шотландию, где они поселились в пустынной местности. Когда стало им недоставать дичи в горах, они вынуждены были делать набеги на шотландцев и угонять их скот. Те однажды собрались вместе, чтобы уничтожить их. Тогда изгнанники пришли к королю шотландскому, и тот взял их к себе на службу, сделав своими воинами. Они построили отдельные дома для себя на королевской земле. Сделали они это ради девушки, — чтоб никто не увидел ее, дабы им не погибнуть из-за нее.