Нептун

Бэнкс Анна

Она прижимается к нему, всхлипывая в его рубашку. Гален притягивает ее к себе,наслаждаясь возможностью снова ее обнять. — Ты просишь меня дать тебе еще один шанс, когда это я должна тебя просить об этом, — всхлипывает она. — Все наоборот. Ты всегда так делаешь. Взваливаешь всю вину на себя.

Гален проводит пальцами по ее волосам. — Но ты не ответила на его поцелуй. Он сказал, что ты его оттолкнула.

— Это Рид тебе рассказал?

— Пока мы были у Кеннеди.

— И что еще рассказал тебе Рид?

— Он сказал, что ты выбрала меня. Хотя не должна была, не после того, как я себя повел. Я был готов уехать из Нептуна той же

ночью, Эмма. Был готов забрать тебя прочь из места, где ты могла почувствовать себя счастливой. Я вел себя как эгоист и ревнивец. У тебя есть право искать другие возможности.

— Если ты знал мой ответ Риду, тогда зачем спросил, не потерял ли ты меня?

— Я хотел услышать это от тебя. Мне нужно было услышать это из твоих уст.Ты ведь могла передумать.

Но она притягивает его к себе. Ее губы жадные и голодные, будто она старается наверстать время, проведенное порознь. Ее тело прижимается к нему, не желая оставлять расстояния между ними. Внезапно, он приподнимает ее, позволяя себя крепче ее поцеловать. Она обхватывает его ногами, чтобы не прерывать поцелуй ни на секунду.

Он прижимает ее к ближайшему дереву, его руки стараются коснуться каждой части ее тела. Едва он добирается до неисследованной территории, позади него прокашливается Тораф. — Кх-кх, — кряхтит он для правдоподобности.

Я его убью.

Гален тут же отстраняется, закрывая собой Эмму, чтобы она смогла привести себя в порядок. Она одергивает сарафан и быстро расчесывает волосы пальцами, кивком давая знать, что готова. Ее губы припухли — и им грозит еще больше его поцелуев.

Гален поворачивается к другу. — Нам придется основательно поработать над твоим чувством такта, — хрипит он от нехватки воздуха. Его пульс бьется быстрее, чем он может плавать.

— Хмм, — протягивает Тораф. — Судя по увиденному, я едва не опоздал.

Пока Эмма не дала волю всем едким словечкам, что вертятся на кончике ее языка, Гален закрывает ей рот рукой. — Чего ты хочешь, Тораф?

Его друг складывает руки на груди. Это такой официозный, сдержанный жест... Неужели Торафа можно смутить? — Похоже, короли наконец-то придумали план, — заявляет он, снова прокашлявшись. — Им нужно, чтобы Эмма позвонила Ридеру.

Вот и приехали.

Глава 45

— Ридер, это Эмма. — Слова застревают у меня в горле. По какой-то причине я чувствую, будто бы предала Ридера, но на самом деле, я делаю сейчас именно то, о чем мы с ним говорили. По крайней мере, я на это надеюсь.

— Эмма, хвала Нептуну, ты в порядке? Где ты? С тобой Тайден? Фрэнк, он...

— С Фрэнком все в порядке?

На том конце провода повисает пауза. Голос Ридера меняется с обеспокоенного на подозрительный, что немного задевает. Подождем, пока он выслушает меня до конца. — Он сильно избит. Эмма, что произошло? Где Тайден? Люди рассказывают мне об инциденте в городе у светофора. Что...

— Тайден у нас, — выпаливаю я. — И это не случайность. — Я говорю резче, чем хотелось бы, но воспоминания о Тайдене, тычущем в меня пистолетом, совсем не радуют.

Еще одна пауза. — У нас?

— Моя семья здесь, в полном составе.

— И... И вы захватили Тайдена? Зачем?

— У нас еще и Рид. И Кеннеди тоже. — Волнение бурлит у меня в желудке словно шипучка. Мама сказала в самом начале сообщить о наших преимуществах, но это не кажется мне правильным. Мне не нужно взывать к его рассудительности.

Он и так уже наготове. — Я рассказала Грому и деду о вашем желании мира между жителями океана и суши. Они согласились с вами встретится.

Ридер вздыхает. — К сожалению, я не могу больше доверять твоей семье. Они же захватили двоих моих людей, включая моего сына. И посмотри, что они сделали с Фрэнком. Откуда мне знать, что это не ловушка, Эмма? — И понизив голос, добавляет: — Откуда ты знаешь что это не ловушка?

— Откуда я знаю? Да ниоткуда. Но я доверяю своей семье. И я доверяю вам. Я считаю это правильным. А случившееся с Фрэнком — заслуга Тайдена, а не нас.

— Что ты имеешь в виду?

Я поясняю Ридеру, что Тайден — жаждущий власти социопат, к тому же с пристрастием к пыткам. А Кеннеди — его брат-близнец в человеческой оболочке и все такое. У мэра уходит какое-то время, чтобы переварить, как все это произошло прямо у него под носом.

Наконец, он говорит. — Я подвел тебя, Эмма. Я подвел своих людей. Своего сына. Я должен был предупредить угрозу. Я должен был знать о том, что происходило в городе.

Что я должна на это сказать? Пожалуй, что-нибудь утешающее, решаю я.

— Если вы будете винить себя во всем, это ничего не изменит.

— А что сможет что-то изменить? На каких условиях твоя семья вернет мне сына?

— Мы не держим его в заложниках или как-то еще.

Телефон выдергивают у меня из рук. — Ридер? Это Налия, принцесса Посейдона, дочь короля Антониса. Твой сын у нас в заложниках, пока ты не согласишься встретиться с нами в общественном месте. Думаю, никто из нас сейчас не может похвастать доверием друг к другу. Что же до Кеннеди — ваше прикрытие под угрозой. Он связался с людьми, которые уже сейчас могут направляться в Нептун. Поэтому в наших же интересах помочь вам со всем этим разобраться. У нас есть один помощник из Флориды, который может в этом помочь. Мы оставим Кеннеди в парке для пикников за городом, прямо посреди леса. Вам придется проследить за ним до приезда нашего друга, доктора Миллигана. — Она делает паузу, будто бы Ридеру есть чем ответить.

— К сожалению, пока вы не пойдете на наши условия, — продолжает она, — ваш сын будет у нас. Заверяю вас, с ним все хорошо. Мы не какие-то там звери вроде тех, что водятся в вашем собственном городе. — Ооох, мам, полегче. Но в чем-то она права. Мы не ведем себя как звери.

Мы ведем себя как долбанные террористы.

Глава 46

Поездка к месту встречи в ресторане прерывается лишь короткой остановкой у аптеки, чтобы купить Риду соответствующую перевязку, а Тайдену — надлежащего снотворного. Он приходит в себя время от времени, а Рейна продолжает методично его вырубать — не то чтобы Гален сильно этому противился.

Что его больше беспокоит — так это то, что Рид с Торафом, похоже, нашли общий язык. С заднего сиденья слышно, как они играют в «Шлеп» — игру на проверку рефлексов, которой Рейчел научила Рейну.

— Это мошенничество, — заявляет Рид. — Мошенники всегда хлопают сильнее.

— Тогда я буду хлопать кулаком, — без раздумий отвечает Тораф.

Сидя на коленях у Галена, Эмма поворачивается к ним. Гален думал, что она заснула — хотя как бы ей это удалось, с двумя-то болтунами, без умолку тараторящими у ее уха. — Ребят, вы не могли бы поиграть в другую игру? Чтобы там не нужно было шуметь или орать?