Нет числа дням

Годдард Роберт

Открыв глаза, он осмотрел стекло за стеклом, прощаясь с ними, пока они все еще на своих местах. Глупо верить, что он доживет до восстановления витража. Хотя надежды терять нельзя — надежды светлой и хрупкой, как эти стекла. Потом Боден в который раз задумался о странной загадке витража, изумрудно-зеленых, с золотом, буквах, по одной на каждом стекле. Что же они значат? Неужели это и впрямь какое-то послание? Буквы греческие, значит, надпись на языке, которого здесь не знает никто. Люди верили, что буквы

эти обозначают что-то неслыханное и необычайно важное, но даже если и так, для человека его времени и знаний прочесть их не представлялось возможным. Боден слышал о предположении викария, что буквы и картины вместе составляют некий ребус — загадку, которую пока никто не смог разрешить. Викарий, несомненно, близок к истине, а вот насколько, возможно, навсегда останется тайной. В любом случае отгадка найдется, только если они спасут чудесный витраж. И Боден твердо решил сделать все, что в его силах.

Заскрипела дверь, возвратив Бодена к делам насущным. Он отступил в неф, а дверь тем временем приоткрылась ровно настолько, чтобы могильщик смог протиснуться в нее боком. Глаза их встретились.

— Metten daa tha whye [39] .

Могильщик, даже если он был так стар, как уверял, и участвовал в сражениях с Испанской армадой, все-таки не мог жить в те времена, когда корнуэльский язык был распространен здесь повсеместно. Он поздоровался на нем лишь для того, чтобы подчеркнуть важность и секретность встречи. В правой руке могильщик держал кожаную суму с инструментами. Он затворил за собой дверь.

39

Доброго вам утра (корнуэл.).

— Доброго вам утра, мастер Дэйви, — поздоровался и Боден.

Могильщик прошел мимо него, опустил мешок на пол, посмотрел на витраж Суда и склонил голову.

— Agon Taze пуе, eze en Neve, — пробормотал он. — Benegas bo tha Hanow.

Боден узнал слова молитвы «Отче наш» на корнуэльском и тоже склонил голову.

Помолившись, Дэйви достал из стоявшего тут же шкафа лестницу и прислонил ее к стене возле окна. Потом повернулся и торжественно посмотрел на Бодена.

Джон Дэйви был скрытным человеком. Они с Боденом принадлежали к разным поколениям и мыслили совершенно по-разному. Дэйви так редко высказывал свои взгляды, что начинало казаться, будто у него их и вовсе нет. Но Боден-то знал, что это не так. Когда тревога за витражи стала слишком сильной, он в полной мере оценил могильщика. С ним трудно было разговаривать, но

на него можно было положиться. Если Дэйви во что-то верил, он верил в это до конца. Если решил что-то сделать, делал, несмотря ни на что. Боден твердо знал: лучшего помощника в том, что он задумал, не найти. И более подходящего тоже — человек, который всю жизнь хоронил своих братьев, сможет схоронить и витраж Суда.

— Вы связались с Мэндреллом? — осведомился Дэйви, переходя на английский.

— Да, — ответил Боден. — Он поскачет навстречу и встретит нас на дороге.

— Вы ему доверяете?

— Я доверил бы ему даже собственную жизнь.

— Именно это вы и делаете.

— Знаю.

— И мою заодно.

— Знаю и это.

— А выхода другого нет.

— Нет.

— Тогда начнем?

— Да. — Боден посмотрел на прекрасный витраж. — Начнем.

Примечание автора

В романе описываются реально существующие места и приводится их настоящая история. Зачем в 1233 году Ричард Корнуоллский решил выстроить бесполезный в военном значении замок Тинтагель, остается загадкой и по сей день. Точно так же историки не могут объяснить отсутствие витража с изображением Страшного суда в церкви Сент-Неот. Теодор Палеолог действительно был похоронен в церкви Ландульфа в 1636 году, но его происхождение от императоров Византии, несмотря на мемориальную табличку, до сих пор не доказано. Специалисты по генеалогии проследили историю потомков Теодора до его правнучки, Годскалл, рожденной в Степни в 1693 году, но не далее…

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.