Нет сигнала
Шрифт:
Мгновение он завис в воздухе, а потом начал падать.
Если бы Матвей имел склонность ругаться, то наверно бы выругался так, как еще никогда не ругался. За свою жизнь он только одногруппника один раз послал, и то учить законы Менделя в библиотеку. Это в данном случае совсем не подходило.
Его энергометр горел красным.
«Нет сигнала» – писал монитор ярким красным светом, который тускнел с каждым мгновением.
Матвей посмотрел на него с ужасом, осознал, что пролетает как комета мимо дома, и даже испугаться не смог, только подумал,
Громкий голос на всю улицу оповестил, что он задержан. Капсула зависла в воздухе в луче белого света, выпущенного из граветометра полицейского столба.
Только теперь Матвей по-настоящему осознал, что произошло, испуганно выдохнул и увидел, что все мониторы снова работают. Экран энергометра показывал плавную зеленую волну, телефон по-прежнему молчал, а двигатель пытался возобновить движение, сопротивляясь действию гравитационной ловушки.
– Что вообще происходит? – растерянно спросил Матвей и отключил двигатель, нашел телефон и снова позвонил Артуру.
До трансляции оставалось двадцать минут, а его агент все еще не отвечал.
«Наверно уже в руках у телевизионщиков, чтоб им пусто было!» – выругался Матвей и хотел отшвырнуть телефон, а потом опомнился и набрал номер лаборатории. Должен же он хоть как-то хоть кого-то предупредить о случившемся.
Два длинных гудка свели его с ума. Он просто не мог поверить, что все уже под куполом и некому принять вызов, но, к его счастью, третьего гудка не потребовалось. В телефоне зазвучал голос одного из его младших сотрудников:
– Лаборатория сто тридцать пять слушает, – сказал он.
– Это Матвей Денисов, – тут же выпалил Матвей. – Что у вас там происходит?!
– Это у вас что происходит?! – нагло спросили у него в ответ, но тут же опомнились. – Ой, подождите.
Он отступил от аппарата, но крикнул так, что Матвей все равно его услышал:
– Артур Николаевич, тут Денисов объявился!
Послышались звуки какой-то возни, потом как будто удар, словно кто-то уронил телефон, ругань и наконец голос Артура:
– Матвей, ты где и что у тебя с телефоном? – тут же спросил он.
– Я в пяти минутах пути от центра, – ответил Матвей. – Застрял в гравитометре…
Больше он ничего не успел объяснить, капсула приземлилась, а заблокированная дверь внезапно открылась, показывая ему служителей правопорядка в синей форме с белыми погонами и в белых пилотках с синей полосой внизу.
– Воздушная полиция, сержант Логинов. Ваши документы! – выпалил один из сотрудников.
– Да, сейчас, – пробормотал Матвей и полез искать свой чемодан, говоря Артуру: – Подожди, я сейчас, я быстро. Придумай что-нибудь, а лучше прилетай, я у высотки с синей звездой. У меня, кажется, проблемы.
– О да, у вас точно проблемы, –
– Какой угон!? – возмутился Матвей. – Это моя капсула. Я – Матвей Денисов, ученый Люкса. Я очень опаздываю и мне нужна помощь, потому что у меня проблемы с энергометром. Какое еще заключение?
– Документы, – напомнил ему первый полицейский, пока второй, расхохотавшись, отступил.
– Нет, ты слышал? Помощь ему нужна. Надо еще проверить, трезв ли он…
– Трезв! – взвыл Матвей, не понимающий, куда могла запропаститься его идентификационная карточка.
В панике он перевернул портфель и стал его трясти, разбрасывая чертежи, бумаги, ручки и блоки памяти, размером с блокноты.
– Значит документов нет? – спросил у него строгий сержант Логинов.
– Они были здесь, – пролепетал Матвей, точно зная, что его карта всегда лежит в кармане портфеля, но сейчас найти ее не получалось, словно она просто исчезла.
– Сейчас ее здесь нет, – заключил сержант и тут же сменил тон. – Выходите, будем разбираться в участке с вашей личностью.
– Что разбираться? Копия есть в телефоне! – воскликнул Матвей, вспомнив, где можно найти спасение, но с места все же выбрался, неловко ступая босыми ногами на нагретую солнцем тротуарную плитку.
– Копию легко изменить, – сказал ему второй сотрудник, бесцеремонно изучавший информацию на телефоне. – И аппарат вы могли украсть вместе с капсулой, почему только после такое безобразие на дороге устроили - неясно.
– У меня отключился энергометр! – взвыл Матвей. – Позвоните в Люкс. Просто еще раз наберите номер, по которому я говорил. Вам скажут, кто я. Я опаздываю. У меня эфир!
Слушать его никто не хотел. Строгий сержант заломил ему руки и тут же застегнул на нем электронные браслеты, не позволяющие по-настоящему пошевелить рукой.
– Вы не имеете права! – запоздало заявил Матвей, дергаясь в сторону.
Подобное не могло ему присниться даже в самом страшном кошмаре. Мир – выверенный, понятный, правильно созданный – мгновенно рухнул, а он совсем ничего не мог с этим сделать. Что это было с энергометром? Как он мог проспать? Куда делась его идентификационная карта?
– Мое лицо есть в сети, и в новостях меня показывали, – отчаянно пробормотал Матвей. – Вам даже вечный гугл скажет, как я выгляжу. Я ведь лидер официальной группы ученых Титана.
– Слушай, и правда! – вдруг сказал наглец и показал товарищу его фото с одной из международных научных конференций. – О! Он, оказывается, родной брат Метеора!
– Хм, решили в городе приемы брата-гонщика опробовать? – строго спросил Логинов, подтолкнув Матвея вперед.
Тот озадаченно обернулся. Во-первых, он был уверен, что, доказав свою личность, он получит свободу, а во-вторых, понятия не имел, какими трюками прославился его брат. Хорошо, что прозвище «Метеор» ему о чем-то говорило.