Неполная перезагрузка
Шрифт:
О том, что сегодняшний ее выбор на самом деле был не таким уж и случайным, Наташа узнала лишь спустя много лет, после первого и единственного раза посещения ими казино. Александр играл в карты и играл весьма успешно. Благодаря своей способности просчитывать оставшиеся в колоде карты он часто и помногу выигрывал, а если и проигрывал, то помалу. Когда же его суммарный выигрыш составил уже совсем непомерно значительную сумму, в казино заподозрили неладное и естественно решили с ним разобраться, посчитав, что он жульничает. Доказать факт жульничества не удалось и благодаря этому их относительно
Тогда оказавшись на улице, Наташа спросила у Александра:
— Так ты что же действительно играл честно?
— Конечно. Я же не шулер. Я играю очень редко, но уж если играю, то только честно.
— Тогда непонятно, как ты умудрился столько выиграть. Ведь вон и в казино тебе сказали о невозможности без обмана такого большого выигрыша. И кстати говорили они это очень уверенно.
— Значит, возможно, и потом я бы никогда не стал бы при тебе заниматься подобными вещами, даже в том случае если бы позволял себе подобное в прошлом.
— Тогда получается у тебя невозможно или, во всяком случае, очень трудно выиграть в карты. И как давно ты об этом знаешь?
— Ну, как тебе сказать? Где-то с детства.
— Так я и знала, ты меня все же обманул.
— О чем это ты? Когда же я тебя обманывал? — не понял, о чем говорит Наташа Александр.
— Конечно, уже даже успел забыть. Я о том якобы случайном принятии решения о подаче заявления в загс. Ведь ты, получается, знал заранее, что выиграешь, и у меня нет вообще никаких шансов. Небось, еще и подсмеивался надо мной всю игру, а я как дура карты там раскладывала, — разозлилась Наташа.
— Так ты действительно тогда думала, что я в таком важном для меня деле доверюсь случаю?
— Представь себе, думала.
— Впрочем, у тебя возможность выиграть все же была. Представь, при сдаче карт мне бы пришили три шестерки и три семерки и ни одного козыря за всю игру. В этом случае даже я бы ничего сделать не смог бы.
— Ты сам-то в такую возможность веришь?
— Я нет. И тогда подобного варианта развития нашей игры, признаюсь, даже не рассматривал. Но если такое все же случилось бы, то это означало бы только одно — нам действительно нельзя было жениться. Но ведь не случилось же, а значит, мы могли и должны были пожениться.
— Опять намекаешь на наличие у каждого человека своей судьбы, которую изменить невозможно? И тогда, получается, выйти за тебя замуж, было предопределено моей судьбой. А что если никакой судьбы нет, и все это полная чушь и я досталась тебе лишь благодаря твоему обману?
— Все возможно. Насчет наличия или отсутствия судьбы точно никто ничего не знает. Но ведь я тебя тогда даже не обманул. Я не карточный шулер. Я тогда и вообще всегда играю по-честному. Я предложил тебе способ принятия решения, и ты сама на него согласилась. Единственное в чем ты меня можешь упрекнуть, так это в том, что я не сообщил тебе о наличии у меня определенных способностей. Возможно, эта информация повлияла бы на дальнейшие события, а возможно и нет.
— Да как же это могло бы не повлиять? Неужели ты думаешь, что, зная о твоих способностях, я бы согласилась сесть с тобой играть?
— Это ты сейчас, когда сама точно убедилась в наличии у меня способностей, так уверенно рассуждаешь. Тогда же, даже если бы я тебе сказал, что обладаю способностью практически всегда
— Конечно, за эти годы уже все изменилась. Вот тогда возможно я за тебя и не вышла бы замуж, и вся моя жизнь сложилась бы совсем иначе. А сейчас ведь ты же все и сам отлично понимаешь. Наш паровоз давно ушел и гудка его совсем не слышно, — с грустью и сожалением в голосе ответила Наташа.
— Что и требовалось доказать. Тебе стало известно о моей способности, но ничего изменить это в наших судьбах не в силах. Вот если бы я тогда не настоял на подаче заявления, то действительно, ты могла бы и не стать моей женой. Скорее всего, через некоторое время, ты бы познакомилась бы, еще с кем ни будь, и бросила бы меня, как не выдержавшего конкуренции. Хотя кто знает, сложилась бы в результате всего этого твоя жизнь лучше? А вдруг она вышла бы хуже? Поэтому не стоит грустить по поводу того, чтобы было если…
Александр ждал долго, минут пятнадцать. Когда Наташа, наконец, все же вышла к нему, то он отметил, что она принарядилась, успела поправить прическу и не пожалеть косметики, а значит осознанно или нет, но несмотря ни на что все же воспринимает все происходящее в качестве торжественного момента своей жизни. Однако Александру она сразу заявила:
— Мы сейчас пойдем и подадим заявление, но это ничего не будет значить и ничего не изменит в наших отношениях. Я вовсе не даю обещание выйти за тебя замуж. Надеюсь это тебе понятно?
— Хорошо, — с готовностью согласился Александр. Он отлично понимал, что чтобы она ни думала и ни говорила, но факт подачи заявления в загс изменит все. И опасался только одного, что она возьмет и в самый последний момент передумает.
Но Наташа не передумала, и они подали заявление, и им как тогда было и положено ровно через месяц назначали день их свадьбы. Потом они пошли в ресторан, где отмечали подачу заявления под постоянные напоминания Наташи, что она еще совсем ни чего не решила и, по сути, пока совершенно свободна. Александр же со всем соглашался, говорил, что пока ни на что большее не претендует и лишь надеется, что уж за месяц Наташа сможет определиться.
К вечеру из-за бессонной ночи и очень напряженного дня Наташа представляла собой полностью выжатый лимон. Александр, заметив ее сильную усталость, проводил ее домой. Когда она легла спать, то опять сразу заснуть не получилось. В голове крутились мысли о том, как много необходимо успеть сделать до свадьбы. Потом Наташа спохватывалась, злилась на себя и мысленно говорила сама себе: "О чем я думаю? Ведь еще совсем ничего не решено. Я еще могу отказаться выходить замуж". Но через какое-то время ее волнения по поводу того, что она не сможет успеть, как следует подготовиться к свадьбе, опять возвращались. Через некоторое время к ее счастью усталость взяла свое и она заснула, правда с противным ощущением, что хитрый и настойчивый Саша все же ухитрился заморочить ей голову и обманул ее, заставив сделать то, чего она вовсе не хотела. Она потом за всю свою жизнь так и не смогла понять, как же вышло, что она согласилась пойти подавать заявление в загс практически с незнакомым человеком.