Неполоманная жизнь
Шрифт:
– Ты чего здесь делаешь? – удивленно спросил Железнов, задрав голову вверх – ты же в пятницу присылала mail, что тебя на этой неделе не будет? Или ты не получила от меня Оk и не решилась исчезнуть?
– Почти так, Саша. Вы же знаете, как я к вам отношусь, – Катя прикурила сигарету. – Но, к сожалению, чувствую, что мое отсутствие вас мало интересует, я писала, что меня не будет четыре дня: со вторника по пятницу.
– Хочешь отдохнуть? Поедешь куда?
– Да если бы… Денег нет. Конечно, хотелось бы поваляться, полежать
– Катя! Катя, ну что такое ты говоришь! – глаза у Железнова смеялись. – Ты решила одновременно подзаработать и полежать. Какие мысли могут при этом возникнуть? Ладно, так что тебя сподвигнуло уйти в отпуск?
– Курсовую нужно сделать.
– А на работе? – ответ Кати привел Железнова в легкое недоумение. – Интернет под рукой… Я своих заставляю курсовые, рефераты и прочую фигню делать исключительно на работе, используя, как сейчас говорят, административный ресурс.
– Саша, я вас всегда промоутирую, как лучшего начальника. В это время у Железнова зазвонил телефон.
– Аллё…
– Здравствуйте, Саша. Это Маша.
– А-а, помню-помню, резидент иностранной разведки. Вы не из-за океана?
– Да ладно вам, Саша.
Железнов махнул рукой Кате и двинулся в сторону своего кабинета.
– Едете на работу?
– Вы проницательны, как никто.
– Маша, может, хватит играть в Мату Хари? Я – человек конкретный. Конкретно сообщаю – вы мне очень понравились, вы меня очень заинтересовали. Я хотел бы…
– Саша, извините меня пожалуйста, у меня параллельный телефон (Железнов услышал, что в машине у Маши звучит «Симфония № 40» Моцарта), не могу не ответить.
– Да-да, конечно…
Железнов, не отрывая телефона от уха, успешно добрался до своего кабинета, кивнул Оберсту, сел в кресло, подтянул к себе клавиатуру и открыл почтовый ящик. Меж тем Мария Николаевна не очень успешно пыталась «свернуть» разговор на другом телефоне: «Георгий Николаевич, может быть, мы встретимся в офисе, и я вам всё… Ах, улетаете… Тогда, кратко: встреча вчера завершилась так, как мы этого и хотели… Нет, я им сразу же сообщила, что мы в курсе тех факторов, которые они хотели бы не афишировать… Нет. Я им выложила не всё… Оставила на будущее… Не оттолкнуть, а объективно взглянуть на самих себя… Не за что. Всё? Еще вопрос?.. В «Большой» на следующей неделе?.. Кто?.. Георгий Николаевич, спасибо большое за приглашение, но мы с мужем на него недавно ходили… У него на Родине… Да-да, именно там… Спасибо. Всего доброго.
– Аллё, Саша, вы еще здесь?
– Да нет, Маша, я у себя. У себя на рабочем месте. Если вы не забыли, кому звонили.
– Не забыла. Саша… Саша, а вы женаты? Железнов слегка усмехнулся:
– Очень принципиальный вопрос для замужней женщины. Сколько вашим детям, Маша?
– Одиннадцать и четыре.
– Мальчик и девочка?
– Нет, девочка и мальчик.
– Маша, а вы любите своего мужа?
– Мы
– Брюссель в центре Европы? – не удержался Железнов. – Ну, надо же! Не знал…
– Все было очень романтично. Я у него – первая. Он не знает других женщин…
– Конкретный ответ и, главное, честный. Вы не ответили. Это нехорошо, не отвечать на поставленные вопросы.
– Саша, ну, конечно же, по-своему я его люблю. Он очень умный, очень образованный, очень любит меня и детей…
– По-своему. И давно… по-своему?
– Не буду отвечать на этот вопрос.
– По существу, вы ответили.
– Саша, я не знаю, почему я вам все это рассказываю. Ни один человек на Земле не знает об этом.
– Маша, когда-нибудь вы сами поймете, почему.
– А вы знаете?
– Догадываюсь. Хотя у меня есть два варианта, один мне нравится, другой – нет, – Железнов решил уйти от обсуждения этой темы. – Так чем вы занимаетесь, надеюсь, вы не экстрасенс, не парапсихолог и не выходите в астрал…
– Не скажу! – в интонации Маши Железнов услышал больше азарта, чем твердости. – Пока не выясню одну вещь, не скажу.
– Про себя?
– Но точно – не тем, что вы перечислили. А что, были проблемы? Странный перечень.
– Были. В прошлом… давно, – Железнов усмехнулся, – в моей жизни была одна очень красивая женщина, у которой главным и единственным хобби был мониторинг моей жизни. Выражалось это в «где был?» и «что делал?», а после честных и искренних ответов типа «всю ночь торчал на ВЦ, обсчитывал три варианта по методу преобразования Фурье» – выслушивал комментарий: «Я чувствую, что ты там не был…» Хотя я действительно был на ВЦ и действительно всю ночь считал варианты по методу Фурье. Перфокарты не обманывают.
– Простите, что?
– Перфокарты… А-а, извините, это парафраз одного из рассказов Бредбэри «Перфокарты не обсуждают». Так вот, в конце концов, она довела меня до фразы: «Если ты всё чувствуешь – зачем спрашиваешь?», после чего исчезла из моей жизни. Навсегда. С тех пор я не люблю «чувствующих» женщин.
– Это была ваша жена?
– Да, и я ей очень благодарен.
– Вы – ей? – Маша искренне удивилась. – Почему?
– Да потому, что благодаря ей я точно понял, чего я в этой жизни не хочу.
– Интересная позиция. Саша, а как звучит ваша фамилия? Я хочу написать вам.
– Ну да, корпоративный адрес вы, конечно, знаете… А фамилия моя – Железнов, как слышится, так и пишется, «Ж» – через Zh, конечно, и «з» – через Z.
– Да уж, конечно. Я напишу.
*** (3)(1) Преступление
Офис телекомпании. Кабинет генерального директора
За 14 дней до выхода в эфир финальной игры «Она мне нравится»