Несносная Херктерент
Шрифт:
Кажется, решили посоревноваться — сплавать до островка и обратно. Марина нет-нет, да одним глазом посматривает. Чувства двойственные — с одной стороны прекрасно знает, если среди учеников не замаскировался чемпион страны по плаванию — то победит Софи, с другой — лучше бы чемпион обнаружился, а то больно уж надоело на сияющую от бесконечных побед физиономию сестренки любоваться.
Результат заплыва оказался предсказуемым. Марина хотела вернуться к чтению, но передумала. На берегу появилась Ленн. Увидела Марину. Лицо одеревенело. Мимо прошла, словно там пустое место.
Большинство
— Не понимаю, моя дорогая, — с искусно поставленным так называемым аристократическим акцентом говорит, — как можно при столь сиятельном происхождении снисходить до общения с подобными личностями.
Окружавшие Софи попятились. Ленн не Хейс, первую боятся, вторую — уважают. Нету у Хейс болезненного самомнения и самолюбия Ленн. Нет и доведенного чуть ли не до патологии желания возвышаться самой, унижая других. Ленн обожает ставить простолюдинов на место. Наказания всегда накладывает в зависимости от происхождения провинившихся. Софи даже за самое масштабное безобразие от Ленн ничего не будет. А вот прочим участникам…
Софи шагнула вперед. Подбородок задран, спина прямая, в глазах огонь. Только Марина догадалась, что сестра в крайней степени бешенства. Хотя отсюда не видно, но Марина уверена — сестра сейчас бледна как смерть. Попасть под гнев Черного Еггта! Хе-хе, сестрёнку в гневе даже Марина побаивается. Немного. Чёрный Еггт в бешенстве! Оказаться на пути катящейся лавины, и то безопаснее.
— Моя дорогая благородная госпожа, видите ли, высота моего происхождения позволяет судить о людях не с точки зрения глупца, забравшегося на высокую гору. Глядя с вершины, тебе все кажутся маленькими, но другим кажешься маленьким ты сам.
Ленн даже рот разинула, мучительно подбирая слова для ответа. Вокруг стали посмеиваться. Сначала тихо, потом, сообразив, что Ленн сейчас не до них, всё громче.
Софи демонстративно протягивает руку долговязому парню, приплывшему вторым. Рукопожатие.
— Я выбираю друзей не по длине титулов! Но и подлостей тоже не прощу, и на титул не посмотрю!
Кажется, Софи оттрепала Ленн гораздо лучше, чем Сордар.
Ленн поворачивается. Посреди дорожки, уперев руки в бока и ухмыляясь до ушей, стоит Марина.
Далеко не всем присутствующим известно, что такое парабола. Но именно по этой фигуре Ленн и свита обходили Марину. Хохот им вослед не смолкал ещё долго.
Весть, что среди вновь поступивших несколько представительниц Древних Великих Домов, распространялась под строгим секретом, так что вскоре стала известна всей школе. Старшую дочь императора и дочь соправителя вычислили быстро, тем более, что девочки из аристократических семей откровенно кичаться знакомством с Софи и демонстративно игнорируют Эриду.
Софи помалкивает, что драчливая Марина Херктерент — её родная сестра. Марина тоже о родстве с Софи не распространяется.
Высоченная ученица выпускного класса, кареглазая красавица Хейс. Прозвище — "Страх-и-Ужас" — дано кем-то из учениц, завидующих её уму и красоте, или же одной из аристократок, презирающих её за абсолютно
Школьные шутники и безобразники боятся её, как огня. Она увлекается астрономией, так что ночь — далеко не лучшее время для проказ, а если учесть, что она и днём, словно по волшебству, появляется там, где что-то замышляется… При этом, ябед и доносчиков, она не выносит. С предпоследнего класса ясно, что значок лучшего выпускника будет красоваться на её груди. И на выпускном балу в первой паре будет она. Скорее всего, пару ей составит Ярн. Она с ним не больно-то то и дружит, но и не враждует, как, впрочем, и со всеми. За одним исключением — Ленн и её подруги. Хотя эта нелюбовь взаимна.
Директор достаточно умен, чтобы не ссориться с учениками, чьи родители достаточно влиятельны, как и с учениками вроде Хейс, которой блестящее будущее пророчат все, кому не лень.
— Вызывали, директор?
— Да, Хейс. Вам известно, что среди вновь поступивших три ученицы принадлежат к самым высшим слоям общества?
— Великолепно известно. Равно, как мне известно, и то, что глава совета попечителей неоднократно подчеркивал, что на взаимоотношения между учениками не должно влиять происхождение или должности их родителей.
— Однако вам следует знать их имена, сами знаете, дети высокопоставленных родителей учатся не под своими настоящими фамилиями — директор хитро усмехнулся — или же вы попытаетесь назвать их сами. О вашей проницательности уже ходят легенды.
— Попробую. Очевидно, вы имеете в виду Софи Херктерент.
— Верно. Как догадались?
— Хотя девочек с именем Софи в этом году в школу поступило семнадцать человек, я сразу поняла, что принцесса — Софи Херктерент. Её умение держаться, серьёзность и даже некоторая строгость, плюс блестящие знания и поступление на гуманитарное отделение. — Хейс усмехнулась — К тому же, я её банально узнала — она не слишком изменилась с прошлогоднего визита Его Величества к мирренам.
— Верно. Дальше.
— Эрида Эроин. Столь неприспособленным к реальной жизни может быть только человек, выросший в абсолютно тепличных условиях, окружённый всеобщей любовью и заботой. Не скажу, что ей здесь будет легко, но она достаточно сильная личность, так что справится.
— Ну, а третья?
— Тут имеются некоторые затруднения. Скажите, имеются ли среди поступивших бастарды Великих Домов?
— Тех, чей статус подтверждён, нет.
— Тогда, не знаю — прищуривается, стараясь что-то вспомнить. Говорит словно сама с собой. — Может быть… Марина Херктерент… Хотя нет, она вряд ли…
— Сдаётесь?
— Да.
— Как раз Марина Херктерент!
Хейс славится невозмутимостью. Ничем не показала сильного удивления.
— Подозревала, что среди её предков были аристократы, может, даже Еггты — внешность уж больно характерная… Я её приняла за бастарда Великого Дома. А уж если вспомнить её эффективное появление… То, наверное, понятно, чьей дочерью она мне показалась сначала.
— Адмирал — её единокровный брат. Сама она — Их Высочество Марина-Дина. Родная сестра Их Высочества Софи-Елизаветы.