Немая
Шрифт:
— Яр, сваливаем… Живее, — нервно зашипел Герман.
— Нет, сидите здесь… Я сам! — и схватился за ручку двери, не слыша бастующего шипения друзей.
Направил дуло пистолета в грудь Бороева, медленно идя к нему навстречу.
— Тише, приятель, я с миром, — усмехнулся тот.
— Поэтому моя машина на мушке у твоих желторотов? — скривился я.
— Это страховка. Откуда мне знать, что на уме самого Ягуара, когда его жена в беде?
Упоминание об Оле снова резануло грудину. Сильнее сжал рукоять пистолета.
— Если ты от Мирона, то зря,
— А я и не собирался уходить, — добродушно усмехнулся Лёха. — Я не знал, что Мирон зайдёт так далеко. Я — пас! Ребята, — посмотрел он на своих подельников и те медленно опустили стволы. — Я скажу, где твоя жена. Взамен, ты не тронешь моих людей. Я никогда не желал воевать с тобой, Ягуар, ты это знаешь. Так и осталось.
Глава 21
НАДЯ
Спешно утёрла жгучую слезу, когда Мирон закончил двигаться во мне.
— Ты обалденный кусок праздничного торта, — выдохнул мужчина, поднимаясь с моего нагого тела, и удовлетворенно передернул плечами. — Признаться, рассчитывал, что тебе тоже понравится, крошка. В этот раз я старался, — шлепок по ягодице, и я, не скрывая отвращения, забилась в угол скрипучей постели.
Мирон усмехнулся и потянулся к наручникам на краю тумбы. Тщетно заупиралась, но мои запястья лихо пленили к каркасу кровати.
— Только не дуйся, — продолжал надсмехаться он. — Я приму душ, а потом помогу тебе. Идёт?
Вероятно, он ждал согласия, но я с ненавистью смотрела на него в упор, не желая демонстрировать своё послушание.
— Дорогуша, ты уже раздвинула передо мной ножки, причём дважды. Гордость пора бы заткнуть, — добродушно посоветовал он и скрылся в комнате, что напоминала ванную.
Глотая набегающие слезы, слушала звук воды и его напевы. Дернула цепь наручников, тщетно надеясь на их недоброкачественность. Что я делаю здесь с ним? Зачем вообще согласилась? В первый раз ради дочки — фатальная ошибка. Второй — ради жизни постороннего человека — бессмысленная попытка. Эта сволочь, всё равно, сделает, как ему нужно. Шум воды стих, и мой узурпатор вышел. В руке мужчины оказался таз с водой и два полотенца. Мирон окинул мою фигуру оценивающим взглядом, а после нагло улыбнулся:
— Не помешает и тебе немного освежиться.
Нервно заёрзала, когда тара с водой опустилась на пол возле постели.
— Встань ногами в таз, — велел он, и нотки в его голосе стали заметно жестче.
Сглотнула, не решаясь на конкретные действия. Мирон ждал, но после нетерпеливо сцапал меня за шиворот и стащил с матраса. Наши манипуляции едва не перевернули чертов таз, но вышло всё так, как он требовал. Ноги по щиколотку стояли в тёплой воде, а я не могла толком прикрыться. Снова шлепок по ягодице, заставил застонать от боли и неприязни.
— Стой смирно, — приказал он, расставляя мне ноги.
Закусила губу, чтобы не зареветь навзрыд. Сексуальные притязания моё тело давно привыкло терпеть, но эти новые и странные движения
— Оботрись, и надень вот это, — скомандовал он, бросив на постель женское ситцевое платье. Простое, летнее, в нём даже не сбежать. Где он его взял?!
Удивлённо посмотрела на мужчину, но тут же пожалела.
— Лови эстафету, киска, — издевательски усмехнулся Мирон и подмигнул.
Сердце ушло в пятки от абстрактности его фразы. Что это значит? Я его сексуальная рабыня? И что стало с предыдущей?
Мучитель выставил у постели ведро, коротко обозначив его моим туалетом, и ушёл, а я осторожно взяла в руки ситец. Осмотрела на наличие возможных пятен крови или разорванные места. Целое и чистое. Ничего, что заставило бы вызвать ужас. Понюхала — кондиционер для белья. Находиться здесь нагишом будет чревато с моей стороны, поэтому придётся натянуть его. Вроде в пору.
Осмотрелась. Комната совершенно не пригодна для жилья — кровать, стол и ванная, в которую мне отчего-то нельзя. Осторожно прошла к уборной и подергала ручку. Заперто. Надеюсь, там не трупы его предыдущих рабынь. Вернулась к постели, насилуя мозг вариантами моего возможного побега отсюда. А толку? Я не могу бросить Ольгу. Или сбежать и позвать на помощь? Только я понятия не имею где мы. Тупо ждать? Чего? У моря погоды? Пребывание в этих стенах оказалось труднее, чем там в подвале. Заботы об Оле отодвигали мои страхи, её вера в мужа и в лучшее скудо-бедно, но внушала надежду.
Я маячила из угла в угол. Шарила поверхности ища что-нибудь что могло бы мне помочь. Подошло бы всё гвоздь или железка. Пару раз попыталась сломать замок в ванную, но тщетно. Дверь оказалась слишком массивной, а замок крепче сейфового. Видимо, там не просто ванная комната. Может он там оружие хранит? Чёрт, не думай ты про эту комнату!
Задремала, поджав под себя ноги, но пробудилась от шума двери. Мирон?! В комнату вошёл бандюган в клетчатой рубашке и выбритым виском. В руках мужчины болтался пакет и бутылка с водой. Бандит безразлично покосился на меня и положил всё на стол.
— Лучше съешь сама, — посоветовал он и покинул комнату.
Послушала звук ключей и подозрительно посмотрела на стол. Сглотнула, когда поняла, что дико хочу пить. Встала со своих нар и, не раздумывая, опрокинула в себя полбутылки. Капли стекали по подбородку вниз к шее и декольте, но мне было плевать. Отняла горлышко, оставив во рту остатки жидкости. Отдышалась через нос, поглядывая на пакет. Не дрейф, там точно не яд и не граната.
Раскрыла, утоляя любопытство. Внутри лежали сдобная булочка, яблоко и йогурт. Проглотила воду и негодующе усмехнулась. Какая прелесть! Эта сволочь решила меня покормить. Чего сразу не в ресторан?!