Неотразимый граф
Шрифт:
– Конечно. Любая на твоем месте считала бы так же. И все же не укладывается в голове... – Мэг поежилась. – Как ты догадалась, что Робби может повести себя так?
Нет, как она догадалась? До этого Робби никогда не подавал даже намека на это, а она провела много часов в его компании. Единственное, что он позволял себе, так это делал вид, что прикладывается к ее руке. Никогда не целовал даже в щеку, не то что в губы.
Что ж, если быть предельно откровенной, она сама спровоцировала
Наверное, дело именно в этом. Мужчины превращаются в животных, стоит их только раздразнить.
Лиззи закрыла глаза. Она вела себя неподобающим для леди образом. Какая леди стала бы запускать руки в штаны мужчины, особенно если они все еще на нем?
Может быть, Робби думал, что просто проявляет обходительность в отношении старой девы?
Стоило вспомнить о прикосновении его губ к соскам, и груди набухли.
Зря он был настолько вежливым.
– Не беспокойся, Лиззи. Расскажем леди Беа. Она сообщит твоему брату, и он заставит Робби жениться на тебе.
– Нет, я не хочу заполучить Робби таким способом. Не выйду замуж за человека, который не желает меня.
– Я думала, проблема как раз в том, что он хотел тебя. – Мэг снова похлопала ее по плечу. – Возможно, именно мысль о женитьбе отпугнула его. Многие мужчины испытывают беспричинный страх перед супружеством, но после свадьбы все быстро успокаиваются. Все равно как лошадь, на которую накинули уздечку.
Слова Мэг не облегчили ощущения тяжести в животе Лиззи. Напротив, добавили пару камней.
– Я не думаю, что...
– И не думай. Что сделано, то сделано. У тебя нет выбора, да и у Робби тоже. Уверена, он это поймет, а скорее всего уже понял. Если же нет, твой брат быстро вправит ему мозги.
– Может, и так. – Лиззи отрешенно смотрела на полог кровати. Ей не нравилась идея такой свадьбы, на которой жених дает клятвы под дулом пистолета.
Мэг заерзала на кровати.
– Хотела спросить...
– Да?
Мэг заерзала снова. Пружинящий матрас вызвал тошноту у Лиззи. Она села. Мэг с пунцовыми щеками разглядывала свои руки.
– О чем, Мэг?
Мэг не поднимала глаз.
– Знаю, тебя спрашивать не следовало бы, особенно сейчас, но меня это всегда интересовало, с тех пор как подслушала разговор двух служанок в Найтсдейле. Я хотела спросить у Эммы, но так и не решилась.
Лиззи ждала. Мэг разглаживала руками юбку.
– И что? – Лиззи и представить себе не могла, о чем это Мэг не решалась спросить свою сестру. Мэг нельзя было назвать робкой девушкой. – О чем же ты хотела меня спросить?
Мэг еще сильнее залилась краской.
– Это больно?
Лиззи наморщила лоб. Наверное, недослышала что-то.
–
– Ну, это. – Мэг перестала терзать юбку и подняла глаза на Лиззи. В ее взгляде застыли досада и смущение. – Не понимаю, почему женщины держат в неведении незамужних девушек в отношении таких вещей. Можно подумать, они боятся, что мы поймем, как это происходит. Уверена, мужчины узнают все подробности, едва вырастают из коротких штанишек.
– О чем это ты?
– О том, что Робби делал с тобой в саду. Это было больно?
Настала очередь Лиззи краснеть.
– Нет. – Его действия вызывали много ощущений, но боль не входила в их число. – Нет, конечно же. Было совсем не больно.
Мэг кивнула:
– Я так и думала, иначе с чего бы так много женщин соглашались участвовать в этом? Хотя можно предположить, что они хотят заиметь детей...
– Детей? – То, чем они занимались с Робби в саду, никак не могло привести к появлению детей.
– Ну да, детей. – Мэг посмотрела на Лиззи как на идиотку. – И полагаю, раз было не больно, крови тоже не было?
– Крови! Почему там должна быть кровь?
– Конечно, должна. Ведь он пробил брешь в твоей девственной плеве.
– Что? – Лиззи не понравилось выражение «пробил брешь». Оно ассоциировалось с рассказами Джеймса о штурме крепостей на Пиренейском полуострове.
– Значит, тебе тоже Сара ничего не говорила?
– Конечно, нет. Эти разговоры ведутся накануне свадьбы. А что, мм... – Прокашлялась. – Что делает мужчина, чтобы это... пробить брешь, ты знаешь?
Мэг изумленно посмотрела на нее:
– А ты нет? Это ведь ты была с Робби в кустах!
– В кустах не происходило никакого пробивания бреши. – «А язык не в счет? Хотя во рту нет никакой девственной плевы».
– Так чем же вы там, в кустах, занимались?
– Ты только скажи мне, чем мужчина пробивает брешь.
– Его мужским органом.
– Что конкретно ты имеешь в виду?
– Ну, я никогда не видела его живьем, конечно, но повидала много статуй с изображением голых мужчин.
– Ну и что? Я тоже.
Мэг согласно кивнула.
– Мужской орган – это свисающий спереди маленький отросток. Я знаю, он выглядит довольно необычным, но не выдумали же его все эти скульпторы, правда? Тем более что все они были мужчинами. Им лучше знать, что у них в штанах.
– О! – Лиззи отчетливо вспомнила обнаженное тело Робби. Его отросток вовсе не был похож на нечто висящее или маленькое. – А девственная плева?
– Она защищает твое лоно, конечно.
– Ах вот как! – Лиззи непроизвольно свела колени. – И ты думаешь, что этот висячий отросток проникает... мм... в эту часть?