Непорочность
Шрифт:
– И это мой сын!
Полный боли возглас прозвучал от дверей. В дверном проеме стоял худощавый седовласый мужчина аристократической внешности в свободном спортивном пиджаке от Армани и легких брюках. Произношение выдавало скорее оксфордское образование, чем латиноамериканское происхождение. Одной рукой он держался за косяк. То, что он услышал, очевидно, потрясло его.
– Я дал тебе все, – проговорил Рубен.
– Отец? – Алекс застыл от ужаса, однако всего на мгновение. Всего одно короткое слово, а страх прошел. – Взять его! – приказал он охране. – Убейте его! Немедленно.
Два
– Идиоты! – заорал Алекс и сунул руку во внутренний карман, чтобы вытащить оружие.
Но не успел. Просвистевший в воздухе нож пригвоздил руку Алекса к груди. Нож был семейной реликвией, с красивой резной рукоятью из слоновой кости.
Его бросил Рубен.
На лице Алекса застыло изумление. Покачнувшись, он упал на пол, загоняя нож еще глубже в грудь.
Мэри Фрэнсис отвернулась, но успела заметить кровь. Рана была глубокая. Скорее всего лезвие пронзило сердце. Она уже почти не сомневалась, что Брайану убил Алекс Кордес, но все равно ничего не могла поделать с собой, не могла не помочь ему. Нельзя, чтобы он лежал вот так, истекая кровью, без всякой помощи и жизнь струйками вытекала из него. Мэри Фрэнсис была уверена, что сможет остановить кровотечение.
Уэбб запрокинул голову назад, словно вот-вот потеряет сознание. Неудивительно, если вспомнить, какой удар он получил. Но когда он немного отстранился от Мэри Фрэнсис, она увидела, что у самого книжного шкафа стоят подставка со ступеньками и шест. На конце шеста располагались захваты, очевидно, чтобы снимать книги с верхних полок. Но эти же захваты превращали шест в опасное оружие, а Уэбб уже был почти рядом.
Мэри Фрэнсис еще не до конца поняла, что он собирается сделать, но сейчас она была способна думать лишь об одном: если она станет ждать, Алекс Кордес умрет. И это заставило ее действовать. Когда же она двинулась к Алексу, то поняла, что тем самым отвлекает внимание от Уэбба.
Убитое выражение на лице Рубена Кордеса сменилось неприкрытой ненавистью, когда он увидел, что Мэри Фрэнсис собирается помочь его сыну.
– Дай ему умереть, – приказал он дрожащим от гнева голосом. – Это вопрос семейной чести. Никто не должен вмешиваться!
Звук выстрела заставил Уэбба обернуться. Он увидел Мэри Фрэнсис, стоявшую возле Алекса, и Рубена, выстрелившего в нее и готового выстрелить еще раз. Не раздумывая, Уэбб схватил шест и метнул его будто копье в Рубена. Удар пришелся точно в грудь и отбросил Кордеса к стене. Пистолет выпал из руки.
Оба охранника бросились к Уэббу, готовые открыть огонь.. Если они и не уловили точно, кто враг, то хотя бы поняли, что он – не друг. Но выстрелить не решились.
Они совершили ошибку, встав рядом. Это позволило Уэббу приемом карате молниеносно разделаться с одним, а потом мощным ударом в пах повалить на пол и другого. Единственной мыслью Уэбба было вывести Мэри Фрэнсис из-под огня. Она склонилась над телом Алекса Кордеса и попыталась перевернуть его на спину.
Когда Уэбб схватил ее, он услышал чей-то крик. И еще ему показалось, что Мэри Фрэнсис произнесла имя сестры.
Мэри Фрэнсис не поняла,
– Брайана? – прошептала она, уставившись на женщину, которая вошла в комнату. Это была Брайана.
Только волосы у нее уже не светлые. Они стали огненно-рыжими. Мэри Фрэнсис не знала, мерещится ли она ей, или то, что она видит, – реальность. Но Брайана выглядела вполне живой, из плоти и крови, совсем как Мэри Фрэнсис. В глубине ее фарфорово-голубых глаз отражалась ее душа.
Но самое главное – в руке Брайана держала пистолет, нацеленный в голову Рубена Кордеса. Он уже пришел в себя от удара и пытался подняться на ноги.
Падая, он ударился обо что-то, головой и теперь прижимал к ране носовой платок. Но, по всей видимости, рана была не серьезная, кровь на платке не проступала.
– Не говори, что я не спасла тебе жизнь, сестренка, – проговорила Брайана, подмигивая Мэри Фрэнсис, в то время как Уэбб устраивал ее на полу.
Мэри Фрэнсис не могла прийти в себя от потрясения. – Ты жива? Ты не погибла?
Улыбка Брайаны явно свидетельствовала, что она гордится своим планом.
– Никакой катастрофы не было. Я сама все это придумала и разыграла и исчезла без следа благодаря одному из лучших клиентов агентства «Вишенки». – Брайана велела Рубену поднять руки вверх и продолжала: – Он главный администратор в «Каунти Дженерал». Когда я намекнула ему, что его жене и дочери будет небезынтересно увидеть его на фото в костюме Дюймовочки, он с радостью согласился мне помочь. Он обладает достаточной властью и связями, чтобы предусмотреть все – от истории болезни до свидетельства о смерти. Я вышла из этой истории целой и невредимой, да еще и с новым именем.
– Но зачем? – Мэри Фрэнсис, покачнувшись, невольно оперлась на Уэбба и подумала, что он, возможно, знал обо всем. Однако одного взгляда на него было достаточно, чтобы понять, что она ошибается.
Уэбб, подозрительно прищурившись, смотрел на Брайану, ожидая, что она ответит.
– У меня не было выбора, – с неожиданным жаром заговорила Брайана. – Он бы уничтожил меня, если бы я не исчезла. – Она подтолкнула Рубена в глубь комнаты, и тот послушно двинулся, спотыкаясь всякий раз, когда она прижимала ствол пистолета к его голове.
Мэри Фрэнсис решила было, что Брайана имеет в виду старшего Кордеса, но та указала на Алекса, и с размаху ударила его ногой в изящной туфельке на высокой шпильке. Потом Брайана подняла его руку, и та безжизненно упала на пол. Мэри Фрэнсис поняла, что он мертв.
Мэри Фрэнсис с трудом верила в происходящее. Все казалось каким-то нелепым. Судя по дневнику, ее сестре досталось немало, но сейчас в ней не было ни страха, ни ненависти. Наоборот, она действовала совершенно хладнокровно. Брайана держала в руке пистолет настолько уверенно, словно это было привычным для нее делом. В лакированных белых туфлях и в шикарном белом комбинезоне, с гребнями из слоновой кости в огненно-рыжих волосах, она походила на ангела, ниспосланного со смертельной миссией.