Нерушимый 9

Ратманов Денис

Удивил Андриус Шемберас — сын небезызвестного литовского центрального защитника Дейвидаса Шембераса. В той реальности Андриуса или вовсе не было, или я о нем ничего не знал.

И еще семнадцать человек, с которыми мы пересекались как противники на футбольном поле, двое — вовсе из Первой лиги.

В общем, всем нам предстоят три очень напряженные недели, когда практика выявит лучших, они и будут защищать честь Союза на чемпионате мира по футболу. Что я поеду в США, это 100%. Остается вопрос, как игрок поеду или в качестве довеска, который будет пробуждать одаренных? Постараюсь

в очередной раз показать, что я — лучший.

После перекуса я снова задремал. Мне снилось, что во время игры меня понесло, как уже бывало, когда я не мог контролировать потоки энергии. Противник прессует, а у меня полная раскоординация и паника…

Проснулся я от знакомого:

— Далеко, далеко у штрафной пасется Ко… Правильно — Кококрин!

Микроб встрепенулся, сориентировался и сымпровизировал:

— Если в поле Александр, всем буржуям горе!

Донеслись аплодисменты. Карпин, сидящий в первом ряду справа, встал и оглянулся.

— Это кто у нас такой поэт?

— Хотеев! — сдал Микроба Сэм. — Это он гимн «Титана» сочинил!

Карпин захлопал, его поддержали.

— Надеюсь, на поле он проявит себя так же достойно! — сказал Карпин и сел в кресло.

Я глянул в иллюминатор и замер от восхищения. Серая дымка рассеялась, и внизу простирались горы с белоснежными пиками, на востоке блестело далекое море. Вот теперь хорошо! Теперь — то, что надо для мемуаров. А вот и прекрасная София. Мне хотелось верить, что здесь этот город не пришел в запустение.

В прошлой жизни я писал серию статей о современной Болгарии, год это был 2012, а тема — Болгария. Блеск и нищета'. Современные отели олл инклюзив, сияющее море, пальмы, пляжи. Но если отъехать на несколько километров от моря — убитые дороги, разрушенные заводы, брошенные дома с покосившимися калитками, гужевые повозки на трассах…

Одна статья была посвящена Сопоту. Память как сейчас воспроизвела фотографии: центральная площадь с советской квадратной плиткой, поднятой корнями деревьев, убогий отель напротив памятнику Вазову. Канатная дорога, которую «держат» чеченцы, и они же «держат» весь городок. Разрушенные мини-гостиницы, пересохшие бассейны, то ли аквапарк, то ли парк развлечений со ржавыми горками и изъеденным трещинами бетонным спрутом.

Население того Сопота — двенадцать тысяч человек. В городе, куда мы едем — под сотню тысяч. После присоединения Болгарии к СССР было решено вернуть городу былую славу и сделать его туристической меккой. Был построен огромный спортивный центр с футбольными полями, баскетбольными площадками, бассейнами, ипподромом, ледовым дворцом и многим другим.

А также гигантский реабилитационный центр, оснащенный новейшим оборудованием.

Здесь проводились всесоюзные соревнования по парапланеризму. Имелись трекинговые маршруты, развивался конный спорт, и в горах построили турбазу для любителей горных лыж.

Это все я узнал из Комсети, там же были фото болгарских глубинок до и после присоединения страны к СССР. Но хотелось увидеть все своими глазами.

Самолет накренился и пошел на посадку, мы пристегнулись, а я жадно уставился на приближающиеся дома, на взлетки с неподвижными самолетами,

растущими на глазах. Наш самолет выровнялся, и обзор уменьшился.

Интересно, есть ли среди футболистов кто-то, боящийся летать? На выходе он выдаст себя зеленоватым цветом лица.

Наш автобус подъехал прямо к самолету — огромный, двухэтажный, потому что с нами были медики, менеджеры, охрана и еще много сотрудников, в обязанности которых я не вникал.

Аэропорт находился на восточной окраине Софии, и далее мы двигались в сторону Бургаса и моря, в столицу не заезжая.

Мы с Микробом сидели на втором этаже, я — у окна, смотрел на ухоженные частные дома, долины, горы, зеленые поля. За три года в этой реальности глаз привык к отечественным машинам, и встречные старенькие иномарки, которые завелись у болгар до 2014 года, казались посланницами из той реальности.

Вскоре пассажирам надоело пялиться в окно, и они продолжили исподтишка рассматривать друг друга. И отнюдь не любопытство было во взглядах — надежда, ревность, злость. Особенно ревностно оценивали друг друга конкуренты за позицию на поле.

Снег виднелся только на горных вершинах, а температура была вполне играбельной, + 8 градусов, и обещали потепление. Но погода нам не страшна, у нас крытый стадион, причем мы будем менять локации, ездить тренироваться то в Бургас, то в Софию.

Первый наш товарняк пройдет сразу после сборов — предположительно 4 марта в Милане, на стадионе Сан-Сиро. Зарубимся с итальянцами, обкатаем основной состав, прикоснемся к демократическим ценностям, я посею доброе и вечное. Значит, меня попытаются засунуть в места скопления народа.

За окном проплыл какой-то новенький заводик.

— АвтоВАЗ! — аж подпрыгнул на сиденье Микроб.

Я улыбнулся. Смотришь, как развивается страна — и радостно на душе. Приятно наблюдать, когда что-то строится, и больно — если приходит в запустение. Потому нам с Риной нравилось приезжать на стройку и смотреть, как растет стадион.

Рина… я винил себя за то, что она мечтала съездить в Сопот полетать, а теперь отказалась от параплана, и мой подарок пылился на балконе. Еще в прошлой жизни слышал, что у многих женщин с появлением ребенка пропадает тяга к экстремальным видам спорта и даже развиваются фобии, например, страх высоты. Так природа заботится о том, чтобы ребенок не осиротел.

— Хорошо тут у них! — сказал Сэм, повернувшись. — Красиво!

Неизбалованный поездками, он вел себя, как большой ребенок, удивляющийся горам, теплу, юккам, высаженным вдоль заборов.

Начало смеркаться, и светящийся Сопот мы увидели издалека. Он располагался в амфитеатром — от более высоких домов — к классическим для этого региона двухэтажным под черепичными крышами — в долине, живописность которой мы не могли оценить из-за сумерек. Высоток тут не было, максимум пятиэтажные многоквартирные дома на периферии, строились они в одно время, в 2015 — 16 годах, в едином стиле, и охватывали старый город кольцом. Здесь же возвышались спорткомплексы, светящиеся, как космические корабли. Пока ехали, нам встретились три группы велосипедистов в сопровождении дежурной машины с оранжевыми мигалками.