Непреодолимо
Шрифт:
Я сделала вид, что не услышала его, и пошла быстрее, стуча каблуками по деревянному полу. В следующее мгновение мне на плечо легла рука.
— Фрэнни, — повторил он. — Остановись на минутку.
Я повернулась к нему лицом и неохотно встретилась с его глазами. — Да?
— Ты… то есть, как ты?
Он засунул руки в карманы.
— Нормально. Я скрестила руки. — Девочки с мамой?
Он поморщился и покачал головой. — Она не приехала.
Я вздрогнула, хотя это не удивило меня. — Не приехала?
— Нет, она написала мне сегодня утром, чтобы
— Девочки были расстроены?
— Они даже не знали, что она приедет. Ну, Милли знала, что это возможно, но она дошла до той точки, когда поняла, что не может верить ничему, из того что говорит ее мама.
— Это тяжело. Я почувствовала, что смягчаюсь. — Бедная Милли.
— Да. Он потер затылок. — Мне было так плохо, что я забрал их из школы и отвез к сестре в Петоски, чтобы они пообщались с кузенами. Потом Джоди пригласила их остаться на ночь, и я вернулся сюда, чтобы сделать кое-какую работу, потому что я так отстаю, но… я не мог сосредоточиться.
— Почему?
Он понизил голос. — Потому что ты расстроена из-за меня.
— Нет, я не расстроена, — сказала я, оглядывая других посетителей бара.
— Тогда почему ты избегаешь меня? Со вторника ты не сказал мне и двух слов. Вчера дома ты даже не взглянул на меня.
Я вздохнула и расправила плечи. — Я не расстроена из-за тебя. Я просто пытаюсь справиться со своими глупыми чувствами. Разговоры с тобой мне не помогают.
Он медленно кивнул. — Значит ли это, что ты больше не хочешь работать у меня няней?
— Нет. Я вздохнула, чувствуя неловкость от того, что превратила это в нечто такое, что заставляет нас обоих чувствовать себя неловко. — Со мной все будет хорошо, Мак. Не беспокойся об этом. Мне пора возвращаться на работу.
— Хорошо.
Он открыл рот, как будто хотел сказать что-то еще, и я могла подумать о любых словах, которые хотела услышать. Не уходи. Мне жаль. Я передумал.
Но через секунду он снова закрыл его, и я ушла.
Что еще я могла сделать?
* * *
Зимой ресторан закрывался довольно рано, поэтому менеджер отпустил меня к девяти тридцати. Мак и Генри все еще не выходили из бара, и я была рада, что до моего ухода мне не придется видится с ним еще раз. Покончив с подработкой хостесс, я пожелала спокойной ночи маме на ресепшене, забрала чек Мака и поднялась в свою квартиру. Бросив чек на комод, я переоделась из рабочей одежды во фланелевые пижамные штаны, огромную серую толстовку с капюшоном из шерпы и пушистые носки. Уложив волосы в небрежный пучок на макушке, я пошла на кухню, чтобы разогреть суп из кабачков, который я приготовила ранее. Но я была не очень голодна и в итоге съела только половину.
Я как раз споласкивала тарелку, когда услышала стук в дверь.
Странно, подумала я, проверяя свой телефон, чтобы узнать, который час — было уже после десяти, и не пытался ли кто-нибудь из моей семьи дозвониться до меня. Никто не пытался. Когда я подошла к двери, мое сердце забилось быстрее, и я затаила дыхание,
Мак стоял в коридоре, его руки были сжаты в кулаки, а выражение лица было напряженным. Он тяжело дышал, как будто только что взбежал по крутой лестнице.
Внезапно я разозлилась на него. Как он посмел появиться здесь? Он знал, что я стараюсь избегать его. Это было просто подло.
— Что тебе нужно? спросила я, не пытаясь скрыть свой гнев.
— Я хочу, чтобы ты сказала мне уйти. Он говорил тихо, но твердо.
— Уходи, — сказала я ему, сложив руки на груди.
Не говоря больше ни слова, он бросился ко мне и прижался своими губами к моим.
Глава 14
Мак
Все произошло быстро.
Я пнул дверь ногой. Я втащил ее в комнату. Я сорвал с нее одежду, потом свою, мне удалось снять только ее толстовку и штаны, хотя я и был без рубашки, мои джинсы все еще были у меня на коленях.
Но это не имело значения. Через пять минут после того, как я появился у ее двери, я уже безжалостно трахал ее на ковре в гостиной, вгоняя свой твердый член в ее мягкое, теплое тело снова, снова и снова. Это было похоже на то, как будто я наказывал ее за то, что она отказывалась уходить из моей головы.
И она явно хотела наказать меня тоже.
Она обхватила меня ногами и впилась ногтями в мою спину. Она шептала мое имя мне в губы и вскрикивала при каждом глубоком, сильном толчке. Она двигалась подо мной, раскачивая бедрами в такт со мной, притягивая меня ближе к своему телу, пока мы не начали задыхаться, содрогаться и отчаянно цепляться друг за друга во время одновременного оргазма такой интенсивности, из-за которого я не мог дышать, не мог видеть, не мог думать.
Было очевидно, что та ночь не была случайностью — то, что было между нами, было реальным. И мощным. И никуда не делось.
Когда я наконец открыл глаза, я увидел ее лицо. Она повернула голову в сторону, показывая мне свой профиль, приподняв слегка подбородок. Затем я понял, что она больше не держится за меня.
Черт. Каким же я был мудаком.
Я отстранился от нее и сел, низко свесив голову. — Господи. Мне жаль.
— Не стоит. Я могла бы остановить тебя.
Я не был так уверен в этом. — Почему ты этого не сделала?
Она не ответила.
Я снова склонился над ней, упираясь ей в плечи. — Эй. Посмотри на меня.
Она не смотрела, тогда я подложил два пальца под ее подбородок и повернул ее голову. Ее нижняя губа задрожала, и мне пришлось поцеловать ее.
— Прекрати, — мягко сказала она.
Улыбка заиграла на моем лице. — Теперь ты хочешь, чтобы я остановился?
— Да. Ты сбиваешь меня с толку.
— Я знаю. Мне жаль. Я и сам запутался.
— Зачем ты вообще сюда пришел?
— Потому что я был чертовски несчастен всю неделю. Потому что та ночь с тобой была лучшей из всех, которые у меня были за последние годы. Потому что не смотря на то, что я должен держаться от тебя подальше — я не могу.