Нет прощения!
Шрифт:
— Дай заценить!
Рыжий со вздохом протянул ему очки, и Эрлиг просиял.
— Они идут тебе больше, чем Рыжему, — тут же сообщила Прис.
Эрлиг поворачивался так и этак. С квадратными скулами и резкими чертами лица, в этих очках он был похож на садиста.
— Дашь на время концерта? — кровожадно усмехнулся Эрлиг.
— Я тебе их дарю, — сказал со вздохом Рыжий.
— Спасибо, дружище! — заорал Эрлиг, расплескивая пиво по столу. — Темный Папа любит тебя!.. Теперь я знаю все, что знают копы!
— К этим очкам тебе нужен немного другой имидж, — сказала Прис.
— Например, какой? —
— Я знаю, какой! — Найк пристально оглядел Эрлига и неожиданно для всех ударом своего ножа распорол на нем футболку. Эрлиг засмеялся.
— Покажи нож, — попросил Рыжий. Найк воткнул лезвие в деревянную столешницу.
— Запрещенная тема, — сказал кто-то. Нож у Найка был монокристаллический, с напыленной на рукоятку алмазной крошкой.
Подошел Экстра.
— Мы играем через полчаса. Не будем терять времени зря…
Тут же нарисовался один из менеджеров «Затмения» вместе с официанткой, принесшей целый поднос кружек. Организатор оттащил Экстру от пива в сторону и что-то быстро заговорил. Экстра рассеянно кивал головой, глядя, как исчезает пиво.
— Слышали, что Пухлого выгоняют из лицея? — вдруг вспомнила Прис.
— Серьезно? — удивился Лаки. Эрлиг с Найком уткнулись в кружки.
— Да, из-за этой истории с бомбой.
— Вроде его даже высылают из черты, — подключился Рыжий.
— Могли бы и расстрелять, — улыбнулся Эрлиг. — Сволочи!
— А вы не видели Брикета? — поинтересовался Лаки
— Да бродит где-то, — Люис завертел головой. — Что, хочешь чего-нибудь купить?
— Вроде того, — уклончиво ответил Лаки.
— Угощайся! — Люис великодушным жестом бросил на стол пачку «Стразза», к которой тут же потянулись руки. Снова подошел Экстра.
— Никаких экстремистских лозунгов! — крикнул он, видимо, повторяя слова организатора. — Никакого мата! И не драться на сцене на ножах, как в прошлый раз, ты понял меня?! — Экстра встряхнул Найка, отобрал у него нож.
— Ты хочешь, чтобы получился скучный концерт? — удивился тот.
— Я хочу, чтобы нам записали альбом! — рявкнул Экстра. — А альбом нам никто не запишет, если ты будешь плохо вести себя!
— А я один так себя веду, да? Да?!
— Найк, послушай…
— А чего он!..
Экстра махнул рукой, схватил Прис и усадил к себе на колени.
— Ты будешь меня ждать всю жизнь, детка?
— Ты же знаешь, что да, — фыркнула Прис.
— Жизнь — это недолго, — заметил Эрлиг. — Это только миг. Ясно, кретины?
— «Нет Прощения!», на сцену! — объявили в микрофон под всеобщий рокот.
— Быстро! — Эрлиг схватил сразу две кружки, весь облился, но выпил до дна. — Быстро!
— Хватит! — заорал Экстра.
— Мне нужна энергия! Энергия пива! — выкрикивал Эрлиг, размахивая кружкой. — Энергия солода и ветра! Экстра, зашибу!
— А может, ну его, этот альбом? — Найк достал еще один нож и, покачиваясь, побрел в сторону сцены.
К моменту выхода «Нет Прощения!» на сцену Лаки был изрядно пьян. Зал на секунду утих, чтобы в следующий миг взорваться приветственными криками. Экстра подошел к микрофону, хотел что-то сказать, но его опередил Эрлиг. Наставив гриф гитары на толпу, он заорал:
— Полиция! Всем стоять!
Толпа захохотала, заулюлюкала, Эрлиг в «антикоповских»
Показался Найк с басом наперевес, лениво прошелся по сцене. Экстра отогнал Эрлига от микрофона, взял аккорд. Андерс, барабанщик из дружественной группы, залез за установку. Андерс играл сразу в нескольких группах, от барабанов его было просто не оттащить. Он предпочитал тренироваться по ночам, чтобы никому не мешать.
— Нет прощения! — крикнул Экстра в микрофон.
Эрлиг взял несколько ревущих аккордов. Их группа играла «мрак». Люди могли ничего не знать о ментальных программах, но «Нет Прощения!» звучала просто сверхъестественно, их музыка подчиняла, а странный голос Экстры эмпировал весь зал. Лаки провалился вместе со всеми в бездну звука. Ему не хотелось вслушиваться в слова, он чувствовал музыку, как эмпи, и она имела свои измерения, свои миры, она погружала в транс, она заставляла испытывать эмоции потрясающей силы.
Лаки огляделся по сторонам. Возле сцены шла драка, но дрались пока не страшно, стараясь попадать в ритм. За соседним столом отдыхала группа рейдеров. Бородатые взрослые дядьки размахивали кружками и подпевали нестройными голосами:
«Острым кленовым листомОткрывает мне осеньВены.Красные брызги зариОпрокинули кровь наСтены.Остановить невозможно, но можно убить,Если надо.Я теряю последнюю нить,Проходя терминатор.Терминатор».А Экстра уже начинал сходить с ума, его энергетикой накрывало зал. «Нет Прощения!» полным составом впадали в боевой транс. И вот драка от сцены переместилась ближе к столам. Прямо перед Лаки грохнулся грузный рейдер, пролетевший перед этим пару метров, проехался на спине через весь стол, сметая попутно все, что там стояло, и застыл, бессмысленно глядя вверх. Никто даже не обратил на это внимания.
«Бьет электрический ток,За которым мы будемВместе.Располосован востокЗапрещенной пыльцойСозвездий.Остановить невозможно, но можно убить…»— Если надо!!! — проорал Люис Лаки в ухо. Лаки отшатнулся.
«Я теряю последнюю нить…»— Проходя терминатор!!! — вопили пьяные рейдеры.
«Терминатор…»Барабаны взорвались бешеным ритмом, и в зале поднялся вой. Лаки спихнул тело рейдера со столешницы на колени Рыжему, Люису, Хеллу и Прис, вскочил на стол, поднимаясь над беснующимся залом, успел запечатлеть в своей памяти кульминацию яростной драки, и, неожиданно для себя, увидел бредмена. Эта тварь тащилась наравне со всеми.