Нелады со звездами
Шрифт:
— Вы приехали на кинофестиваль, — пробормотала Грейс, смутно припоминая то, что говорила ей мать.
Дьюк кивнул.
— Вам известно, что «Омникорп» интересуется и кинобизнесом, не так ли?
Не только издательский дом, но и телевидение, кино и реклама…
Грейс кивнула. Это ей известно. Но она до сих пор никак не могла понять, куда ведет этот разговор. Какое отношение к ней имеют Венецианский кинофестиваль и интересы «Омникорпа» в области кинобизнеса?
— Так вот, — протянул Дьюк, — в работе фестиваля принимал участие один актер, связанный
— Понятно, — вежливо сказала Грейс.
— Вот почему я и пригласил вас к себе. Мне бы хотелось, чтобы этим проектом занялись вы.
Грейс беспомощно раскрыла рот. Ей — заняться каким-то проектом, все равно каким? Он что, шутит? Издевается над ней?
— А я думала, вы вызвали меня к себе, чтобы уволить, — выпалила она и лишь потом запоздало спохватилась.
Дьюк поперхнулся. Его лицо на мгновение скрылось в кружащемся облаке сигарного дыма.
— Что? — выдавил он в промежутке между приступами удушливого кашля. — Уволить?
Заливаясь краской, Грейс кивнула.
Дьюк вытер мокрые от слез глаза.
— Черт побери, ни за что на свете. Кроме всего прочего, я бы не рискнул выводить из себя вашу мать. Она единственный человек на свете, вселяющий в меня такой страх, что я надеваю костюм.
Грейс, которой слишком хорошо было знакомо это чувство, улыбнулась. Она сто раз спрашивала себя, зачем все-таки поехала в Венецию. Вот и ответ.
— Я хочу, чтобы вы работали у меня, — продолжал Дьюк. — Из того, что вы рассказали о себе во время ужина, я заключил, что вы можете иметь дело с кем угодно. Ибо раз вы как-то ладите с вашими сумасшедшими авторами…
Закатив глаза, он присвистнул.
Грейс сглотнула комок в горле.
— Да, но…
Дьюку известна лишь одна сторона дела. Должно быть, он до сих пор в неведении, что в последнее время ее профессиональная деятельность представляет собой непрерывную череду пиар-катастроф. И, принимая в расчет, что рано или поздно он все равно об этом узнает, нет смысла скрывать, что в рекламном деле она безнадежный неудачник.
— Если честно, — промямлила Грейс, — вряд ли можно считать, что я работала с ними успешно. Более того, я не могу похвастаться какими-нибудь достижениями, — добавила она.
— Это вы насчет Генри Муна? — пожал плечами Дьюк.
Грейс вздрогнула, услышав это имя, произнесенное совершенно неожиданно, небрежным тоном. Она почувствовала, как ее щеки заливает пунцовая краска.
Дьюк улыбнулся.
— Как раз наоборот. Большинство рекламных агентов опустили бы руки еще сто лет назад. Тот факт, что вы продолжаете бороться, говорит за вас. Вас не остановило даже то, что вам ответили отказом все газеты Великобритании, не говоря про все радио- и телестанции. Значит, вам совсем не безразлична судьба этого Генри Муна. — Он покачал головой. — Поразительное упорство!
— Это только показывает, насколько я глупа, — пожала плечами Грейс,
— Нет, это показывает вас с лучшей стороны. Вы идете дальше, чем требует ваш профессиональный долг.
Грейс заломила руки. Как это справедливо!
— Вот что меня привлекло. Настойчивость. К тому же я услышал о вас много крайне лестных отзывов от Вашей коллеги, Элли.
— От Элли? — выпучила глаза от удивления Грейс.
Элли ни словом не упомянула об этом разговоре.
— Замечательная девушка. — Дьюк кашлянул. — Ладно, к делу. Итак, раз вы смогли справиться с таким мусором, вы без труда справитесь со звездой Голливуда.
Грейс заморгала.
— Со звездой Голливуда?
Если она не смогла ничего добиться с никому не известными писателями, звезда первой величины — или хотя бы второй — уж точно выходит за пределы ее возможностей.
— Не уверена, что у меня для этого достаточно…
— Опыта? Более чем достаточно, — небрежно заметил Дьюк. — Если вы могли иметь дело с этой дамочкой — как там ее? Эвфемией Освальдтвистл? — вы справитесь с Редом Кемпионом. Запросто.
Грейс изумленно вытаращилась на него.
— С Редом Кемпионом? — охрипшим голосом переспросила она.
Сбросив ноги на пол, Дьюк встал.
— Эй, а в чем проблема? Вы ведь сами говорили, что любите трудности.
Грейс осторожно опустила чашку на шкуру. Чтобы унять дрожь в руках, ей пришлось крепко стиснуть их вместе. Она услышала свои собственные слова за ужином: «Задача это непростая. Но я не боюсь трудностей». Ее охватила паника.
— Но… но… как же «Омникорп»? У вас же есть отделение, занимающееся кинобизнесом. Разве новый проект Реда Кемпиона должны вести не рекламные агенты киностудии?
Ее вопрос озадачил Дьюка.
— Во имя всего святого, а они-то тут каким боком замешаны?
— Я же ничего не понимаю в том, как рекламировать кино…
— Да кино тут ни при чем, черт побери! Ред Кемпион подписал контракт на написание своего первого романа. И я решил, что эта книга выйдет в «Хатто и Хатто».
— Роман?
Дьюк кивнул.
— Кемпион давно собирался написать книгу. Больше того, он хочет, чтобы книгу оценили за ее собственные достоинства, чтобы орущие от восторга зрительницы, «Оскары» и «болезнь «Легионера»» не имели к этому никакого отношения. И вот, поскольку «Хатто» имеет репутацию бескомпромиссного борца за качество…
Он вопросительно посмотрел на Грейс.
— Ах да, — помявшись, сказала та. — Вы правы.
— Ну, вот все и улажено, — быстро добавил Дьюк. Взглянув на часы, он встал, едва не достав головой до потолка. — А сейчас я должен идти. Ред вам позвонит.
— Позвонит мне?
Неужели такие знаменитости, как Ред Кемпион, просто снимают трубку и набирают номер? К тому же ее номер?
— Естественно, вам же надо будет с ним переговорить. И встретиться.
— Что, я должна буду лететь в Лос-Анджелес? — сдавленно произнесла Грейс.