Нераздельные
Шрифт:
— Кое-кто хочет, чтобы вы так и думали, — шепчет Грейс. — Но Дженсону Рейншильду было лучше знать.
Внезапно он выпрямляется, будто первоклассник в свой первый школьный день.
— Вы сказали «Дженсон Рейншильд»?
— Вы слышали о нем?
— Мой отец слышал. Этот человек был гений, но, говорят, он сошел с ума?
— Или его свели. Но сначала он смастерил вот это.
Вот теперь Рифкин заинтересован. Он принимается постукивать авторучкой по столу — похоже, эту мисс Скиннер стоит принять всерьез.
— Если его сделал
— Получила от его вдовы. Старуха держала лавку антиквариата в Огайо.
Рифкин хватает телефон.
— Не трудитесь, она умерла. Большой пожар. Но я знала: она хотела, чтобы из всех вещей в лавке я спасла именно эту. Вот я и спасла. А теперь собираюсь отдать ее вам.
Он протягивает было руку к одной из частей, но, вдруг засомневавшись, спрашивает:
— Можно?
Грейс кивает, и он осторожно берет часть, крутит ее, рассматривая со всех сторон.
— И вы сказали, что один раз он сработал?
— Один раз — это когда я видела, как он работал. А потом я нечаянно задела его, и он свалился с лестницы. — Тут Грейс вытаскивает из кармана последний, решающий аргумент: полуразложившееся ухо в маленьком пластиковом пакете. — Я видела, как принтер сделал вот это.
Рифкин смотрит на ухо одновременно с благоговением и брезгливостью, а затем протягивает к пакету руку.
— Вряд ли стоит его оттуда вытаскивать, — предупреждает Грейс. — Сохранилось не больно-то хорошо.
Он отдергивает руку и лишь неотрывно смотрит на ухо.
— Держу пари, вы сможете починить принтер и понапечатать еще таких штуковин. Целую кучу, разных форм, размеров и цветов.
Рифкин изучает ухо, части принтера и даже пустую коробку, а Грейс изучает Рифкина. Для бизнесмена он выдержкой не отличается, плохой из него игрок в покер. На лице написано, что он производит в уме расчеты.
— Сколько вы за него хотите? — спрашивает Рифкин.
— Может быть, я вам его просто подарю.
Он всматривается в ее лицо. Затем бросает взгляд на дверь, как будто боится, что там кто-то шпионит, обходит стол и опускается на стул рядом с посетительницей.
— Грейс…
— Мисс Грейс.
— Мисс Грейс. Если эта штука действительно то, что вы утверждаете, вам не следовало бы отдавать ее даром. Давайте договоримся так: я передам ее в наш отдел исследований и разработок, и если, как вы говорите, дело действительно стоящее, то я дам вам очень хорошую цену.
Грейс откидывается на стуле, довольная его словами, а еще больше довольная собой. Она хватает руку дельца и резко встряхивает ее.
— Поздравляю, мистер Джон Рифкин. Вы прошли тест.
— Простите?
— Если бы вы ухватились за мое предложение, это значило бы, что вы человек нечестный, но вы так не поступили. Значит, ваша компания заслуживает того, чтобы стать номером один. И если вы правильно разыграете вашу партию, так оно и случится. Вдобавок, вы наверняка станете президентом компании. —
Джон Рифкин слегка обеспокоен.
— Подождите… Кому вы звоните?
— Своему адвокату, — подмигивает Грейс. — Он ждет снаружи. Вот с ним вы и обсудите цену.
71 • Радиопередача
В эфире радио «Свободный Хэйден»! Мы вещаем из местечка, где можно понаблюдать за жизнью коров. Как вам видео с солдатами, сплетенными на Гавайях? Лично меня чуть не стошнило. А вам, случайно, не хочется выблевать все органы, которые вы, возможно, получили от таких ребят, как я?
На случай, если вы пропустили, цитируем в записи слова генерала Бодекера, руководителя проекта:
«„Мозаичная команда“ — это пилотный проект, призванный оценить, насколько целесообразно создание вооруженных сил без привлечения дополнительных ресурсов, только за счет излишков, то есть донорских органов, оставшихся невостребованными».
Круто сказано, черт возьми! Не успел генерал произнести эти слова, как его немедля поволокли в военный трибунал, а Пентагон распространил следующее заявление:
«Ответственность за эту авантюру целиком и полностью лежит на генерале Бодекере. Руководство Армии США не было поставлено в известность и не давало разрешения на подобные действия. Разумеется, деятельность лиц, вовлеченных в проект, включая генерала Бодекера и сенатора Бартона Кобба, будет подвергнута тщательному расследованию. Виновных ждет наказание по всей строгости закона».
Так их! А шрапнель все летит. Вояки прикрывают уязвимые члены, вполне убедительно отрицая свою причастность и сваливая вину на Бодекера; возможно, они говорят правду, а возможно, и нет. Но, по крайней мере, эта история отобьет у них желание сплетать себе солдат. Тем не менее, респект одному доброму сплету — Камю Компри, разоблачившему столь гнусную затею прежде, чем она успела пустить корни. Но что если ей на смену придут новые гнусные затеи? Легко могу себе представить обслуживающий класс, состоящий из сплетов. Они будут выполнять грязную работу, за которую не желают браться другие.
Если вы не хотите жить в таком мире, давайте вместе поднимем шум! Встретимся в понедельник первого ноября в парке Нэшнл Молл. Но если вы не придете в парк, а пройдете мимо — что же, видимо, ничего лучше, чем расплетение, вы не заслуживаете.
Мы покидаем эфир, и на прощание вам — всеми любимая мелодия. И помните: правда поможет вам остаться целыми.
«Ты стала частью меня…»
72 • Посторонние