Шрифт:
ГЛАВА 1.
"При варке варенья из плодов с недостаточной кислотностью, например, из груш, айвы, полезно добавлять 1,5 г (1/4 чайной ложки) лимонной или виннокаменной кислоты на 1 кг сахара. "
Советы тетушки Роксы.
Бутерброды выглядели устрашающе: косо и толсто нарезанный хлеб, рваные, будто перепиленные куски мяса. Остальной натюрморт был несколько приятнее: подтаявшее сливочное масло и сыр , будто побывавший в когтях у тигра. Особо порадовал джем, он аккуратненькой горкой лежал в своём блюдце
Я понуро ковыряла носком туфли прикроватный коврик, а дядя безмолвно разглядывал моё творение. Безмолвно, потому что при женщинах он не выражается, а цензурных слов у него не было, чтобы описать бурю чувств при завтраке, который принесла ему его племянница, я то бишь.
Завтрак был тренировочный, дядя планировал дать мне работу в своём трактире.
После смерти родителей, в мои 17 лет, он забрал меня из дома, который ушёл за долги отца и год работал жилеткой, нянькой и другом. Он и его жена Рокса.
После того, как я перестала кричать по ночам и шарахаться от людей - дядя решил, что меня нужно пристраивать к делу. По его мнению, приличная девушка может зарабатывать трудом своих рук или выйти замуж. С женихами у меня была большая напряжёнка, я хоть и аристократка, да лишена титула за деяния отца, а мать и вовсе была из среднего класса. Дядя Наид - это её брат.
На выбор мне было предложено стать вышивальщицей, швеей, гувернанткой или няней. Ни один из этих талантов у себя я не обнаружила и попросилась к дяде в трактир - поваром и подавальщицей. Дядя проскрежетал зубами, но против моего выбора не пошёл. Детей у них с Роксой не было и меня они полюбили всей душой.
И вот, дядя Наид принёс себя в жертву и дал задание кормить его завтраками. Сегодня был уже юбилейный пятый завтрак, а улучшений не видно.
Дядя вздохнул:
– Почему ты не берёшь уроки у Роксы?
– Не хочу причинять ей беспокойство, она и так встаёт очень рано. Вы скажите, что не так, я переделаю.
– Фая, дорогая моя, может это не твоё? Может, как я предлагал, пойдёшь учиться на швею? В тепле, сытости и безопасности. Я оплачу тебе обучение… - дядя встал с кровати, чтобы имитировать постояльца, он укладывался в постель каждое утро, хотя вставал вместе с женой - ещё затемно, поставить свежее тесто на умопомрачительные булочки с корицей к завтраку посетителей.
– Я ничего не умею, вы же знаете, дайте мне иголку в руки и я выколю себе глаз, - от дядиного неодобрения настроение враз испортилось.
– Я поговорю с Роксой, она найдёт время поучить тебя готовить. В зале особого умения не надо, бери, да подавай, так что иди вниз, посетители уже ждут.
Колыхнув тучным животом, дядя ловко обогнул меня и подождал в коридоре, пока я заберу поднос с едой и выйду вслед за ним.
Работать он предпочитал в кабинете, небольшой комнатушке на втором этаже трактира. Само здание было трехэтажным. Весь третий этаж принадлежал нашей семье и моя комната была там не самая тесная. На втором и первом этажах жили постояльцы, на первом этаже так же можно было перекусить или полноценно покушать, слава о стряпне тетушки Роксы выходила далеко за пределы нашего квартала, так что у нас питались не только наши гости. Тем более, что совсем рядом располагалась
Несмотря на раннее утро, трое студентов Академии уже сидели в зале. Я выглянула из кухни и постаралась незаметно осмотреться. Не то, чтобы мне было от кого скрываться, но свой интерес к клиентам прилюдно демонстрировать не хотелось.
Этих молодых людей я уже видела раньше у нас, вчера они бурно отмечали чей-то день рождения. Правда их было больше, видимо, не все они пережили наступление утра.
Выглядели они довольно помято, но респектабельно. Самый высокий и худой одет в рубашку болотного цвета, жилетку и чёрные штаны. Его длинные белокурые волосы были собраны в хвост.
Рядом с ним сидел парень с задорным выражением, которое иногда сменялось мукой, явно похмельного происхождения. Его русые вьющиеся волосы взлохмачено торчали и отказывались лежать, хотя парень часто приглаживал их, видно нервничая. Третий приятель сидел напротив них, лицом ко входу и спиной ко мне, но я знала как он выглядит, по прошлым его посещениям: шатен, плотного телосложения, более подходящего бойцу, а не магу, пронзительные синие глаза и нос с горбинкой.
Все трое были студентами шестого курса Академии и это все, что я о них знала. Несмотря на буйные вечера в трактире, о себе они не распространялись.
Я поправила узел на голове, стряхнула воображаемую пыль с белоснежного передника и с блокнотом и карандашом вышла в зал. Кроме этих трёх ранних пташек, более никого не было.
При моем приближении, "пташки" заинтересованно уставились на меня.
– Доброе утро, господа. Что вам угодно?
– шатен перевёл взгляд с меня на "хвостатого". Зуб даю, эти двое что-то безмолвно решили.
– Нам по кружке кваса и овощной салат на каждого, - русоголовый отдувался за всех, - ещё сухарики можно, и сыра принесите.
– Хорошо, господа, скоро все будет, - я убрала блокнот с карандашом в карман передника и повернулась, чтобы отойти. И почувствовала как кто-то схватил меня за руку, дёрнулась с испуга и обернулась, на меня глядел смущенный шатен:
– Простите, мисс, я не подумав, я только хотел спросить кое-что, но не знал вашего имени.
Я возмущённо просопела:
– Может вы все-таки меня отпустите?!
– Ах, да, - шатен смутился ещё больше.
– Сир, что вы хотели узнать?
– спросила, уняв воображение, где я била парня сковородой. Он оглянулся на друзей, те безмолвствовали и наблюдали за нами. И не давали ему никаких советов, а взгляд белобрысого был полон ехидства. Шатен облизнул губы, я невольно задержала на них взгляд - полные и чувственные, очень привлекательные.
– Дело в том... В том, что вчера мы здесь отмечали день рождения Варка и один из наших друзей, - ехидства во взгляде блондина стало явно больше, - так вот, один мой друг потерял у вас здесь... саламандру...
– чтобы услышать последние слова, пришлось напрячь свой слух.
– Кого?
– может показалось...
– Саламандру, - обречённым голосом повторил шатен.
Пара секунд на осмысление его слов и я взорвалась:
– Вы в своём уме?! Поймайте её быстро, как ещё мы не сгорели за ночь?!