Неотразимый граф

Маккензи Салли

– Лиззи!

– Мм-м? – Как прекрасно ощущать его руки на своих бедрах, но они оставались неподвижными. Завертела задом в попытке заставить двигаться его пальцы, в то время как сама водила руками по его ягодицам, потом бедрам, животу, стараясь не прикоснуться к...

– Лиззи! – Робби как ошпаренный отпрянул назад.

– Что? Сделала тебе больно? Извини, я не хотела. – Озабоченно посмотрела вниз и удовлетворенно улыбнулась: – Нет. Видишь, тебе уже лучше. Окоченение и опухоль почти сошли. Теперь ты сможешь сунуть эту... хм, в общем, сможешь влезть с этим в свои

рейтузы.

– Боже, Лиззи.

Наморщив лоб, Лиззи подняла голову. У Робби были плотно сжаты губы, на скулах играли желваки, а взгляд казался... отсутствующим.

– Робби, я...

Она вздрогнула. Послышался стук в дверь, а потом и в окно.

– Что это?

– К тебе заявилась компания. – Робби схватил ее за плечи, развернул и подтолкнул к кровати. – Надень сорочку.

Черт возьми! Лиззи не очень-то торопилась. И она явно все еще была не в себе. Осознала ли она серьезность ситуации? Нет. Она сидела на кровати и смотрела на него. На определенную часть его тела. По крайней мере перестала хватать его.

Снова колотят в дверь. И этот стук в окно, которое в конце концов просто разобьют, а Лиззи все еще без сорочки.

Робби загасил свечу, так что комнату освещал только огонь камина. Может быть, темнота поможет ей сосредоточиться на том, что происходит?

– Накинь ночную сорочку.

– Хм?

– Лиззи, тебе нужно сейчас же надеть сорочку. Ты должна отреагировать на стук в дверь. – Он протянул руку, чтобы помочь ей встать, и наткнулся на мягкую грудь.

– Мм-м...

Господи, девчонка мурлыкала. Неужели... нет, нечего даже думать об этом. Это невозможно. Совершенно невоз...

– Лиззи! – Он старался говорить тихо, хотя при том грохоте, который раздавался из-за двери и окна, можно было кричать во весь голос. Все равно никто ничего не услышал бы. – Лиззи... черт!

Робби схватил ее руку, чтобы оторвать пальцы от того места, в котором они блуждали.

– Я сделала тебе больно? У тебя опять там набухло.

– Лиззи, надень ночную сорочку и иди к двери. Ну пожалуйста.

Она раздраженно фукнула, и Робби кожей живота ощутил дуновение ее выдоха.

– Хорошо. А ты станешь трогать меня, после того как все уйдут? Было так приятно.

Тьфу ты пропасть! Он сжал кулаки. Так хотелось ударить по чему-нибудь, но Робби подавил раздражение.

– Посмотрим. Сейчас же будь хорошей девочкой и надень сорочку. – В дверь барабанили все громче, были слышны неразборчивые выкрики. Хорошо хоть Джеймса здесь нет. Он сейчас в Олварде в ожидании появления на свет своего второго ребенка. – Поспеши. Пойди отвори дверь. Постарайся придать себе вид, будто только что проснулась. И помни: меня здесь нет.

– Тебя нет. Правильно.

Робби удостоверился, что Лиззи направилась к двери, затем прыгнул в кровать и задернул полог.

Он подумал, что Бетти, камеристка Лиззи, должно быть, спит как убитая. А может, она действительно умерла, коль скоро ее не разбудил весь этот шум. Хотя почему она обязательно должна находиться в своей постели? Вероятнее всего, забавляется где-то с ухажером. Его камердинер Коллинз неоднократно давал понять, что

готов жениться на Бетти. Робби стал даже опасаться за свою жизнь, подставляя подбородок и шею под бритву этого парня каждое утро.

Бетти и Коллинз очень обрадовались бы, женись он на Лиззи. Но этого не будет. Робби вздохнул. Когда он увидел ее стоящей перед зеркалом в мерцании свечи, отбрасывающем блики на ее нежную кожу; ее руку, скользившую вниз по плавным изгибам к тому месту, которое он сам так хотел бы...

Робби зарылся лицом в подушку. Это было ошибкой. Ощутил ее запах, отчего возбудился еще больше.

Он застонал.

Дверь распахнулась. Комната наполнилась гулом голосов и светом. Только игра природы могла помешать им обнаружить его.

И он взмолился о ниспослании чуда.

– Я знаю, что он здесь. – Одетая в зеленоватое платье леди Фелисити Бруктон оттолкнула Лиззи в сторону и, высоко подняв свечу, вошла в комнату. – Где вы его прячете?

– Хм. – Лиззи, прищурившись, смотрела в дверной проем. В коридоре толпилось не менее половины присутствовавших на приеме гостей.

– Кто-то стучит в окно. – Леди Кэролайн, дочь графа Данли, несмотря на грузность, проворно продефилировала к окну и отдернула шторы. – Ой, посмотрите! Это лорд Питер.

– Впустите его. – Леди Фелисити заглянула в платяной шкаф Лиззи.

– Хм. – Лиззи хотела бы сосредоточиться и вновь обрести способность ясно мыслить. Тот последний бокал ликера ей определенно подсунули, чтобы споить. Казалось, что голова набита ватой.

Нельзя позволить им найти Робби. Он не хотел, чтобы его обнаружили. Лиззи смотрела, как леди Фелисити принялась зажигать все имевшиеся в комнате свечи. Как же их остановить? Здесь и спрятаться-то толком негде.

Лорд Питер, в панталонах и рубашке с короткими рукавами, влез в комнату через окно:

– Видел, как он запрыгнул сюда. – Лорд Питер хихикнул. – Трудно не заметить в темноте его белоснежные ляж... – Прокашлялся. – Лодыжки. Белоснежные лодыжки.

– Так где же он, леди Элизабет? – Леди Фелисити повернулась к Лиззи.

– Хм. Кто он?

– Лорд Уэстбрук, естественно. Разве не он только что влез в ваше окно?

– Уф... – У Лиззи вконец перепутались мысли.

– Леди Фелисити, не можете же вы действительно полагать, что лорд Уэстбрук мог бы поступить столь недостойно?

Лиззи обернулась на голос леди Беатрис, ее формальной наставницы в этом сезоне. Слава Богу! Леди Беа быстро разберется со всем этим.

Леди Фелисити задрала вверх подбородок.

– Я знаю лишь то, что лично видела.

У леди Беа взметнулась бровь.

– И что же, собственно, вы видели, мисс?

– Как лорд Уэстбрук голым выпрыгнул в окно.

– Я думала, вы заметили, как он влез в окно.

– Это не то окно.

– А, так значит, то было окно в вашей комнате? Поправьте меня, если я ошибаюсь, но любой мужчина, отважившийся выпрыгнуть из вашего окна, лежал бы бездыханным внизу на террасе. Или, может, вы накануне сменили комнату? Мне казалось, что ваша спальня расположена недалеко от моей, на противоположной стороне коридора.