Нерушимые узы

Бри Джей

Грифон кладёт свою большую ладонь мне на затылок, нежно притягивает к себе и громко целует в лоб, бормоча:

— Я позабочусь о том, чтобы он это узнал, Привязанная. Не беспокойся об этом. Я позабочусь, чтобы они все узнали.

Киеран снова появляется в комнате с Сойером в охапке, резко выговаривая ему, как только ноги того касаются пола:

— Тебе действительно стоит перестать вести себя как чёртов трус!

Сойер неуязвим для чьих-либо упрёков — это просто отскакивает от него, как от стенки.

—

Я никому не буду полезен, если умру, придурок! Установить удалённую рабочую закладку не так уж сложно! Мне понадобилось бы три минуты, чтобы разобраться, и тогда мне не пришлось бы сюда тащиться! Я же говорил вам, что Пустоши были в последний раз, когда я это делал. Я не создан для кемпинга.

Я с ехидной улыбкой обвожу рукой комнату:

— Никто здесь не на кемпинге. К тому же, если бы пришлось, мы могли бы просто переночевать в одной из комнат наверху. Это место — практически чёртов замок. Тебе бы не пришлось выживать в диких условиях.

Атлас резко обрывает нас обоих:

— Никто здесь не будет спать. Мы возвращаемся домой.

Вся радость и игривость тут же испаряются, но прежде чем я успеваю погрузиться в мысли о том, что перешла границы, Нокс выкрикивает:

— Блэк, начинай транспортировать это в офисы Норта. Запирай их в сейф по мере доставки. Нет, не эту стопку. Смотри внимательнее, они явно разложены по стопкам! Бери их по порядку, начиная с этой. Вот этой, Блэк! Докажи мне, что у тебя здесь есть работающий мозг.

Атлас тихо смеётся, и я подавляю улыбку, которая пытается появиться на моих губах. Сойер, как всегда, разражается смехом, устраиваясь перед компьютером.

Нокс всё больше погружается в работу, и Грифон напоследок сжимает мою руку, прежде чем идёт на помощь Киерану. Он резко приказывает Ноксу успокоиться, затем зовёт Атласа и Гейба помочь тоже. Каждый из них поднимает столько коробок, сколько может унести, сохраняя их в том порядке, в котором нужно Ноксу, пока Киеран транспортирует всех троих за один раз.

Мне кажется, что я должна помочь, но когда я предлагаю, Норт качает головой и жестом подзывает меня встать рядом с ним. Втайне я благодарна. Если бы Нокс накричал на меня так же, как на остальных, мы бы либо устроили истерику с криками и язвительными выпадами… либо я бы расплакалась.

Хотя я склоняюсь к ярости.

Меня почти удивляет, что Дар Грифона удерживает пленников под нашим контролем, даже когда он транспортируется в дом и из него, но слова Прорицателя всё ещё звучат у меня в голове: «Нет ничего, чего мы не могли бы сделать теперь, когда мы все связаны Узами. Вместе мы непобедимы».

Может, боги правы. Может, мы все выживем.

Тени Норта густят в комнате, помогая теням Нокса с наблюдением, пока его младший брат полностью сосредоточен на грудах информации. Я останавливаюсь позади Сойера у компьютера,

и замечаю, что Август сидит у моих ног.

Сойер с головы до ног в тактическом снаряжении — стандартная процедура для выхода на задание, — но мне всё равно приходится сдерживать ухмылку, которая грозит расползтись по лицу при виде него. Раньше он играл в футбол, так что он не из мелких, но я столько месяцев видела его в спортивных штанах перед компьютером, что забыла, что он способен на такое. Мне всё ещё жаль Аро, когда его острый язычок снова начинает болтать:

— Вам, ребята, нужно отправить Бэссинджер к чёртовому психотерапевту, потому что это лишь верхушка айсберга пропаганды Сопротивления, и это психоз. У парня точно где-то в голове прячутся демоны.

Я хмурюсь на него, но Норт хлопает его по затылку прежде, чем я успеваю вступиться за своего Привязанного:

— Меньше переживай о том, что творится в моей Группе Привязанных, и больше думай о том, как побыстрее переправить всё это в Убежище. Уверен, эти трое — не единственные, кто хочет получить доступ ко всему этому.

Сойер трёт ушибленное место и бурчит себе под нос:

— Уже передаётся. Знаешь, ты мог бы быть чуть повежливее со мной. Я планировал провести день со своими Связанными, а не разгребать всё это дерьмо.

Я подхожу к нему и дружески толкаю бедром в плечо — правда, чуть сильнее из-за его выпадов в сторону моей Группы Привязанных:

— Ты планировал провести день, сидя в гостиной в трусах и играя в видеоигры. Не ври. Час продуктивной работы тебя не убьёт.

Он драматично ахает, прижимая руку к груди, хотя глаза по-прежнему приклеены к экрану компьютера:

— Постучи по дереву, Фэллоуз, не надо меня сейчас проклинать. Я на вес золота, знаешь ли. Остальные едва умеют открывать ноутбук, чёрт возьми.

Я знаю чуть больше, да и Норт с Ноксом отлично разбираются в технике, но пропускаю это мимо ушей, приседаю на корточки, чтобы почесать Августа за ушами и немного его приласкать. Он прижимается головой к моему плечу, вывалив язык, наслаждаясь моими поглаживаниями. Когда Сойер издаёт звук отвращения от моей нежности, я усиливаю ласки ещё больше.

— Сейдж сказала, что видела, как эта тварь съела сотню человек в Пустошах, а ты сидишь тут и воркуешь с ней? Это чертовски жутко, Фэллоуз. Честно. Сбавь обороты немного.

Я качаю головой и обращаюсь к Августу, будто Сойер ничего не говорил:

— Может, выпустим остальных? Поиграем немного со змеёй, пусть она тоже проверит комнату? Давно уже не было такого.

— Дрейвен, если ты выпустишь змею для неё, клянусь жизнью своей Связанной, я выскочу из этой комнаты так быстро, что никто из вас даже не поймёт, в каком направлении я умчался, — панически восклицает Сойер, и дрожь в его голосе заставляет меня хохотать, как ведьму.