Неоконченный рейд
Шрифт:
Она сама позвонила ему. Услыхала его голос, словно побыла рядом с ним, но он и на этот раз ничего не сказал. Хотя разволновался, когда она сказала о предложении Артема, даже закричал, а затем путано и неловко извинялся. Что же его задело? Предложение? Или что-то иное? Если ему так неприятно было услышать, что ее зовут замуж, то почему тогда он сам не предлагает? Неужели трудно просто сказать: «Эльза, я тебя люблю, будь моей женой». Как он не понимает, что она ответит немедленно: «Да!» Не станет думать, сопоставлять, прикидывать, просто согласится. Нет, видимо, Казимир совершенно равнодушен к ней. Иначе хоть что-нибудь сделал бы, а так – извини, ко мне приехали… Зачем к нему приезжать, если он в машине?
Артем. Милый, удивительно застенчивый Артем. Что думает он? Считает ее все той же девочкой-подростком, которая была когда-то влюблена
Разумеется, Артем любит Лизу, пусть и не так, как много лет назад, но любит. Иначе, по-новому, с трезвой оценкой ее прошлого, принимая его как данность и вместе с тем принимая саму Лизу и не требуя от нее ничего. Пусть он не самый совершенный любовник, это ведь не самое главное в жизни. У них вполне может все получиться – и крепкая семья, и здоровые, веселые дети. Эльза способна обрести счастье именно с ним. Совсем не стоит гнаться за призрачной страстью, за потерянным раем. Да, не сложилось. Махнуть рукой и отпустить, как в свое время она отпустила Иоганна. Хотя, нужно признать, с ним ее ничто не связывало, кроме уз брака. А Артем? А что, собственно, Артем? Он ее любит, действительно любит, раз пронес чувство сквозь годы. Нежен, заботлив, что еще нужно! Может, послать ко всем чертям работу, вечные командировки, погоню за горячими сенсациями, в конце концов, она уже доказала и окружающим, и самой себе, чего стоит. У нее, как у всякой женщины, будет уютный дом, любящий муж, дети. Как бы ни плохи были мужики, каждая женщина стремится создать семью, жаждет, чтобы ее любили, носили на руках, дарили подарки. Просто надоедает пустая холодная постель, накатывающая периодами раздражительность из-за нереализованного желания, а так, рядом с мужем, Эльза может чувствовать себя защищенной. О ней говорят – сильная женщина. Чушь, не бывает сильных женщин, просто одни прилюдно бьются в истерике, когда им плохо или трудно, а другие, сцепив зубы, пытаются переломить ситуацию под себя. Вот и вся разница. А по сути все женщины слабы, все страстно хотят опереться на сильное мужское плечо, прижаться к широкой груди. Только далеко не всем везет с мужчинами, большинству достаются слабые, инфантильные существа в штанах, гордящиеся этими штанами и их содержимым. Ну и пусть, Артем не такой, он не станет хлопать ее по голой заднице и спрашивать, хорошо ли ей было. И на том спасибо.
А с родителями нужно просто объясниться. Сказать правду: да, устала, да, хочу семью, хочу уютный большой дом, детей, наконец. Артем сейчас уже не тот бедный студент, он растет, развивается, с каждым днем становится увереннее в себе. Вполне достойная партия для блудной дочери Бориса Вильченко.
Казимир потянулся на узком диване, забросил сильные руки за голову. Начинался новый день. На кухне чем-то позвякивала Аленка, слышался приглушенный говор Егора, детский смех звенел в соседней комнате. Все было так не похоже на его прежнюю жизнь, что Казимир даже рассмеялся негромко. В тесной, крошечной, словно слепленной из спичечных коробков квартире жило счастье. И Егор, и его нежно любимая жена Аленка, и трое разновозрастных детей непостижимым чудом и без Казимира едва размещались в ней, но его приняли, устроили, даже выделили комнатку размером с платяной шкаф. Уже неделю он жил в замечательной семье и купался в счастье. Сегодня воскресенье, значит, на работу они поедут попозже, а не к семи часам, как обычно.
Рывком сбросив себя с дивана, Казимир еще раз потянулся и, надев брюки, пошлепал в ванную. Зеркало запотело, выложенные кафельной плиткой стены все в капельках влаги. Конечно, здесь уже побывало все семейство. Принял душ, тщательно выбрился, почистил зубы. Почувствовал себя заново родившимся. Осторожно открыл дверь, чтобы не зацепить ненароком никого из детей, вышел в коридорчик. Тут же на него обрушился шквал голосов.
– Мама, мама! Казимира в спальне нет! – орала младшая, Тоська.
Как только маленькие дети умудряются производить столько шума? Топают, словно стадо бизонов! Кричат пронзительно-высокими, счастливо-звенящими голосами, радуются жизни от всей души и восхищают счастливых, умиляющихся родителей.
– Он уже давно в ванной! – не сдерживая молодого, переливчатого баска, отвечал Руслан, самый старший, пятнадцатилетний сын Егора.
Из детской колобком выкатился живой, непоседливый Денис, крикнул на бегу Казимиру: «Привет!» – и умчался в направлении кухни.
Не сдерживая смеха, Казимир последовал за ним, естественно уступая десятилетнему мальчишке в скорости.
– Доброе утро, Казимир! – приветствовала его Алена, ладная, крепко сбитая, румяная, словно наливное яблочко.
С Егором она познакомилась здесь, в Киеве, когда тот, вернувшись к родителям из очередной командировки, случайно попал на вечеринку. И как выяснилось, «попал» навсегда. Казимир знал Егора, неисправимого бабника и Казанову. Но после встречи с Аленой приятеля словно подменили, он полюбил ее с первого взгляда и забыл о том, что существуют другие женщины. Прожили вместе уже шестнадцать лет, Егор ни разу не изменил жене и, судя по всему, даже не стремился к этому. Алена платила ему той же монетой. Рожала Егору детей, заботясь о них и никогда не забывала о любимом муже. Вместе с ним меняла города, страны, никогда не жаловалась на судьбу, даже если они подолгу оказывались на мели, всегда старалась помочь Егору, поддержать в трудную минуту. И дети в семье росли в обстановке взаимной любви и согласия, веселые, жизнерадостные, неунывающие.
Разные времена переживали Алена с Егором. Бывало, деньги неиссякаемым потоком текли в руки, бывало, собирали последнюю мелочь на хлеб. Но эти обстоятельства совершенно не влияли на их взаимоотношения. Сейчас, когда открылись интересные перспективы, оба работали на пределе, уделяя лишь краткое время отдыху и сну. Через тонкую гипсолитовую перегородку Казимир по ночам слышал, как они то обсуждают планы на завтра, то бурно занимаются любовью, словно дорвались друг до друга после долгой разлуки.
Егор стоял у стола, нарезал овощи для салата, Алена ловко переворачивала на огромной сковороде пышные оладьи. Вся семья подтягивалась к столу.
– Привет, соня. Аленка сегодня решила нас мачанкой [7] побаловать, я посчитал, что силос тоже лишним не будет, – заявил Егор, не прерывая своего занятия.
– Доброе всем утро! А запах какой чарующий! Вам, ребята, не новый канал нужно развивать, а ресторан открыть, от клиентов отбоя не будет! – воскликнул Казимир, садясь на табурет в углу. – Егор, какие планы у нас на сегодня? Для тебя ведь воскресенье – просто рабочий день.
7
Мачанка – блюдо белорусской кухни.
– Ну, мы с тобой сегодня проводим две встречи, затем едем на студию, смотрим, как идет монтаж оборудования, потом пробуем найти выход на одну дамочку.
– Что за дамочка? – поинтересовался Казимир.
– Очень интересная штучка, работает в одной весьма известной телекомпании, специалист по сенсациям. Очень хочется переманить ее. Сама она местная, что ей по заграницам жить?
– Как зовут?
– Прости, пока не могу сказать, сначала нужно встретиться.
До самого вечера колесили по городу, встречались с нужными людьми, спорили, ругались, умоляли, под конец совершенно измотанные вернулись домой. Какое счастье снова оказаться в этой уютной крошечной квартирке на Подоле! Разом отошли на второй план суета, бесконечные разговоры, можно было просто посидеть и отдохнуть.