Нерсиаль
Шрифт:
Не смотря на откровенно ужасное состояние, я позволил себе улыбнуться. Получилось! Я выполнил супер-мега-атаку и зарубил босса! Осталось только придумать название новому монстру и приёму, но это мелочи, ведь это по сути первая победа над мир…
— Хлоп-хлоп-хлоп-хлоп! — послышались активные овации в паре метров справа. Со стороны зала… Я вроде приземлился аккурат неподалёку от наших с Лими мест… — Браво, маэстро Кей! Прекрасное представление! Хлоп-хлоп-хлоп!
Устало повернув голову, я увидел мохнатика и Лимерис, радостно аплодирующих. Вот где ты был, мелкий предатель.
— Лимерис?! —
— Можешь не прикрываться, я уже всё в деталях рассм…
— Лаисрен!
Первое, что я почувствовал, вернувшись в уютное кресло кинозала с тусклым освещением, так это тяжесть. Мышцы будто свинцом налили и дали ему затвердеть. Да и голова слегка потрескивала. Такого в прошлые разы не случалось, но тогда я и не в состоянии переполненной до краёв губки был!
— М-м-м… — принялся я разминать затёкшие конечности. — Может, просветишь меня? Какого…
— Позже, — абсолютно серьёзным тоном, не терпящим препирательств, оборвала меня Лимерис. Обычно она так не говорит. Наверное, именно это убедило меня не продолжать дальнейших расспросов. А их хватило бы на список.
«Она знает!»
Не хотелось признавать, но в вихре пересекающихся эмоций выделялось облегчение. Как будто рассказал потаённый секрет, тяготивший годами. Не знаю, за что она примет шумны выдох чистого свободного воздуха из охлаждённых лёгких, да и не важно. Куда интересней вернуться к критическому мышлению, и как только люди без него живут…
Во-первых, Лими выглядела нормально. И она была одета в аналог того же платья, что и в материальном мире. А я… Где вообще в этом мире можно найти, омальзат её побери, одежду?!
Во-вторых, она смотрела несколько десятков минут к ряду, как я голышом бегал и рубил местную фауну.
В-третьих, она знает явно больше моего, и тогда, в переулке… я не ослышался! Девушка позвала меня сюда, потому что знала об этой твари? Как они связаны?
Экран оккупировали финальные титры, а народ зашевелился. Долго же я провозился, если так можно назвать схватку за жизнь.
Еле передвигая ноги, поплёлся прочь из злополучного кинозала вслед за Лими. Решив, что девушка сама всё объяснит, я сосредоточился на передвижении, стараясь не запнуться и не распластаться на полу, в таком случае встать будет непросто.
Преодолев одно из главных творений дьявола для измотанных людей — лестницу, мы поднялись на смотровую площадку, размещённую на крыше кинотеатра. Парочка простеньких столиков, вычурные перила с панно в виде сердечек, ну и, конечно, прекрасный вид на вечерний город.
Родной град в лучах заходящего солнца, заставляющих сверкать оранжевым пламенем десятки небоскрёбов, сотни высоток и видимое даже через весь населённый пункт колесо обозрения. Да, Таирс — небольшой город, но со своими особенностями, например, всем жителям плевать, что настоящие небоскрёбы куда выше. Они всё равно будут называть свои высотки именно так.
Лёгкий ветерок нежно ласкал кожу лица, играясь с непослушными прядями волос, так и норовящими добраться до глаз, заставляя искать угол, под которым стихия не будет досаждать. И я при этом продолжу наблюдать,
Живописная картина сама собой пробуждала воспоминания о том дне, с которого всё началось…
Глава 8. Последнее Свидание
Руки застенчиво мяли букет полевых цветов, которые мальчик собирал с самого утра. Он старательно отбирал только самые крупные и яркие. Боясь спугнуть собственную решимость, тринадцатилетний романтик дышал всё тише, неспешно подходя к ограде, за которой благоухал зелёный сад, пестря палитрой свежих красок. Там, на деревянной лавочке, среди распускающихся цветов, сидела девочка его возраста. К бархатному тёмному платьецу она прижимала маленького белого котика, осторожно поглаживая короткую шёрстку. Мальчик наблюдал за ней сквозь прутья изгороди, то и дело закусывая нижнюю губу. Опомнившись, он спрятал сюрприз за спину и, глупо улыбнувшись, уже было открыл рот, чтобы позвать знакомую, но судьба определилась иначе…
— Марк, смотри какого котёнка я нашла! Он такой милашка!
— Хех, и правда, но я знаю, что ты куда… ну-у…
Взгляд сверкающих лазурью глаз на полотне сотканных точно из лучей восходящего солнца волос влюблённо встретился с мягкой улыбкой девушки. Он тоже прятал сюрприз. Мальчик, подойдя ближе, достал из-за пазухи венок, сплетённый с томной улыбкой и знанием дела. Под радостный взор своей обольстительницы он одел его на объятую, будто бы ночным небом, макушку. И, притянув к себе, неумело обнял и поцеловал девочку.
Руки застенчиво мяли букет полевых цветов, которые мальчик собирал с самого утра…
Другой на его месте мог бы вспылить и в ярости избить железную изгородь. Следующий броситься на соперника. Некоторый — заплакать или зарыться в себя и, включив по громче музыку в старых наушниках, забыться в блаженном неведении. Кто-то бы не сдался. Кто-то нашёл бы кого-нибудь ещё. Кому-то пришлось бы всю жизнь провести с комплексами и неуверенностью.
Но этот мальчик был не такой. Да, в тот момент его по началу накрыла буря смешанных эмоций, но вскоре та утихла, оставив ясность. Тогда он понял, что всё не имеет смысла…
***
И этот мальчик я.
Минуло не мало лет, а то с чего всё началось, до сих пор хранилось в памяти, изредка всплывая на поверхность, как бы напоминая о той лёгкой истине, разрушающей изнутри любую надежду.
Лимерис дала повод мысленно вернуться к тому дню и показало, что многое изменилось. Вот какого чувствовать что-то по-настоящему. Когда всё твоё внимание поглощается чем-то несомненно важным. Линия жизни спешила поделится на «до» и «после» Нерсиаля. Может, это и есть тот самый ответ? Боюсь, всё не так просто, как хотелось бы. Или я излишне усложняю, и меч — это просто привязавшийся ко мне артефакт, мохнатик — обычный дух, а я — обычный идиот, возомнившей, что в этом есть какая-то сокровенная тайна.