Нелюдим
Шрифт:
Почему монстр не бросился на него? Прямо перед его глазами была раненая жертва. Тоби обязан был стать пищей уже за свое возмутительное дилетантство.
Оуэн кашлянул.
Нет, не кашлянул. Это был смех. Чертов смех. Это создание смеялось над ним!
Что было гораздо лучше, чем если бы оно пыталось разорвать его на части, и все же...
Или, может, это было обычное фырканье. Невозможно было сказать наверняка. В любом случае, Оуэн не бросился на него и, если он не напал сейчас, когда Тоби лежит, как шут гороховый, скорее всего,
Тоби как можно крепче сжал зубы, чтобы не закричать снова. Да уж, не стоило ронять ружье на растянутую лодыжку. Интересно, не сломал ли он ее.
Он лежал на земле, ожидая, когда боль стихнет, и следил за Оуэном, чтобы убедиться, что тот не передумает и не начнет буянить.
Прошло несколько минут, прежде чем боль стихла до терпимого уровня. Тоби схватил палку и поднялся на ноги. Стопа сильно пульсировала. Он вытер слезы и попытался улыбнуться.
— Тебе, видимо, придется выхаживать меня, здоровяк, — произнес он.
Движение было едва заметным и почти наверняка не тем, о котором подумал Тоби, но он был уверен, что Оуэн кивнул.
Это было круто, хоть и невыразимо жутко.
— Ты же не против, если я сделаю несколько фотографий? — спросил он. — Я не хочу, чтобы их кто-нибудь видел, поэтому, скорее всего, не проявлю, но я должен сейчас их сделать на случай, если ты... ну не знаю, мигрируешь куда-нибудь или что-то вроде того.
Тоби извлек фотоаппарат из рюкзака. У него могли получиться хорошие фотографии, прежде чем он поковыляет домой, если только вспышка не испугает или не разозлит Оуэна. Монстр немного наклонился вперед, когда Тоби посмотрел в объектив, но до этого Оуэн дал себя сфотографировать без неприятных последствий и на этот раз, казалось, ничего не имел против. Тоби щелкнул одиннадцать или двенадцать раз, а затем припрятал фотоаппарат.
— Я вернусь, — пообещал он. — Видимо, не завтра, потому что моя нога будет с тебя размером, но скоро.
Было как-то странно давать обещания существу, которое не могло понять сказанного, не проявляло к нему видимой эмоциональной привязанности и почти наверняка желало его сожрать, но Тоби ничего не мог с собой поделать.
Может быть, он повредил мозги, а не ногу.
* * *
Когда Тоби вернулся, папа уже был дома. Это было не очень хорошо.
— У тебя есть какая-то особая причина разгуливать с моим ружьем по лесу? — спросил отец, когда он вошел в дом.
— Я играю в охотников.
— Играешь в охотников?
— Ну, знаешь, притворяюсь, что охочусь.
— Ты шатаешься по лесу с растянутой лодыжкой и заряженным ружьем, притворяясь, что охотишься?
Тоби затряс головой:
— Я вынул патроны.
Он держал ружье заряженным почти до самого выхода из леса просто на случай, если Оуэн будет тихонечко за ним красться и готовиться к нападению,
— Ты странный парень, — проговорил папа.
— Это все генетика.
Папа нахмурился.
— Извини, — пробормотал Тоби.
— Не надо извиняться. Это все рецессивные черты.
Тоби ухмыльнулся и пошел наверх умываться перед ужином, стараясь хромать как можно меньше.
* * *
Тоби не сломал лодыжку, но наутро было совершенно ясно, что о следующем походе в лес не стоит и думать. До школы бы зажило.
* * *
— Эй, калека, как делишки? — спросил Лэрри.
Тоби погрузился в свои мысли, вытаскивая книги из шкафчика, и внезапное появление этого головореза так перепугало его, что даже учебник по истории грохнулся на пол. Когда Тоби потянулся за книгой, Лэрри засмеялся гораздо громче, чем того заслуживала ситуация.
— Хорошо, — произнес Тоби, надеясь, что Лэрри просто уйдет.
— Как-как?
— Я говорю, хорошо.
— Как-как? Говоришь, ищешь, чтобы кто-нибудь вломил тебе люлей?
Для Лэрри это было необычно. Как правило, он оставлял попытки запугать для более приватной обстановки. Не в его стиле было доставать кого-то посередине коридора — должно быть, поврежденная нога Тоби придала ему смелости.
— Нет.
— Нет что?
— Нет, я сказал не это.
— А что тогда ты сказал?
— Я сказал: «Хорошо».
— А я услышал не это. Я услышал, что ты хочешь, чтобы я тебе накостылял.
Тоби вздохнул. Когда-нибудь он приведет Оуэна в школу на поводке и спустит его на придурков типа Лэрри. Он не будет жестоким — оттащит Оуэна до того, как его клыки и когти проникнут до костей.
Лэрри хлопнул его по плечу. Не слишком сильно, но достаточно, чтобы немного отпихнуть.
— На что ты уставился?
— Ни на что.
— Эй!
Это был Сэм Конли — не капитан команды, но один из самых популярных игроков. Правда, Тоби не знал, на какой позиции он играет.
Лэрри зыркнул на Сэма:
— Что?
— Ты что, докопался до пацана с больной ногой? Докопался до того, кто не может тебе ответить, ссыкло?
— Да пошел ты.
Тоби оглянулся. Как минимум еще пятнадцать ребят смотрели на эту стычку.
— Хочешь повыделываться? — спросил Сэм. — Давай, я с удовольствием тебя уделаю.
Лэрри постоял секунду, пялясь на него в безуспешной попытке заставить первым опустить глаза. Затем пожал плечами:
— Проехали. Своих дел по горло.
— Наверняка.
Лэрри бросил на Тоби убийственный взгляд и удалился.