Нерукотворный
Шрифт:
Аура молодой госпожи, пропитанная её ужасным настроением и беспокойством, распространялась всюду. Потому небо над Обителью Веры затянуло серыми облаками, и сверху на города и деревни повалил снег. Огромными хлопьями он падал вниз, опускаясь на крыши домов и заметая дороги.
Люди ещё не знали, что случилось. Они не думали, что виновата Целандайн, которая утратила контроль над собой, и её аура обрушила на ни в чём неповинный народ непогоду. Все наивно полагали, будто это гневается зима – недаром ведь такие морозы ударили, аж деревья трещат.
***
Тем
Несколько таких оголодавших свирепых чудовищ ищейки успели повстречать, ещё даже не дойдя до безымянной деревни, и благополучно дали отпор.
Среди воцарившейся разрухи и абсолютной тишины стоял Майрон. Он крепко сжимал в сильной руке рукоять окровавленного меча, глядя на павшего врага: под ногами его лежала ещё подёргивающаяся в предсмертных конвульсиях умбра. Широко распахнув зубастую пасть, она оглушительно визжала. Кривые уродливые конечности из последних сил тянулись в сторону убийцы, желая причинить боль, но жизнь стремительно покидала омерзительное тело. Майрон смотрел в белёсые глаза существа, игнорируя его страдания и визг. Он беспощадно расправился с монстром, лишь раз взмахнув своим мечом и разрубив его пополам, и теперь ждал, когда премерзкая тварь испустит дух.
Второй ищейка стоял чуть поодаль, нахмурившись и закрыв уши, не в силах слушать режущий слух вопль умирающего создания. Это было вовсе не сочувствие, ведь умбры не разумны, и жалеть их никто не стал бы. В нём говорило отвращение.
Майрон вздохнул. Он чувствовал давящую усталость, потому что нормально не спал уже несколько дней. Белоснежные длинные волосы падали на лицо и подскакивали от каждого выдоха. В голубых глазах читалась отрешённость.
– И здесь его не оказалось, – сделал вывод он.
– Куда направимся теперь? – спросил Улисс, второй ищейка
Майрон взглянул на товарища.
– Вперёд. Пока не доберёмся до границы Обители Веры. За её пределами поиски ведёт ищейка Азариаса.
Улисс – темноволосый высокий рукотворный – положил руку на рукоять своего меча, что покоился в ножнах, задумавшись.
– Что-то мне подсказывает, что Солнца нет нигде, – подняв взгляд зелёных глаз к затянутому облаками небу, сказал он. – Хм. И даже над головой его не видно.
– Я согласен с тобой. В противном случае мы уже давно обнаружили бы его местонахождение. Или хотя бы тело.
Ищейки – это специально подготовленные люди, обученные не только мастерству сражений, но и способные отыскать что-либо или кого-либо в любой точке Ферасса. Ими становились не все. Каждого строго отбирали после нескольких лет подготовки, так как работа их всегда подразумевала опасность и высокую сложность. Можно с уверенностью считать ищеек элитными воинами. Из шестидесяти учеников, ежегодно
Майрон родился в скромной семье двадцать шесть лет назад. Улисс же происходил из дворянского рода. Поначалу мальчишки должны были стать простыми солдатами, служащими в Сияющем Дворце, но по прошествии многих лет главнокомандующий рассмотрел в них иной потенциал.
Вспоминая о нём, Майрон испытывал тоску. Раппа – человек, обучивший их всему, слишком рано ушёл из жизни. Это была его личная утрата. Раппа относился к Майрону даже лучше, чем родной отец, и потому оставил после своей преждевременной кончины ноющую рану, что никак не заживёт и не успокоится.
Солдат в двух обителях воспитывали одинаково: обучали владению мечом и выживанию, а также владению аурой.
Аура есть у каждого человека, будто ещё один невидимый орган. Тренируют её при помощи долгих практик, заключающихся в умении концентрироваться на собственных ощущениях. Подпитывая ауру жизненной энергией, уровень которой у всех смертных разный, можно использовать её, как оружие, усиливая мощь собственного тела.
Жизненная энергия у бессмертных или нерукотворных, к примеру, находится на ином уровне, чем у смертных, и потому сила их ауры не сравнится с силой ауры рукотворных.
Теоретически рукотворные способны развить уровень мастерства владения аурой настолько, что сравнить их с высшими господами было бы не стыдно, но таких пока что не было в обителях за прошедшие тысячелетия ни разу. Ещё никому не удавалось возвести свои силы в абсолют настолько, чтобы обрести бессмертие.
Тренировать ауру и обучаться ведению боя при помощи неё предложила Госпожа Мудрость. Её влияние распространилось на многие дисциплины, в том числе и на искусство сражений. Это было необходимо людям, чтобы противостоять общему врагу – чудовищам, которым нет конца. Терроризируя народ и унося несколько сотен жизней ежегодно, умбры наносили серьёзный урон человечеству. Защищаться от них и истреблять смертные научились не сразу, но всё-таки спустя столетия освоили учения, что даровала им Климин, и количество погибших в следствие нападения монстров заметно уменьшилось. Обычно воины ходили на охоту или шли туда, где в последний раз замечали появление умбры, выслеживая и убивая её – это была привычная действительность в Ферассе.
Но такие как Майрон и Улисс отличались от простых солдат способностью использовать ауру. Этому мастерству обучают отдельно, и постичь его дано не каждому: концентрация на собственных ощущениях должна быть непоколебимой и точной. Они оба умели отстраняться от целого мира и погружаться вглубь своих чувств, отвергая мешающие страсти и желания. Потому долгие дни ищейки могли обходиться без еды и воды, прерываясь лишь на непродолжительный сон. Несомненно, это рано или поздно выматывало, и еда становилась необходимостью.