Ненавидь меня
Шрифт:
И еще что-то в том, как его взгляд постоянно блуждает по моей коже, впитывая каждый сантиметр моего обнаженного тела, словно хищник, выслеживающий свою следующую жертву, что обостряет все мои чувства и требует всего моего внимания. Я могу опоздать на встречу с чертовой королевой, и мне будет все равно, потому что все, о чем я могу думать, — это прекрасный мужчина передо мной и те восхитительные мгновения, которые повиснут в воздухе, прежде чем он прикоснется ко мне в следующий раз.
Он берет в руки галстук-бабочку и отворачивается, чтобы повязать ее в зеркале.
"Пять". У меня перехватывает дыхание, и я поднимаю голову, чтобы увидеть в отражении его глаза, устремленные на меня. Я не знаю, как ему это удается, но он умудряется выполнить свою задачу, не отрывая от меня глаз.
Напряжение и тишина гложут меня. Нетерпение и электричество гудят во мне. Я не могу больше терпеть ни секунды. "Я думала, ты сказал, что мне это понравится, а пока что ты меня только утомил".
Его губы угрожающе кривятся, когда он медленно поворачивается. "Тогда встань, принцесса, — дразнит он. "Тебя ничто не остановит".
Он прав. Оковы на моих запястьях не помешают мне встать и уйти отсюда. Но, конечно, я этого не сделаю. Я слишком люблю эту игру. Его глаза светятся, как угли, когда я отказываюсь двигаться. Он берет с вешалки пиджак и надевает его.
Он кружит по острову медленными, хищными движениями. Я чувствую его позади себя, везде сразу. Он раздвигает мои ноги, и мне приходится еще больше вытягиваться на пальцах, чтобы не упасть. Его пальцы скользят по моему клитору и вниз по моей щели, так легко, что это могло бы щекотать, если бы не было так раздражающе дразняще. "Ты всегда такая мокрая, когда тебе скучно?"
А потом его рука исчезает, и мое тело вибрирует в ее отсутствие. Я слышу, как он отстраняется, и мои пятки проседают, касаясь камня.
"Шесть". Его голос окутывает меня, как дым.
Я слышу звон бокалов и звук наливаемой жидкости. "Я бы предложил тебе выпить, но…", — шепчет он. Ну конечно, у него же есть бар в его гребаном буфете.
Он встает за моей спиной, и я чувствую прилив предвкушения. Он так близко, что я слышу его дыхание, ровное и сильное. В периферийном зрении я вижу его руки, нависающие над моими бедрами. Каждая клеточка моего тела находится в напряжении, жаждая того, что может дать мне только он.
Наконец он прикасается ко мне.
Его руки прохладны на моей горящей коже. Он начинает медленно спускать мои трусики, и я слышу, как он с трепетом вдыхает воздух. Этот дрожащий вдох — первый раз, когда его контроль над собой дает трещину, и я рада, что не только я пострадала. "Сколько, принцесса?"
"Шесть". Желание снова войти в него очень сильное, особенно когда я думаю о том, как он может наказать меня, если я это сделаю.
"Ты знаешь, почему я это делаю, не так ли?" спрашивает он, опустив мои трусики на бедра, и его руки легонько пробегают по моей попке.
"Да." Я почти не задумываюсь над его вопросом, потому что интуитивно знаю ответ. Он делает это для меня. Дело не только в дразнилке, но и в его заботе обо мне. Он знает, как
"Хорошо. Потому что я не буду нежен. Может быть, ты и принцесса, но я буду обращаться с тобой как со своей шлюхой". Я приготовилась к порке, которая, я уверена, последует за этим, но вместо этого почувствовала, как по моей заднице течет холодная жидкость.
Чуть повернув голову, я вижу, как Финн выливает на меня виски изо рта. "Я позволю тебе избежать наказания". Он ухмыляется и опускается на колени позади меня. Моя киска сжимается, когда я чувствую его дыхание на своей горячей коже. Он тихо стонет, как будто не хочет, чтобы я услышала, и раздвигает мои щеки, принимаясь долго и непристойно лизать от дырочки к дырочке, вбирая в себя виски.
Он приподнимается и хватает меня за челюсть, поворачивая мою голову, чтобы поцеловать меня долгим, похотливым поцелуем. Он отстраняется, и у меня кружится голова, дыхание перехватывает. "Разве твое терпение не сладко на вкус?" Я стону, наслаждаясь его вкусом, виски и собственной похотью.
И тут, без лишних слов, его кулак смыкается вокруг моего связанного запястья, а другая рука резко и жестко опускается вниз. Проходит мгновение, прежде чем жжение утихает, тепло распространяется, и, черт возьми, ничто и никогда не причиняло такой боли.
Кроме следующего шлепка, и следующего, и следующего. Каждая такая пощечина вызывает новые ощущения, боль и удовольствие нарастают в геометрической прогрессии. К тому времени, когда он закончил все шесть, я готова умолять о большем, хотя мои запястья болят под его сдавливающей хваткой, а задница раскалена до бела.
Я дышу так тяжело, что стекло у моего лица запотело, и слышу биение собственного сердца. Я еще не отошла от него, когда почувствовала на своей заднице еще одну каплю чего-то мокрого. Прохладная жидкость — как сладкий мед на моей бушующей коже. Мой разум как в тумане, я даже не пытаюсь понять, что происходит, пока палец не размазывает прохладу между моих щек.
Движения его обдуманны и уверенны. Я не сомневаюсь, что мне понравится все, что он сделает дальше. Он знает, когда нужно надавить на меня, а когда придержать. Его палец пробирается к моему заднему проходу и разглаживает гелеобразную жидкость вокруг отверстия, слегка надавливая. Я стону от удовольствия, когда его палец разрывает тугое кольцо. "Скажи мне остановиться, и я остановлюсь. Но я не думаю, что ты хочешь этого. Правда, принцесса?"
Я вдыхаю полной грудью, а на выдохе он проталкивается дальше, погружаясь внутрь. "Вот так, хорошая девочка", — похвалил он, когда я расслабилась и позволила ему войти в себя. В таком отказе от контроля есть что-то необыкновенно уязвимое, но в то же время успокаивающее. Это заставляет меня чувствовать себя одновременно и испуганной, и заботливой.
Он продолжает поощрять меня и начинает медленно вводить и выводить член из моей попки. Вскоре я теряюсь в ритме, чувствуя себя полностью в своем теле и в этом моменте.