Немоногамия
Шрифт:
— Я спасена, что ли, — заявляю с облегчением. – Надеюсь, ректор будет доволен.
— Разумеется, будет. Он сильно хвалил тебя.
— Неужели? – недоверчиво хмурюсь.
Мысль о том, что Титов разговаривал обо мне с ректором университета в непринуждённой обстановке, громким пульсом отдаётся в висках. Яну всегда было плевать на мою работу. Он считал преподавательство капризом, блажью.
При всех миллионах, что зарабатывал мой муж я могла бы безбедно сидеть дома до самой старости, но вместо этого я с удовольствием выкладывалась и старалась, старалась... Быть молодым преподавателем
— Правда, Майя, — кивает Титов. — Мы случайно заговорили о тебе и я услышал много тёплых слов. Готов поспорить – тебя бы ни за что не уволили.
Улыбнувшись в ответ, отвожу взгляд. Когда понимаю, что все слайды до одного сохранились, то переполняюсь восторгом и благодарностью.
— Спасибо тебе большое, Вов. Спрашивать, должна ли я тебе что-то – не буду.
— Не надо, — слегка усмехается. – Боюсь, то, что я хочу – ты всё равно не сможешь дать.
Губы пересыхают, я быстро облизываю их. Тело моментально бросает в жар.
Когда в прихожей раздаётся хлопок входной двери, то мы с Вовой как по команде оборачиваемся.
— Ян пришёл, — произношу тихо и забираю со стола ноутбук. – Хорошего вам вечера.
— Ты к нам не присоединишься? – не без доли разочарования в голосе спрашивает Титов.
— Увы. Много работы.
Я разворачиваюсь и направляюсь в прихожую. Встав на носочки, целую мужа в щёку. Слышу за спиной тяжёлые шаги, чувствую как снова сгущается воздух. Почему-то огромного пространства дома резко становится мало для нас троих.
Глава 24.
***
Оторвав взгляд от монитора, я чувствую, что адски устала и хочу пить.
На часах одиннадцатый час, а мужские голоса на первом этаже не то, что не стихают – они становятся громче и шутливее. Мои губы непроизвольно плывут в улыбке.
Работая над презентацией, я не раз ловила себя на мысли, что была бы не против прерваться и присоединиться к просмотру матча, но что-то крепко меня держало. Скорее всего, здравый смысл.
Захлопнув крышку ноутбука, я встаю из-за стола и медленно разминаюсь. Делаю наклоны, повороты. Нужно всего лишь спуститься на первый этаж и взять бутылку воды. Это же так просто и одновременно с этим невероятно сложно.
Ян всегда утверждал, что это мой дом и я обязана чувствовать себя в нём максимально уверено и комфортно несмотря на то, что финансово вложилась на один процент из ста. Из моих покупок здесь только мелкий декор, шторы в спальне и постельное белье. Ах да, и идеи, которые помог воплотить гениальный дизайнер. Но я точно уверена, что при разводе, если того пожелаю, муж отдаст мне дом целиком. Что-что, а жадным Каминский никогда в жизни не был. Другое дело, что я не пожелаю брать чужое.
Уверено двинувшись к лестнице, я слышу как Титов восторженно и живо рассказывает весёлую шутку. Ян сначала молча слушает, а затем взрывается настолько честным и заразительным смехом, что меня неожиданно пробирает до дрожи. Я цепляюсь в перила, прикрываю глаза. В груди болит
— Да твою мать! – восклицает Ян. – Какого чёрта?
— Понижай ставку пока не поздно, — предупреждает Вова.
— Нет, даже не мечтай. Я пока не настолько пал духом как тебе кажется.
Не удержавшись, я осторожно заглядываю в гостиную и любуюсь мужчинами издалека. Рассматриваю сначала тёмный стриженый затылок, затем тот, который с короткими кудрявыми волосами.
Низ живота против воли обдаёт кипятком, когда я представляю, что было бы, если бы я села на диван между ними? Судя по последнему разговору с мужем, он был не против пригласить друга и попробовать ещё один раз. Я же могу думать о повторении только во снах.
Взяв бутылку воды, бесшумно поднимаюсь на второй этаж. Отгоняю дурные мысли, сажусь за ноутбук. Работа идёт полным ходом несмотря на лёгкое возбуждение, которое минимально рассеивает концентрацию.
Как только я слышу шум двигателя, то тут же бросаюсь к окну и убеждаюсь в том, что футбольный матч завершился и Вова уехал домой. После этого думать о работе не получается.
Я иду на первый этаж, застаю беспорядок в гостиной и недовольно качаю головой.
— Я уберусь, — предупредительно говорит Ян, едва возвращается с улицы.
Согласно кивнув, сажусь в кресло и интересуюсь о результатах матча. Каминский отвечает, подходит к бару. Не спрашивая меня о том, хочу ли я выпить – наполняет бокал вином и протягивает мне. Деваться некуда — приходится пить. Неспеша, мелкими глотками. Понимая, что алкоголь не просто поможет расслабиться, но и всё усугубит.
— Я вижу, вы хорошо посидели, — обращаюсь к мужу. – Почти как раньше.
— Да. Иногда мне не хватает именно такого открытого общения.
— Наш секс втроём никак негативно не отобразился на ваших с Титовым дружеских отношениях?
Ян достаёт из бара широкий бокал и бутылку виски. Заметно хмурится, когда слышит вопрос.
— Нет. Думаешь, должен?
— Я не знаю, — пожимаю плечами. – Ты не рассказывал, как это было, когда вы вместе трахали девушку Вовы.
— Тебе интересны подробности? – спокойно спрашивает Каминский, плеснув янтарную жидкость на дно бокала.
Его вопрос тут же вгоняет меня в краску, потому что да, мне дико интересно. И если совсем откровенно, то после нашего прошлого разговора с мужем, я много раз прокручивала в голове эти сцены. Одновременно со смесью стыда, возбуждения и почти физически болезненной ревности.
— Расскажи, — прошу у Яна.
Он выпивает виски, наливает новую порцию и расслабленно садится на диван. С азартным блеском в глазах – смотрит в мои.
— Девушку звали Марина – она встречалась с Володей чуть больше, чем полгода. Секс втроём предложил сам Титов, когда увидел интерес своей девушки в мою сторону. Я согласился, приехал к ним в гости. В этот раз эксперимент с групповым сексом прошёл куда лучше, чем в мой первый. Если мужчины получают почти мазохистское наслаждение от честного соперничества, то девушки зачастую его не выносят.