Непобедимое Солнце
Шрифт:
– И что же было предметом торговли?
– спросила Жемчужно-Белая.
– А предмет торговли, - нахально ухмыльнувшись и потрепав Принца по давно не стриженой шевелюре, ехидно сказала Кора, - называть в таком приличном обществе нельзя...
– гул возмущения прокатился по трибунам, а Фея готова была провалиться под землю от стыда.
– ...хотя... если хотите...
– Не надо, не в этих священных стенах, не перед Их Премудростью!
– с несвойственным ей пафосом воскликнула Жемчужно-Белая.
– Как скажете, беловолосые
– презрительно ухмыльнулась Кора.
– Так вот, этот человечек, видимо, наелся от вас вашего ханжества и отказался (Фея удивленно подняла голову). Тогда я предложила ему сделку - отдать первое, что он увидит, когда встретит свою ненаглядную - и он, бедняжка (она погладила спящего Принца по голове), так испугался моего первого предложения - в общем, совершенно невинного с точки зрения "Порядка и Процветания" Целестии, что был готов на все...
– И что же было дальше?
– А дальше он, в одну лунную-лунную ночь поклялся об этом на... Черном Камне!
Взрыв возмущения захватил трибуны, ведь Черный Камень считался у фей величайшей мерзостью, источником злой и порочной силы лесных ведьм!
– ...Так вот, я честно ему все отдала - и причем не только метлу и защитную маску, а ещё много чего - мне ведь и самой было интересно доставить побольше головной боли Сообществу Лицемерок, ха!
– "Честно"? Черная ведьма, как бы не так!
– не выдержала Фея.
– Ты обещала задержать его всего на три дня, а он пробыл у тебя девять месяцев, лгунья! Что ты с ним делала все эти месяцы, отвечай, похитительница мужей и осквернительница чужих браков!
– Возражаю, Ваша Премудрость, эта реплика не имеет отношения к делу, - подняла руку Жемчужно-Белая.
– Возражение принимается, - согласилась Вторая.
– Всё? Закончили?
– нахально спросила Кора.
– Так вот, он действительно через девять месяцев улетел на моей метле за своей любимой, благополучно её похитил. Вы эту историю знаете лучше меня - как он вас надул при побеге, как вы опозорились у Моря, как вы...
– Хватит!
– закричала Жемчужно-Белая, которая крайне болезненно переживала провал её Ордена.
– ... так вот, когда он вернулся со своей любимой женушкой к себе в семейное гнездышко, он... благополучненько забыл о своем обещании! Клятву у Черного Камня! Клятву, неисполнение которой способно нарушить Великий Закон Равновесия, на котором стоит не только Целестия, но и вся вселенная, как вы знаете...
– с пафосом подняла руку к небу Кора.
– Обвинение благодарит свидетельницу за исчерпывающие показания. Если Защита желает, все эти показания мы можем проверить при помощи сканирования памяти как Коры, так и...
– Нет! Не надо!
– как ужаленная подскочила Фея.
– Защита может подтвердить правоту показаний!
– На каком основании?
– На основании личного признания мужа.
– Веское основание, - согласилась Жемчужно-Белая.
– Итак, Ваша Премудрость, уважаемые сестры, мы видим, что виновность
Гул согласия прокатился по трибунам.
А Вторая Премудрость, как всегда, спокойно и бесстрастно, проговорила:
– Имеет ли что сказать Защита?
– Имеет, - звонко и четко ответила Фея.
– У Защиты есть вопрос к свидетельнице от обвинения.
– Задавайте.
– Ответь-ка, пожалуйста, моя дорогая Кора, перед всем Сообществом как на духу, а что было предметом клятвы?
– Как что, первое что...
– ...Это я и так знаю, Кора, - перебила Фея.
– А что по факту оказалось этим первым?
– А то не знаешь...
– ухмыльнулась Кора.
В этот момент, по знаку, данному Феей, в Залу вошла ещё одна охранница "ЖАЛА", ведя за ручку... маленькую четырехлетнюю девочку!
Хорошенькая, как куколка: светлые курчавые волосики, голубенькие, немножко выпуклые глазенки, пухленькие розовые щечки и губки, с "пупсиком" в маленьких ручках, прижатым к груди, в детском голубеньком платьице и сандаликах того же цвета, а сзади - ещё такие маленькие тоненькие крылышки.
По Зале прокатился гул умиления. Феи обожали детей, а уж тем более - девочек, и тем более - девочек Сообщества - их будущего, их гордости, их... В общем, олицетворения всего самого ценного для них. Послышались фразы "какое прелестное дитя!", "какое солнышко!", "лапочка!", "крошечка!", "куколка!"
А дочурка, между тем, увидев Принца на кресле, с диким визгом бросилась к отцу, крича "Папка! Папка нашелся! Ура!" Принц от визга проснулся и что-то проблеснуло в его пустых глазах, потому что он даже привстал с кресла, как бы намереваясь пойти навстречу ребенку, но та уже с визгом бросилась ему на коленки и обняла ручками его шею.
– Папка! Папочка дорогой! Нашелся! Посмотри, какой у меня новый пупсик! Посмотри! Он совсем похож на тебя папочка! Я сама его сделала...
– и намертво вцепилась в шею отца, а по щекам Принца потекли слезы.
– Узнаешь ли ты, Кора, этого ребенка?
– как ни в чем не бывало спросила Фея.
– Ну, узнаю...
– мрачно сказала Кора.
– Откуда ты его узнала, ты ж его ни разу в жизни не видела?
– Да видела я его, Камень её показал...
Тут уж описать реакцию Сообщества просто невозможно. Трибуны просто взорвались криками возмущения: "Да как ты смеешь!", "руки прочь от наших детей!", "не трожь их своими грязными лапами!" и все в таком духе.
– Вы правильно, о, достопочтенные мои сестры, догадались! И как вы, мои дорогие, не поймете чувства матери и феи, когда ей предстоит отдать свою единственную дочь - надежду и опору Сообщества - в лапы этой растлительницы и похитительницы чужих мужей!..